Новости Статьи Матч-центр

Хоккей   //  НХЛ 

Игорь Ларионов: "Год назад меня звали главным тренером в НХЛ"

0
146
Обсудить
Поделиться в своих соцсетях
Легендарный хоккеист рассказал обозревателю "СЭ" о том, как чуть не возглавил клуб НХЛ, поделился мнением о новом поколении российских игроков и объяснил, почему он оказался не востребован в отечественном спорте

Игорь Ларионов, ныне хоккейный агент, дает большие интервью нечасто, но каждое становится событием. Абсолютно независимый, глубокий и оригинальный взгляд, прекрасный язык... Слушая его аналитику, не возьмешь в толк, как такая мощнейшая фигура может быть годами не востребована в российском хоккее в каком бы то ни было качестве.

Когда я узнал, что Профессор прилетает из Детройта, где живет, в Сан-Хосе (тоже в какой-то мере свой, ведь там он вместе с Сергеем Макаровым провел пару блестящих сезонов) сразу к двум своим клиентам – игравшему за "Эдмонтон" против "Шаркс" Наилю Якупову и игроку "Барракуды" из АХЛ Николаю Голдобину, беседа с ним стала одной из главнейших целей командировки. Потому что каждый разговор с Ларионовым делает понимание хоккея значительно глубже.

Парой дней позже встречу на матче "Сан-Хосе" – "Даллас" знакомого калифорнийского обозревателя, и тот расскажет, что на празднованиях 25-летия "Шаркс" прошлой осенью от Ларионова не отходил владелец "Акул", обожающий нашу легенду. И он, этот журналист, абсолютно не удивится, если однажды хозяин клуба решит заменить генерального менеджера клуба Дага Уилсона Профессором. Сам же Ларионов рассказал о своем возможном, но так и не состоявшемся трудоустройстве в "Сан-Хосе" несколько другую, но не менее увлекательную историю. И историй этих в интервью было – море. Нередко – более чем неожиданных.

Когда мы беседовали, еще не прогремело дело юниорской сборной России по хоккею, которая предположительно из-за коллективного использования мельдония была в полном составе заменена на команду годом младше. Но допинговую тему, доминирующую ныне в российском спорте, все равно затронули.

Игорь ЛАРИОНОВ и Николай ГОЛДОБИН. Фото Игорь РАБИНЕР, "СЭ"
Игорь ЛАРИОНОВ и Николай ГОЛДОБИН. Фото Игорь РАБИНЕР, "СЭ"

НЕ ВЕРЮ В ПОЛИТИЧЕСКУЮ СОСТАВЛЯЮЩУЮ ДОПИНГОВЫХ РАЗОБЛАЧЕНИЙ

– Абсолютно не верю в политическую составляющую разоблачений наших спортсменов, – сказал на этот счет Ларионов. – В России, знаю, многие относятся к этому так: кто-то, мол, пытается нас "прижать", поддавить. Но мы знаем пример Мэрион Джонс, которая выиграла для Америки столько медалей, а потом села за допинг в тюрьму. Там – тоже политика? Не думаю, что все это происходит потому, что кому-то выгодно разбираться именно с россиянами. Мы сами должны разбираться в том, что у нас происходит.

Когда выясняется, что легендарнейший велогонщик Лэнс Армстронг все годы своих побед был на допинге, это убивает веру в спорт, в том числе и детскую. Кстати, был бы рад, если бы НХЛ полностью проверила всех, кто в ней играет, и поймала тех, кто такими вещами балуется. Потому что речь о будущем всех наций, представленных в лиге.

Что же касается того, что происходит с Россией, то люди, которые руководят в стране спортом, должны нести ответственность за подобные вещи. Ведь допинговые скандалы подобных масштабов – это большая тень на всю страну и ее спортсменов. Век у них короткий, и никто не думает, что с ними будет дальше. Потому что получается: ты ведешь борьбу с мутантом. Это криминал по отношению к спорту, и человек, который на это идет, потом всегда за это платит.

– По-вашему, министр спорта Виталий Мутко должен понести ответственность за ту же ситуацию в нашей легкой атлетике и прочие допинговые разоблачения?

– Считаю, что да. Я слышал эту фамилию, но не знаком с этим человеком лично. Возможно, он хороший организатор и хозяйственник. Но если в стране есть такие проблемы с употреблением спортсменами допинга, за это напрямую отвечает руководитель отрасли.

Исполнительный директор "Манчестер Сити" Ферран СОРИАНО (справа) вручает Игорю ЛАРИОНОВУ футболку клуба с фамилией "Ларионов" и 1-м номером. Фото Из архива Игоря Ларионова
Исполнительный директор "Манчестер Сити" Ферран СОРИАНО (справа) вручает Игорю ЛАРИОНОВУ футболку клуба с фамилией "Ларионов" и 1-м номером. Фото Из архива Игоря Ларионова

НАША ПЯТЕРКА ПЕРЕНЕСЛА НА ЛЕД ФУТБОЛ Йохана КРОЙФА

– Недавно вам исполнилось 55. Как отметили?

– Никак. По-моему, даже не дома был, а где-то в поездке. Не считаю, что это большая дата, на которую нужно народ собирать. 50, 60 лет – понятно. Или даже 40.

– Как – 40?! А русская примета, что эту дату ни в коем случае нельзя отмечать?

– Все эти приметы не про меня. И отпраздновал 40-летие с Пашей Буре во "Флориде".

– Увы, не про вас – и работа в нынешнем российском хоккее. Мне кажется, что багаж ваших знаний и опыта гораздо значительнее агентской деятельности, которой вы сегодня занимаетесь.

– В ваших словах есть резон. Может быть, это не то, к чему бы я стремился глобально. Но мне нравится работать с этими пацанами, объяснять им многие вещи. Учить их терпеть, внушать, что сразу после приезда никто перед ними ковровую дорожку в состав не расстелет...

Если говорить об участии в больших хоккейных проектах, то у меня было несколько серьезных вариантов, от которых я отказывался. Раза три отклонял предложения возглавить команды НХЛ. Первый раз – когда только закончил карьеру игрока. Последний – в прошлом году.

– От кого?

– Год назад звали главным тренером в "Сан-Хосе". Этот разговор был с генеральным менеджером "Шаркс" Дагом Уилсоном еще до назначения Пита Дебура. Разговор был мимолетным и никуда наружу не ушел.

Даги, с которым мы давным-давно знакомы и много раз играли друг против друга, позвонил мне поздно ночью – из-за трехчасовой разницы во времени между востоком и западом США. В тот момент он выехал с игры "Голден Стэйт Уорриорз", лучшей команды НБА. А там главным тренером работает Стив Керр, с которым они сдружились в Чикаго: один играл за "Буллз", другой – за "Блэкхокс". Потом Керр был аналитиком на телевидении, пришел тренировать фактически со стороны и сделал блестящую команду. И вот Уилсон мне говорит: "Я подумал и решил – а почему бы тебе не сделать то же самое? Как ты думаешь?"

Я пару дней подумал, мы с ним попереписывались. Но потом решил, что к этому не готов. Нет, ответственности не боюсь, и сама работа мне была бы интересна. Но, чтобы строить команду, которую ты сам видишь, нужно понимать, с кем идешь в бой.

– То есть?

– Надо, например, полностью проанализировать скаутский отдел, который занимается подбором игроков. Какова концепция, кого ищут? Вот, допустим, наша пятерка в СССР была специально подобрана и играла в такой же хоккей, в какой футбол играла Голландия времен Йохана Кройфа. Этот футбол мы перенесли на лед, а потом тот же стиль во многом поменял хоккей в Северной Америке. Одно время он был в "Сан-Хосе", потом – в "Детройте". Сейчас в этом стиле, который притягивает людей на трибуны, играет "Чикаго".

Осмысленность подбора игроков определяет и игру, и результат, и, в конечном счете, бизнес клуба. Хочется, чтобы народ заполнял трибуны, как это в футболе происходит у той же "Барселоны". Ты знаешь, что тебе гарантировано потрясающее шоу. В хоккее же мое понимание игры отталкивается от того, как мы играли в "Детройте".

– В подборе игроков "Сан-Хосе" вы такой осмысленности не увидели?

– Скаутское бюро, например, работает в одном и том же составе все 25 лет существования клуба. А хоккей с тех пор поменялся, критерии игроков – и что с ними происходит в лиге – каждые два-три года корректируются. Проанализировал все это – и не стал эту тему дальше развивать. Пока.

– Но ведь такого предложения больше может и не быть. А получив должность, вы могли бы что-то перестраивать на ходу.

– Может и не быть – а может и быть. Поэтому особо рваться не стал. Пока занимаюсь агентской деятельностью, и это приносит мне удовольствие. Не финансовое, но пока хоть спортивное и педагогическое. Когда видишь, что ребята растут, приятно, потому что с ними расту и я. Я же с ними работаю и на льду все лето в Детройте – с 20 мая до конца августа. Каждый день. Начиная с Наиля Якупова и продолжая многими другими.

– В этот список больше не входит форвард "Монреаля" Алекс Гальченюк?

– Да, с Гальченюком мы больше не работаем. После первого контракта он выбрал другого человека – и тема закрыта. Я не стал комментировать все это в прессе и не буду. Даже не хочу об этом вспоминать.

Игорь ЛАРИОНОВ (слева) и Арсен ВЕНГЕР (в центре). Фото Из архива Игоря Ларионова
Игорь ЛАРИОНОВ (слева) и Арсен ВЕНГЕР (в центре). Фото Из архива Игоря Ларионова

ЕЗДИЛ В АНГЛИЮ, ОБЩАЛСЯ С ВЕНГЕРОМ И КУМАНОМ

– Вы несколько раз сослались на футбол. Чувствуется, сильно им увлечены.

– Не только увлечен, но теперь и связан. Последние два года езжу по английским футбольным клубам и изучаю опыт. У футбола и хоккея, считаю, очень много общего. Для меня важно творчество, импровизация игроков, которые начинают карьеру, насколько они получают это в детстве. Делаю все, чтобы в голове была выстроена вся схема, как это происходит в том же британском футболе.

– А как вы ездите по клубам? Откуда связи?

– Мы дружим с Ральфом Крюгером, и благодаря этому я провел четыре дня в "Саутгемптоне".

– Постойте, а какова взаимосвязь между канадцем, многолетним главным тренером хоккейной сборной Швейцарии и будущим главным тренером сборной Европы на Кубке мира-2016, и футбольным "Саутгемптоном"?

– А он уже почти два года там президент клуба! Помню, летел на Олимпиаду в Сочи и прочитал, что Крюгер принимает "Саутгемптон". Подумал, что какая-то утка. После игры Финляндия – Канада спускаюсь вниз с Федором Канарейкиным. Во время игры разговорились, он начал расспрашивать все про НХЛ. Говорю ему: "Я тебе организую недельную поездку в Детройт, поработаешь у Бэбса (бывшего главного тренера "Ред Уингз", а ныне – "Торонто" и сборной Канады Майка Бэбкока. – Прим. И.Р.), увидишь все своими глазами. Пошли вниз, познакомлю тебя с Бэбкоком и Стивом Айзерманом".

Пришли вниз, я его представил – и тут Ральф идет. Спрашиваю: "Это шутка про "Саутгемптон"?" – "Нет, так и есть. Мои близкие друзья, швейцарцы, владеют клубом. Папа умер, дочка получила по наследству клуб, ей 42 года. И предложила возглавить его. Я подумал и согласился". Следующие сто дней он проводил там 24 часа в сутки семь дней в неделю, чтобы полностью погрузиться в процесс. Дел была масса, поэтому я напросился к нему в гости только следующей осенью.

Хотел поехать в "Барселону" и посмотреть, как в их знаменитой школе "Ла Масия" идет развитие молодых пацанов, где у мальчишек заканчивается свобода творчества и идет работа четко на стиль. Крюгер говорит: "У нас у самих тут сумасшедшая академия". Из нее вышли Бэйл, Шнейдерлин, Шоу, Клайн, и она считается одной из лучших, если не лучшей, в Англии.

Крюгер открыл все двери. Прекрасно пообщались со всеми, начиная с директора академии и скаутов и заканчивая главным тренером первой команды Роналдом Куманом, который мне все объяснял. Посмотрел его тренировочный процесс, организацию питания, индивидуализацию нагрузок и упражнений даже во время разминки. Выяснилось, что многие вещи со своими ребятами делал сам, не зная, что примерно то же происходит в английском футболе.

– "Саутгемптоном" ограничились?

– Нет, увлекся и затем побывал в "Арсенале" и "Манчестер Сити", где мне все организовал близкий товарищ, Миша Шер, у которого все коммерческие права на раскрутку Пеле. Арсен Венгер рассказывал мне, что, когда Алексис Санчес приехал из "Барселоны", то не понимал, что в Англии немножко другой футбол, что там нужно пахать, как в НХЛ. Тренеру пришлось убедить его, что ему необходимы упражнения со штангой – чтобы его не били. Прислушался – и начал прогрессировать.

Эти поездки мне очень многое дали. Было важно понять, как выстраивается клубная вертикаль у совершенно разнобюджетных клубов, какими являются "Ман Сити", с одной стороны, и "Саутгемптон", с другой. Хотя разница, конечно, из-за телеконтракта несопоставима с испанской, где у "Леванте" или "Альмерии" бюджеты – по 20 миллионов, а не по 500, как у "Барсы" с "Реалом"...

Наиль ЯКУПОВ и Игорь ЛАРИОНОВ. Фото Игорь РАБИНЕР, "СЭ"
Наиль ЯКУПОВ и Игорь ЛАРИОНОВ. Фото Игорь РАБИНЕР, "СЭ"

СЕГОДНЯ Я В РОССИЙСКОМ ХОККЕЕ НЕВОСТРЕБОВАН

– Да, чувствую, в футбол вы погрузились по полной программе. Но давайте все-таки вернемся к хоккею. После Сочи вы написали мне, что стали для ФХР и КХЛ чужим. По сей день?

– Когда предлагаешь какие-то вещи – ожидаешь ответа. Положительного, отрицательного – но хоть какого-то. А когда ответа нет вовсе, то понимаешь: тебя просто игнорируют. Стучаться в двери, которые не открываются, не вижу смысла. Уважаю их решение идти своей дорогой, но в то же время хочется поделиться каким-то опытом, который накопился за долгие годы, причем по обе стороны океана. Сегодня я в российском хоккее не востребован, но у меня с этим нет никаких проблем.

– Правда ли, был момент на самой заре существования КХЛ, когда вы по инициативе Вячеслава Фетисова даже могли возглавить лигу?

– Конкретики не было. Слава предлагал, но все было примерно так: приезжай, а там разберемся. Я к таким разговорам не привык, это было слишком по-русски. Особенно когда здесь у тебя многие вещи едут по рельсам, и ты не хочешь с них сходить.

Безусловно, бывают предложения, когда ты должен кардинально менять свою жизнь, в том числе и географически. Взваливать на себя большой объем работы меня никогда не страшило. Но нужно четко понимать, о чем идет речь. Тогда же ничего этого не было. И никаких гарантий. А мы знаем, что многие вещи в России меняются очень просто и быстро.

– Какой эффект, по-вашему, дала смена руководителя КХЛ – с Александра Медведева на Дмитрия Чернышенко?

– Какое-то время я входил в совет директоров КХЛ, откуда ушел по собственному желанию. Мне было понятно, что некоторые вещи делаются неправильно, но поддержки, чтобы поменять их, я не нашел. Чтобы давать точные оценки того, что происходит сейчас, нужно знать ситуацию изнутри и как-то в ней участвовать. Чего о себе сказать не могу.

– С Фетисовым часто контактируете?

– Недавно вот провели несколько часов после финала Лиги легенд. Плотно общались, часов до пяти утра говорили о текущей ситуации в хоккее, о том, что нужно предпринять. Сейчас у него появилось шоу на телеканале "Звезда", приглашал меня поучаствовать. Как буду в Москве – может, и удастся.

– Когда Фетисов пытался конкурировать с Владиславом Третьяком за кресло президента ФХР, были за него?

– Да, и звонил, высказывался в поддержку Фетисова. Но иллюзий не было. У нас очень любят из героев резко делать изгоев, и когда Слава сделал демарш и ушел из ЦСКА и КХЛ, многие были этому рады. Потому что он – человек, который может многие вещи поменять, а заодно назвать их своими именами. Не всем это нужно.

В какой-то момент Фетисов отошел от хоккея – при том что дать ему может очень многое. Сейчас Слава вернулся в совет директоров КХЛ, что уже неплохо. Хотя бы какой-то самостоятельный голос будет. Но ему нужна поддержка, потому что в одиночку никакие решения не продвигаются. У нас ведь живут одним днем: если сегодня не заработаешь – завтра будет поздно. Это типичный менталитет временщиков. А на то, чтобы строить, требуется время, терпение и профессионализм.

Игорь ЛАРИОНОВ с многолетним главным тренером сборной Швейцарии, а ныне президентом ФК "Саутгемптон" Ральфом КРЮГЕРОМ. Фото Из архива Игоря Ларионова
Игорь ЛАРИОНОВ с многолетним главным тренером сборной Швейцарии, а ныне президентом ФК "Саутгемптон" Ральфом КРЮГЕРОМ. Фото Из архива Игоря Ларионова

МЫ САМИ ДАЕМ ПОВОД, ЧТОБЫ НАС НЕ ЛЮБИЛИ

– Видите ли такую проблему, как излишняя политизированность российского хоккея?

– Спорт давно уже стал политикой, и это не может быть отделимо от того, что происходит в стране. Только нельзя искать проблемы извне – что кто-то мешает, ставит палки в колеса. Надо уметь принимать поражения достойно. И не покидать площадку после проигрыша финала чемпионата мира до гимна. Такими вещами мы сами даем повод для того, чтобы нас не любили. И вдвойне – нелепыми тому объяснениями. Мы всегда пытаемся на судей нести, на то, что лед был не тот...

Зато, когда выигрываем, все хорошо. Звучат какие-то выкрики в телеэкран. Когда молодежка 1991 года рождения победила на чемпионате мира, звучали выражения на сочном русском языке. Надо и выигрывать с достоинством, и проигрывать. Унижать, оскорблять кого-то – неправильно. Потому что спорт – такая штука, где сегодня ты победитель, а завтра – проигравший. Бить лежачего – самое последнее дело.

– Когда на встрече с президентом страны после золота Минска-2014 капитан сборной Александр Овечкин сказал: мол, ребята – герои, давайте наградим их так же, как наградили бы за золото Сочи, – мне это, признаюсь, резануло ухо. Нельзя подменять понятия.

– Титул чемпиона мира – большая победа для нашего хоккея и российского народа, тут вопросов нет. Насколько широко она должна праздноваться и одариваться большими подарками, включая "Мерседесы", – это можно обсуждать. Но, зная, что хоккейный век очень короток, ничего против этого не имею.

– Именно с политизированностью нашего хоккея я связываю и заявление Сергея Федорова, что Кубок мира – это второстепенный коммерческий турнир, на который надо послать резерв.

– Может, его неправильно перевели?

– Он по-русски говорил. Перевод не требовался.

– Всегда уважаю чужое мнение, тем более – Сереги, которого мы недавно принимали в Зал хоккейной славы в Торонто. Но мне оно не совсем понятно. Как можно говорить, что надо везти резерв, если речь о самом сильном турнире, который вообще может быть? Это значит сразу сдаться, вывесить белый флаг. А ведь там, где играют все лучшие, и идет развитие хоккея.

Олег ЗНАРОК и его сборная. Фото REUTERS
Олег ЗНАРОК и его сборная. Фото REUTERS

ДЛЯ ПОДГОТОВКИ К КУБКУ МИРА СЕГОДНЯ НЕДОСТАТОЧНО ПРИЕХАТЬ НА НЕДЕЛЮ-ДВЕ В НЬЮ-ЙОРК И ВАШИНГТОН

– Видите у сборной России шансы на медали Кубка мира?

– А почему нет? Команда-то у нас неплохая, материал есть. Насколько правильно она будет собрана и расставлена по местам, кто получит какие роли – вопрос другой. Руководство сборной не видит здешнего (то есть энхаэловского, – Прим. И.Р.) хоккея. Проблема в том, что, если ты готовишь команду к Кубку мира, то нужно понимать не только то, как играют твои ребята, но и те, кто выйдет против тебя. Многое. Что может проскочить на Евротуре или чемпионате мира, на Кубке мира, как и на Олимпиаде, не проскочит.

Сегодня недостаточно приехать на неделю-две в Нью-Йорк и Вашингтон, после чего уехать. Так не бывает. Надо хотя бы раз в два месяца приежать, видеть своих хоккеистов в развитии, анализировать соперников.

– Наличие такой фигуры, как Алексей Жамнов, которого не заподозришь в незнании НХЛ, настраивает в этом смысле на оптимистический лад?

– Фигура – это хорошо, но она должна быть в работе. Ее должны постоянно видеть на играх – это говорит о том, что ты находишься в теме и понимаешь, насколько все быстро меняется. По голой статистике зачастую нельзя делать выводы, надо смотреть живой хоккей.

Помню, как Стив Айзерман в роли генерального менеджера сборной Канады собирал команду для Ванкувера-2010, мы в тот год с ним часто общались. Он и Кевин Лоу оставили свои клубы, мотались по городам и весям почти весь год. В его распоряжении было, как он говорил, "слишком много хороших игроков", и из них надо было идеально подобрать команду. Так чемпионские сборные и делаются. У нас этого не вижу.

– По-вашему, Майк Кинэн помог бы в штабе сборной или все-таки он слишком другой? Человек два Кубка Канады выигрывал, специфику турнира назубок знает.

– Любой человек, который знает местный хоккейный бизнес, может быть полезен. Майк поработал в Магнитогорске, выиграл Кубок Гагарина, понимает российский хоккей, не забыв о североамериканском. Безусловно, он мог бы оказать какую-то помощь.

Но какую именно? Как бы он общался с людьми, которые возглавляют сборную? Ведь это очень кропотливая работа – подобрать правильных людей, в том числе и в штаб. И насколько эти люди подойдут именно под тот турнир, который будет в Торонто.

– Недавно я разговаривал с Овечкиным и спросил, до какой степени удавшейся он будет считать свою карьеру, если обгонит Уэйна Гретцки по голам, но при этом не выиграет ни Олимпиаду, ни Кубок Стэнли. Он ответил: "Да она в принципе уже удалась!". Ваше мнение?

– Смотря какие у игрока критерии оценки своей карьеры. То, что Овечкин забивает много голов и выигрывает индивидуальные трофеи, – это все здорово. Но как для игрока в целом и лидера команды, который ведет за собой коллектив, гораздо важнее выигрывать титулы. По крайней мере, для меня.

– Наместников в топ-16 вас не удивил?

– Не удивил, а порадовал. Хотя бы потому, что я вижу, как он летом работает в детройтском зале. Хоккей у него в генах, и он проводит хороший сезон. Как и мой Голдобин, он прошел через АХЛ и воспринял это терпеливо. А потом влез в состав и сейчас играет стабильно. Что касается самого Голдобина, то он играет в системе "Шаркс" первый сезон, а в следующем у него будет большой шанс попасть в основную команду.

– Как относитесь к ситуации с Ковальчуком?

– Когда знаешь о ситуации понаслышке, выводы делать нельзя. Но если игрок – капитан команды, он должен быть лидером во всем. И на льду, и в раздевалке, и в быту.

– Стоило ли ему вообще возвращаться в Россию, разорвав многолетний контракт с "Нью-Джерси"?

– Каждый выбирает свой путь. Вот Дрогба уехал в Китай, теперь – в MLS, но остался Игроком. Лично я в свое время отказался закончить карьеру в родном "Химике", хотя мне предлагали большие деньги за возвращение. Решил, что это будет неправильно, и не жалею. Мне было 44 года, а не 32, как Ковальчуку.

Сергей МАКАРОВ, Игорь ЛАРИОНОВ и Владимир КРУТОВ. Фото Федор АЛЕКСЕЕВ
Сергей МАКАРОВ, Игорь ЛАРИОНОВ и Владимир КРУТОВ. Фото Федор АЛЕКСЕЕВ

В ЗАЛ СЛАВЫ В ТОРОНТО ФЕДОРОВА ВЫБИРАЛ И Я

– Вы сказали: "Мы недавно принимали Федорова в Зал хоккейной славы в Торонто". Что значит – мы?

– Я уже пятый год в выборном комитете, единственный русский. Там большие люди. Скотти Боумэн, Бобби Кларк, Билл Торри, Колин Кэмпбелл, Брайан Бурк, Питер Штястны и другие. Есть и журналисты – такие известные люди, как Эрик Духачек и Майк Фарбер. Главным был Пэт Куинн, а после его смерти на его место пришел Лэнни Макдональд. Это большая честь.

– "Пробить" Федорова сложно было?

– Не могу рассказывать, кого номинируем и как все это происходит. У меня договор о неразглашении подписан.

– Тогда разгласите, нравятся ли вам российские звезды нового поколения – Евгений Кузнецов, Артемий Панарин...

– Да. Кузнецов здорово играет, и я рад, что парень обрел себя. Глядя на его передачи, понимаешь, чем отличается талант от посредственности, а яркие команды – от рабочих. Вот смотрю на нынешний "Сан-Хосе" – рабочая команда. Но там есть Джо Торнтон, от которого ты все время ждешь шедевра. Такая игра, как у него, притягивает. И вот Кузнецов в этом плане делает такие же вещи.

Но надо понимать, что ему есть с кем их делать. Торнтону – с Джо Павелски, Кузнецову – не только с Овечкиным, но с целой группой прекрасных игроков "Вашингтона". Хорошие хоккеисты должны играть с себе подобными. Будучи нестандартным мастером, ты не можешь играть с двумя сантехниками. Есть такое хоккейное выражение. С тобой должен играть артист, художник, Пикассо. Вот связка Панарин – Кейн – четкое подтверждение этому. Так когда-то в "Ванкувере" Пашка Буре обрел свою игру, когда Пэт Куинн поставил его ко мне. Любому хорошему игроку нужен партнер, который понимает его с полуслова.

Так же было и с Дацюком в "Детройте". Если бы Пашу ограничили в действиях, то давно бы его потеряли. А может, вообще бы не обрели. Рядом с Кузнецовым есть группа таких людей.

– С Тарасенко в "Сент-Луисе", по-вашему, не играют "сантехники"? Если брать по гамбургскому счету.

– Не сказал бы. Шварц, Стин, Штястны, Лехтеря... У Хичкока всегда есть варианты. Как их использовать. Сезон длинный, ты должен иметь несколько вариантов. Если весь сезон играешь в одном сочетании, тебя к плей-офф уже знают от и до. И если уже в Кубке Стэнли начинаешь лихорадочно менять игроков, времени уже нет – все должно быть наиграно раньше.

У того же Скотти Боумэна всегда было несколько опций. Это были шахматы на льду – он знал, что если на выезде под такое-то звено поставят того и того – есть вариант моментальной замены внутри троек. Теперь – не времена тройки KLM (Крутов – Ларионов – Макаров. – Прим. И.Р.), потому что у нас единой нитью были связаны не два, не три, а все пять игроков. Сейчас такого быть не может. Связки надо варьировать.

Артеми ПАНАРИН. Фото REUTERS
Артеми ПАНАРИН. Фото REUTERS

У ПАНАРИНА ЕСТЬ КАЧЕСТВА ДАЦЮКА, А В "ЧИКАГО" ВСЕ КОНТРОЛИРУЕТ СКОТТИ БОУМЭН

– С прошлого лета опять пошел большой поток россиян в НХЛ. И в межсезонье больше всех многие ожидали не от Панарина, а от Плотникова, который в результате сменил "Питтсбург" на "Аризону", не забил ни одного гола и набрал три очка.

– Это зависит от многих качеств игрока – мастерства, стиля, вхождения в коллектив. И, конечно, от организации, в которую попадаешь. Я мало видел Плотникова и Тихонова, хотя Витьку знаю еще по детству, когда он в "Сан-Хосе" тренировался рядом с нами. Но думать, что здесь они будут востребованы и сразу попадут в первые два звена, было наивно. Мне сразу было ясно, что этого не будет.

– Особенно в "Чикаго".

– Нигде. Они хорошие игроки, но максимум третьего-четвертого звена. И говорить, что игроки должны сначала сформироваться в КХЛ, а потом уже поехать в НХЛ, – это популизм. Ну, приехали они в 25-27 лет, а дальше что? Или Антон Белов в 27 приехал – то же самое. Адаптироваться очень сложно, это совсем другой хоккей, два разных мира. Конечно, все индивидуально, но здесь всегда предпочтут игрока, который говорит по-английски, рос в этой системе, его видели. Панарин – исключение.

– Если бы Панарин прошлым летом выбрал не "Чикаго", а "Монреаль", он бы и в запас мог угодить?

– Не думаю. Этот игрок сам по себе очень неординарный. У него есть качества Дацюка. Кстати, "Монреаль" в лице Скотта Мелланби разговаривал со мной по нему – могу ли как-то повлиять, чтобы он оказался у них. Но я Артемия не представляю, а он решил подписать с "Чикаго". С другой стороны, у Мишеля Террьена в "Канадиенс" он мог бы затеряться, этот тренер мог бы положить на него крышку, чтобы он никуда не вылезал. Важно было правильно оценить Панарина и отнестись к нему терпеливо. 24 года, прилично играл в КХЛ и за сборную, где был ведущим игроком. И в компании с Кейном, Тэйвзом, Хоссой не затерялся.

– В чем секрет "Чикаго" с тремя Кубками Стэнли за шесть лет при жестком потолке зарплат? Дело ли в генменеджера Стэне Боумэне, сыне великого тренера?

– А там Скотти – консультант и контролирует все, как всегда и везде. Мы с ним много общаемся по Залу славы, и я знаю, о чем говорю. У "Блэкхокс" – грамотная драфтовая селекция, в результате чего – оченьо сильный хребет из семи-восьми игроков. Они помогают молодежи, которая туда приходит, адаптируют ее под стиль игры команды.

Пример – финн Терявяйнен. Впервые я его увидел, когда "Чикаго" выбрал его на драфте, и он приехал в лагерь новичков в июле. Зашел к штабу – Джоэлю Кенневилю, Скотти и Стэну Боумэнам, Барри Смиту. Спрашивают: "Кто тебе понравился?" Отвечаю: "Финн, который играл с двумя ребятами из бывшего Союза – латышом Индрашисом и Шалуновым".

А он их реально сделал суперзвездами сбора. Причем и тот, и другой были не в форме, но Терявяйнен сделал их игроками, которые забивали. Без него они были бы никем. "Чикаго" увидел, что для НХЛ он на тот момент был слишком хрупким, отдали в Финляндию на пару лет, чтобы созрел, превратился в мужика. А в этом сезоне он приехал – и хорошо играет. Люди выбирают ребят конкретно под свой стиль. Закончит Хосса, потеряют кого-то из-за потолка зарплат, как Шарпа год назад, – придут другие и органично встроятся. Все мудро и грамотно.

Для любой серьезной работы требуется время. Вот Шэнахэн пришел в "Торонто" и заключил контракт на восемь (!) лет с Бэбкоком. Шэнни сказал мне, что хочет сделать философию построения команды, подобную "Детройту". Но за два-три года очень сложно что-то построить, а своих задрафтованных ребят за такой срок не вырастишь. Ему дали время, и такое решение я приветствую.

– Насколько, по-вашему, велики в этом году шансы "Вашингтона" выиграть Кубок Стэнли?

– Думаю, велики. Команда у них сбалансированная, но многое зависит от вратаря, потому что в плей-офф он – немалая часть успеха. Насколько Холтби будет готов внутренне – только жизнь покажет. Впрочем, у "Кэпиталз" хорошее нападение, которое может выиграть матч, даже если вратарь не выручает. У нас в "Детройте" такое было с Крисом Осгудом. Мы выигрывали Кубок, хотя Оззи в каждом раунде пропускал от красной линии (смеется). Но нас от этого не бросало ни в жар, ни в холод, поскольку мы знали, что свои 3-4 все равно забьем.

– Как вам работа давнего партнера Стива Айзермана с молодыми россиянами в "Тампе"?

– Стиви молодец, у него хороший подход. Недавно провели с ним время в Денвере, когда там играли ветераны "Колорадо" и "Детройта". Он нашел себе правильного тренера – Джона Купера, который к каждому из русских нашел подход.

Айзерман очень хвалил Кучерова. Говорил, что он профессионал и в жизни, и в быту. Хорошие отзывы о наших игроках всегда радуют. Не хочется, чтобы были такие высказывания, как о Семине и других, у которых все время кто-то виноват. Многое зависит от самого игрока – как входит в коллектив, проявляет себя на тренировках, отдает себя, использует шансы. Может не получаться, но когда стараешься – получится. Вот эти ребята – такого плана.

Наиль ЯКУПОВ. Фото REUTERS
Наиль ЯКУПОВ. Фото REUTERS

ЧИАРЕЛЛИ ОБЖЕГСЯ НА СЕГИНЕ И БОИТСЯ ПОВТОРЕНИЯ С ЯКУПОВЫМ

– Несколько вопросов о ваших клиентах. Что происходит с первым номером драфта-2012 Наилем Якуповым?

– В первую очередь это вопрос клуба. Парень за четыре года в "Эдмонтоне" поменял пять главных тренеров и десять ассистентов! Это очень сложный процесс для молодого пацана, помноженный на колоссальное давление на первого номера. Причем – давление не только журналистов, но и скаутов сборной. Не называю фамилию, но скажу, что сделал замечание одному человеку: если он имеет полномочия скаута и чем-то недоволен в плане игры, то должен высказываться об этом в кулуарах, а не в прессе. Там и так хватает критики.

Но характер у Якупова сумасшедший. Его только надо пригреть, поставить под солнце, полить водой, чтобы он оттаял и опять начал расти. А первый ты номер драфта или 27-й – не важно. Важнее попасть в стабильную команду, где в тебя верят.

В Макдэвида по крайней мере верят, и он на самом деле выдающийся игрок. Уже сегодня ему в "Эдмонтоне" равных нет. А Наилю нужно, чтобы его до конца поняли, коснулись его души. Я знаю, насколько он горит и насколько у него большое сердце. Ему надо получить то, чего в "Ойлерз" он пока не получает.

– Почему не удалось обменять его перед дедлайном?

– Я разговаривал с девятью клубами, которые проявили интерес. Вопрос в том, что "Эдмонтон" хотел получить взамен. Если ты даешь парню 10 минут игрового времени, то есть как игроку 3-4 звена, то не надо просить игроков первых двух звеньев. С одним из клубов, хотевшим его сильнее других, переговоры шли до упора. Но последнее слово было за "Эдмонтоном", и ничего нельзя было сделать.

Знаю генерального менеджера "Ойлерз" Питера Чиарелли и помню, как он, возглавляя "Бостон", совершил обмен Тайлера Сегина. Тот ушел в "Даллас" и начал с хорошими партнерами забивать по 40. Эта заноза до сих пор сидит у Чиарелли, и он не хочет еще раз ошибиться. Но мы по-джентльменски договорились, что он рассмотрит этот обмен на летнем драфте.

– Вы хотите обмена Якупова?

– Да. Но мы не ставим никаких ультиматумов, потому что хотим сделать все спокойно, мирно и без скандала. Ругаться через прессу – не в моем стиле.

– Как отнеслись к решению кандидата на участие в ЧМ-2016 Андрея Локтионова вернуться в Россию?

– Я был против того, чтобы он ехал на чемпионат мира в Минск, потому что он был без контракта. И в первом же отрезке первого матча Андрюха получил тяжелейшую травму плеча, операция на котором стала для него третьей. Потом он провел у меня дома в Детройте два месяца, они включили в себя и терапию, и тренировочный процесс. После чего мы начали предметный разговор с "Локомотивом".

После этого ему нужно было получить то, чего он не получал в том же "Нью-Джерси" – игровое время и доверие. Пит Дебур делал из него игрока, который должен бороться, бежать, толкаться. Но это другой стиль игрока, он творческий парень. При том что он профессионал, порой я гоню его из зала, поскольку он работает как зверь.

Ему нужен был глоток свежего воздуха, требовалось начать с новой страницы. И ему дал все это Дэйв Кинг в Ярославле. Хотя, если честно, Сергей Федоров хотел заполучить Андрея к себе в ЦСКА, прислал даже в Детройт своего человека, чтобы провел тесты. Это был серьезный парень – и в отчете он написал, что в плане готовности Локтионов выглядит сильнее, чем любой игрок ЦСКА. У него не было игровой практики, он тренировался с U-18 в Детройте вместе с моим сыном. Но в плане готовности был в полном порядке.

Но Ярославль, который владел правами, заломил ЦСКА нереальные требования за передачу прав. Заломили руки, можно сказать. И не оставалось другого варианта, как идти в "Локомотив". Впрочем, все, что ни делается, к лучшему. После трех операций он и у Кинга получил массу доверия и времени, и молодой тренер Алексей Кудашов понимает его как игрока и человека.

Валерий БРАГИН и его молодежка. Фото REUTERS
Валерий БРАГИН и его молодежка. Фото REUTERS

МОЛОДЕЖКА ДЛЯ БРАГИНА – ИДЕАЛЬНОЕ МЕСТО РАБОТЫ

– Еще один ваш клиент, 19-летний вратарь Илья Самсонов, которого в первом раунде прошлогоднего драфта взял "Вашингтон", провел 19 матчей в регулярке за "Магнитку" и даже в четырех матчах плей-офф из-за травмы Кошечкина успел поучаствовать.

– Я доволен его развитием. У нас с ним было очень много разговоров во время чемпионата мира в Финляндии. До сих пор не понимаю решение тренеров, и кто за ним стоял, не поставить Самсонова на финал с финнами после того, как команда с ним выиграла полуфинал у США. Никакой речи об усталости не было, а отдыхать после чемпионата мира можно сколько угодно.

Тут – как седьмая игра финала Кубка Стэнли, а вы меняете основного вратаря после победы в шестой. Впрочем, готовность выдерживать такой стресс сделает его сильнее. Когда травмировался Кошечкин, Илья достойно себя проявил. Надеюсь, что в следующем году он сыграет еще больше матчей. До конца его контракта с "Металлургом" осталось два года, и в следующем он точно будет там играть.

– В чем, по-вашему, заключается секрет Валерия Брагина?

– Валера – молодец, мы с ним много общаемся. Мне нравится, что он частый гость на чемпионата мира до 18 лет, то есть смотрит, кого получит дальше. Возит ребят спокойно на Subway Series составом, цель которого – просмотр игроков. И после долгого анализа выбирает коллектив по характерам, которые могут дать ему результат на короткой дистанции. Нынешняя вратарская ситуация с Самсоновым меня разочаровала, но в целом для Брагина это идеальное место работы. Он может собрать команду на эти пару недель и дать результат.

– Как дела и перспективы у вашего сына?

– У него было слишком много травм, он потерял полтора года из двух из-за операции на бедрах – такой же, как у Валеры Ничушкина, Джейми Бенна, Пекки Ринне. Но сейчас полностью восстановился, готовится к следующему сезону, сыграет пару турниров в Детройте. Ему всего 18, и он очень хочет играть. Не толкаю его в хоккей, это его желание. Знаю его видение и понимание игры, глубокий анализ. Он большой поклонник футбольного "Саутгемптона", смотрит много матчей и анализирует их. Этот анализ проявляется на льду. Пока не будем забегать вперед: сын готовится к сезону, а там посмотрим.

Сергей МАКАРОВ, Виктор ТИХОНОВ, Игорь ЛАРИОНОВ, Владимир КРУТОВ. Фото Федор АЛЕКСЕЕВ
Сергей МАКАРОВ, Виктор ТИХОНОВ, Игорь ЛАРИОНОВ, Владимир КРУТОВ. Фото Федор АЛЕКСЕЕВ

ТИХОНОВ БЫЛ ЭПОХОЙ ДЛЯ СВОЕГО ВРЕМЕНИ. НО МНЕ БЫЛО ПРИЯТНЕЕ РАБОТАТЬ С БОУМЭНОМ

– Больше года назад не стало Виктора Тихонова. Кем вы сегодня считаете этого человека для своей жизни?

– У нас с ним в последние годы все было нормально. Просто Виктор Васильевич – человек своего времени. Что было – то было, и не надо говорить, что все было плохо. Тихонов был эпохой для своего времени. Он не знал, как делать по-другому.

Но, уехав в Северную Америку, я доказал, что и без его контроля смог отыграть еще 15 сезонов на высшем уровне. И для меня это было достаточно важно – доказать, что не всегда этот коллективный подход работает для всех, что можно по-другому готовиться и ощущать себя в жизни. Безусловно, команда – это самое главное, и в то время это было особенно актуально. Но я получил то, что хотел получить, – свободу выбора, и воспользовался ею по назначению.

– Когда былые страсти остыли, вы когда-нибудь обсуждали с ним все эти вопросы?

– Не удалось. Я редко приезжал в Москву, и у меня не было возможности заходить к нему в ЦСКА. Да и какой смысл копаться в прошлом? Тихонов не понял бы меня, я – его. Он по-прежнему считал, что все должно быть так, я – что иначе. Обнялись, пожали руки, поговорили пару минут – и все.

Безусловно, каждый тренер влияет на карьеру игрока. И Тихонов является частью как моего личного становления, так и становления "Красной машины". Но карьера игрока начинается в детском хоккее, и очень многое зависит от того, попадаешь ли ты в тот момент в правильные руки, точно ли понимает человек, что от тебя можно получить. А попадая дальше, в ЦСКА, ты эти свои качества рядом с хорошими игроками просто начинаешь по-новому раскрывать.

Каждый тренер, который был со мной рядом, на меня повлиял. И первый тренер в "Химике", и Юрий Морозов, и Тихонов, и Боумэн, и Куинн. К каждому из них отношусь с уважением и пониманием. Конечно, были разные моменты, и, если сравнивать Тихонова и Боумэна, то работать со Скотти мне было приятнее. Потому что это было именно то, чего я хотел.

Сан-Хосе – Москва

Игорь Рабинер
Все материалы автора

Понравился материал —
не забудь оценить!
vs
0
Офсайд
Загрузка...
Загрузка...

Только главные и важные новости из мира спорта