"Если бы мы проиграли "Чикаго", то команду бы разогнали"

Хоккей   /  НХЛ 
0
0
Обсудить
Поделиться в своих соцсетях
Иван Шитик
Иван Шитик
Корреспондент
Нападающий "Оттавы" Алекс Бэрроуз на страницах The Player’s Tribune благодарит "Ванкувер" за те годы, что он провел в составе "Кэнакс", а также вспоминает всю свою карьеру в целом.

Я до сих пор помню тот день, когда стал игроком "Кэнакс".

С точностью до минуты: 2 января 2006 года. И не думайте, что я подглядываю. Если у вас появились подобные мысли, то можете дальше не читать. Я навсегда запомнил эту дату.

Это был вечер понедельника, команда находилась в Сент-Луисе. Я побросал вещи в номере отеля и сел на автобус, который доставил меня да арены. Вышел на улицу. Зашел в "Savvis Center" (пытался строить из себя "крутого парня из НХЛ, но, наверное, не справлялся с этим). Зашел в гостевую раздевалку. Толкнул эти большие, створчатые двери…

И подумал про себя: "Это правда реальность? Это действительно происходит?"

Попав в раздевалку… показалось, что у меня начались галлюцинации. Будто кто-то жестоко разыграл меня и воссоздал с точностью до мельчайшей детали мои мечты "стать игроком "Ванкувера". Вот Тревор Линден надевает свою защиту. Вот братья Седины разминаются, пиная футбольный мяч. Вон Маркус Нэслунд, Тодд Бертуцци, Брендан Моррисон – West Coast Express в полном сборе. Они оглядываются в мою сторону и приветствуют кивками головы. Да вы, должно быть, шутите?

Знаете, как бы это описать… астральное путешествие? Да, я столкнулся с чем-то подобным. Так что просто стою и наблюдаю из своего уголка… Со стороны смотрю на то, как я превращаюсь в игрока НХЛ.

Сам матч, учитывая мое состояние, прошел несколько неожиданно. Мы проиграли со счетом что-то вроде 1:4 (соперник был сильнее на голову). Но в концовке третьего периода – когда игра уже потеряла всякий смысл – просто нечто, чего я никогда не забуду.

У наших ворот образовалась свалка, и Деннис Уайдмэн ткнул мне своей крагой в лицо.

На мгновение я… замер.

По-моему, этот тычок Денниса снял с меня нервное напряжение. И заставил задуматься. В моей голове пронеслось множество мыслей: "Алекс, тебя сошлют в фарм. Ты просто катаешься и ни черта не делаешь… команда проигрывает… а ты еще позволишь себя толкать? Так ты останешься Алексом Бэрроузом – человеком, который будет всем рассказывать, что провел ОДНУ игру в НХЛ. Классно сработано, приятель".

Казалось, что вся моя карьера, вся моя жизнь пронеслась перед моими глазами.

Так что подумал, что просто должен показать парням, что могу помочь им побеждать. Что я не какой-то застенчивый пацан. Что я люблю эту игру и сделаю все возможное, чтобы закрепиться в команде.

Так что я ответил Уайдмэну – через мгновение краги валялись на льду, а мы обменивались ударами. Сразу хочу прояснить: мне надрали задницу. Но, честно говоря, суть не в этом. (Вы замечали, что только тот парень, которому навешали люлей, говорит, что "суть была не в этом?)

Если без шуток, мне действительно был не так важен исход драки. Я показал партнерам, что не просто какой-то удивленный юнец, который не верит и не понимает, куда попал. Не просто некто в форме "Кэнакс".

Я показал, что заслужил носить эту форму – и сделаю все возможное, чтобы больше ее не снимать.

2009 год. Алекс БЕРРОУЗ атакует ворота Мартина БРОДЕРА. Фото AFP
2009 год. Алекс БЭРРОУЗ атакует ворота Мартина БРОДЕРА. Фото AFP

***

Иногда люди напоминают, что меня никогда не выбирали на драфте, что лишь подчеркивает мой статус андердога. Но, знаете что, много кого не выбирают на драфтах. Это еще не конец света.

Вот как все иногда обстоит. Когда я получил шанс в "Ванкувере" в 2006-м… еще пару лет назад я звал маму в слезах – ведь меня обменяли в команду (а именно такой центр хоккейного мира как "Батон-Руж"), которая в прямом смысле слова "выходила из дела". Еще пару лет назад я серьезно раздумывал о том, чтобы бросить хоккей и переключиться на учебу. Еще год назад я мотался между АХЛ и Лигой Восточного побережья. Я всегда был готов к следующему: взять билет на самолет и отправиться лигой ниже, чтобы доказать тренеру, что я могу быть полезен.

Вы должны понять: когда меня пригласили в "Ванкувер", я не был просто незадрафтованным игроком. Я был просто никем.

И, наверное, это и сыграло ключевую роль. Так я смог превратить несколько матчей в ECHL в полноценный сезон в АХЛ… а затем полсезона в АХЛ в вызов в команду НХЛ. Изо все сил старался находиться в идеальной форме. Следил за диетой. Разработал специальный интенсивный план тренировок. Но главное другое: я понимал, сколько нужно вкалывать, чтобы попасть в "Ванкувер", сколько нужно будет грызть лед, чтобы хотя бы получить шанс надеть свитер "косаток". И когда, наконец, я его надену… черт… уже никогда его не сниму.

И на протяжении 12 лет, могу с гордостью сказать это, я его действительно не снимал.

2011 год. Алекс БЕРРОУЗ (слева) и Роберто ЛУОНГО. Фото USA TODAY Sports
2011 год. Алекс БЭРРОУЗ (слева) и Роберто ЛУОНГО. Фото USA TODAY Sports

***

Оказался в команде в идеальный момент.

Я чувствовал, что должен что-то доказать – в таком же состоянии был и весь "Ванкувер". Строилась серьезная команда-контендер, а нашими лидерами были два человека: Хенрик и Даниэль. Близнецы превратились в элитных нападающих… так и родился наш стиль игры. Добавьте к этому Лу в воротах и двух прекрасных тренеров, Алена и Рика, и вы получите очень опасного соперника.

Вскоре "Кэнакс" стали синонимом победы.

Во всяком случае, так было до 2009 года. Когда, как бы больно ни было это признавать, "Ванкувер" стал синонимом чего-то другого. На какое-то время – на два года, если быть точным – "Кэнакс" стали синонимом чем-то очень и очень неприятного.

Это слово означало – "парни, которые проигрывают "Блэкхокс"

Слушайте, у нас действительно была классная команда в 2009-м и 2010-м. Посмотрите сами, отличный ростер. Но каждый раз с наступлением плей-офф повторялась одна и та же история. Весь этот талант, все эти надежды и оптимизм… и поражение от "Чикаго". Это было ужасно. И мы это ненавидели. Хотя, извините, погодите, позвольте перефразировать: мы ненавидели их. Да, стоит отдать им должное, они знали наши слабые места. Но, черт… Как же мы их ненавидели.

Когда регулярка 2011 года подходила к концу, мы лидировали в лиге (с большим отрывом)… и в первом раунде нам достались "ястребы" (да вы шутите)… и они отыграли отставание в серии со счета 0-3 и перевели выяснение лучшего в седьмой матч (о, Боже)… знаете, любая команда бы находилась в состоянии шока и чувствовала себя просто проклятой.

Но не мы.

Прекрасно помню: мы с Райаном Кеслером сидим в его машине и едем на седьмую игру в Чикаго. Никаких нервов, никакой напряженной тишины. Никаких неприятных разговоров. Просто едем на игру…с полной уверенностью в своих силах. Мы каким-то образом знали. Черт, мы выиграем этот матч. Мы знали это.

2010 год. Алекс БЕРРОУЗ (слева) против Микко КОЙВУ. Фото AFP
2010 год. Алекс БЭРРОУЗ (слева) против Микко КОЙВУ. Фото AFP

На протяжении всей поездки мы повторяли друг другу:

"Не сегодня".

"Неа, не сегодня".

"Мы не сдадимся сегодня".

"Не сделаем этого".

"Неа".

"Ни за что".

"Эй".

"Чего?"

"Сегодня мы не проиграем".

"О, да, я знаю".

Так прошла вся поездка до "Роджерс Арены". Мы понимали, насколько высоки ставки. Если мы проиграем этот матч, проиграем серию, проиграем заклятому сопернику, ведя в серии со счетом 3-0, выиграв "Президентс Трофи", уступив им в предыдущих двух сезонах… это не будет просто поражением. Мы понимали, что в случае поражения высока вероятность того, что команду просто разгонят.

Всю команду. Близнецы бы ушли. Кеслер, Биекса, Луонго покинули бы клуб. Ален Виньо и весь тренерский штаб больше бы не работали с командой. И, конечно, не было бы уже и меня. Наша эра, все эти многолетние труды… пошли бы прахом. Мы обязаны были выиграть. Никаких оговорок.

Хотя легче сказать, чем сделать.

Но все равно. Как же чертовски приятно.

***

Я много думал последние две недели после обмена, почему я так скучаю по Ванкуверу? И очень часто в моей голове всплывают те 24 часа из 2011 года. День седьмого матча серии с "Чикаго"… и следующее утро. Что касается самой игры: забить решающий гол в овертайме, который решил исход серии… Наверное, это останется самым ярким моментом моей карьеры.

Но дело не только в самом матче. Если продолжать придаваться воспоминаниям, то победа – это даже не лучшая часть. И близко.

На следующий день – реально на следующее утро – родилась моя дочурка, Виктория.

Сейчас ей пять годиков. И мы, можно сказать, оставляем схожие роли. Я привыкал быть ветераном в раздевалке "Ванкувера". Она была одним из ветеранов комнаты для семей "Кэнакс".

Серьезно, комнаты для родственников. Спросите у Виктории про Ванкувер… и я практически уверен, что с наибольшей радостью она расскажет о той комнате на "Роджерс Арене". С одной стороны стоит кожаный диван и телевизор для всех подруг молодых членов команды. А с другой стороны... настоящий сумасшедший дом.

Игрушки, домики, раскраски – все, что вы только можете представить. И там Виктория играла с другими детьми: сестрой Лекси (на год младще) и братом Джейкобом (16-месячный новичок). Но еще с Хэмьюсом, Биексой, Сединами, Кеслерами – всеми их детьми. Настоящая банда.

Это одновременно и забавно и грустно: то, как "Кэнакс" обошлись с большинством ветеранов... как понимаете, у большинства таких игроков уже есть дети. Что означает, что медленно но верно Виктория видела, как ее друзья переезжают в другие города. Самый тяжелый момент настал пару лет назад, когда нужно было объяснить, почему уезжают дети Кеслера, с которыми она была вместе с самого рождения. Да, помнится, было непросто. И сейчас легче не было. Теперь и наша семья столкнулась с переездом.

Алекс БЕРРОУЗ в составе "Оттавы". Фото AFP
Алекс БЭРРОУЗ в составе "Оттавы". Фото AFP

Когда мы сообщили Виктории, что папочка был обменян в "Оттаву", не думаю, что она полностью поняла смысл этих слов.

Мы: "Дорогая, теперь ты должна болеть за красно-черную команду".

Она: "Нет. Мы болеем за синюю".

Мы: "Но теперь она красно-черная, солнышко".

"А у них есть косатка?" (Она научилась любить маскот "Ванкувера" – но только издалека. Когда он подходил чуть ближе, то начинал пугать ее. Но она любила его, пока он находился на другом конце стадиона).

"Нет, мне жаль, косатки у них нет. Но у них есть… Спартакот!"

Никакой реакции.

"Это забавно выглядящий кот".

Большая улыбка появилась на ее лице.

Думаю, у нас все будет хорошо.

Алекс БЕРРОУЗ в составе "Оттавы". Фото AFP
Алекс БЭРРОУЗ в составе "Оттавы". Фото AFP

***

Я о многом думал, пока садился на самолет, который должен был увезти меня из Ванкувера.

Вспоминал непростой путь на заре карьеры, удивительные повороты судьбы. Как упорно я трудился, как много боролся ради того, чтобы носить – заработать это право – свитер "Кэнакс" с 14-м номером. Думал о кулаках Денниса Уайдмэна… машине Райана Кеслера… и столь долгожданной победе над "Чикаго". Вспоминал ланчи в Yaletown (куда мы ходили с Лу и Кевином) и ужины в PHAT. Вспоминал преданных болельщиков "Ванкувера", которые никогда не отворачивались от нас. Думал о своей репутации одного из главных пранкеров в истории "Кэнакс": залить соус для барбекю в бутылку из-под шоколадного крема… установить навесной замок на чемодан кого-то из новичков… вытащить телефон новичка и поменять номер его лучшего друга на номер президента команды, Тревора Линдена. Список можно продолжать долго.

Если быть чуть серьезнее, думал о том, как сильно клуб помог мне в карьере и в жизни. Какую гордость я испытывал, когда принимал на себя лидерские обязанности, взяв на себя ответственность за атмосферу в коллективе после отъезды Биексы.

С благодарностью вспоминаю наш медицинский штаб, от Майка Бернштейна до Рика Челебрини, которым редко воздают по заслугам, но которые всегда были готовы прийти на помощь. Наши экипировкщики: Пэт О’Нил и его бригада – новые коньки, клюшки, что угодно – они всегда с радостью выручали меня и никогда ни в чем не отказывали.

И, конечно, я вспоминал всех людей, которые когда-то поверили в меня. Дэйв Нонис, Майк Гиллис, Джим Беннинг, Лоренс Гилман, Лорн Хеннинг и вся семья Акуилини – все они дали шанс парню, которого в силу возраста сложно было называть проспектом, а в силу габаритов и таланта сложно было называть перспективным и, наконец (если бы они прислушались к тому, что обо мне часто говорили в те годы), просто хорошим игроком. Как же быстро – молниеносно – пролетает жизнь. И я с теплотой вспоминаю прошедшие годы.

Теперь я размышляю, что ждет меня впереди.

В конце концов, хоккей – это бизнес. И я очень рад оказаться именно в "Оттаве". Если бы у меня в контракте был прописан запрет на обмены, то фанаты "Сенаторз" могут быть уверены: я бы использовал его, если бы не верил, что "Сенс" ждет светлое будущее. То же можно сказать и о продлении контракта. Я даже не рассматривал бы этот варианта, если бы не был уверен, что "Оттава" движется в верном направлении. Я приехал в этот клуб с большими ожиданиями – не только от команды, но и от самого себя. Я приехал помочь завоевать Кубок Стэнли.

Но частичка моего сердца навсегда осталась в Ванкувере. Слишком много воспоминаний связывает меня с этим местом с этим клубом. И я не скрываю, что еще это место своим домом.

Расставаться всегда тяжело. Но я покидаю "Ванкувер" с надеждой, что этот обмен поможет команде.

В любом случае, на этом для меня все.

Спасибо за то, что сделали мою мечту реальностью.

От лица того, кто каким-то чудом провел 12 лет в этом клубе, я все еще не могу до конца поверить, что это произошло на самом деле. Но я очень рад, что все сложилось именно так. Пожалуйста, не забывайте меня… И, пожалуйста, если у вас будет такая возможность, передайте мои слова новому поколению: носите этот свитер с гордостью. И не позвольте никому отобрать его у вас.

Вы же игроки "Ванкувера".

Спасибо,

Алекс.

vs
0
Офсайд
Бетсити. Путь к финалу
Наши в Европе
Загрузка...

Только главные и важные новости из мира спорта