Забыли. Проехали. Работаем дальше

Хоккей   /  Чемпионат мира 
0
662
Обсудить
Поделиться в своих соцсетях

ЧМ-2010

В понедельник президент ФХР Владислав Третьяк заявил о том, что решение игроков сборной России объявить бойкот прессе после матча с Данией было неправильным и что команда прервет обет молчания.

Елена ВАЙЦЕХОВСКАЯ

Вчерашний день начался для журналистов в Кельне с пресс-конференции Владислава Третьяка. Мероприятие проводилось во время тренировки российской сборной и было посвящено уже ставшему широко известным скандалу - бойкоту российскими хоккеистами своей же прессы, объявленному после того, как канал "Россия-2" накануне матча с Германией показал скандальный ролик с нарушающими спортивный режим игроками.

Третьяк старался как мог. Говорил, например, о том, что журналисты должны с уважением и пониманием относиться к игрокам, ведь они отложили все свои дела ради того, чтобы порадовать российских болельщиков и защитить честь страны. Получалось, прямо скажем, неубедительно. По глазам президента ФХР было видно, что он чувствует себя весьма некомфортно, отдуваясь за поступки, которые не имеют к нему самому ни малейшего отношения. К тому же пафосные слова по поводу отложенных дел и чести страны поневоле вынуждали назвать вещи своими именами. Сказать о том, что игроки и тренеры сборной, да и сам Третьяк, вполне вероятно, преследуют в Кельне весьма прозаическую цель - выиграть во что бы то ни стало и прежде всего ради самих себя. Чтобы хоть как-то сгладить то чувство позора, которое в феврале пережила вместе с российской сборной вся страна.

- Ну почему вы до такой степени агрессивно настроены? - спросил Третьяк меня после своего публичного выступления, когда я подошла к нему, еще стоявшему на трибуне. - К чему вообще продолжать говорить об этом скандале? Почему не написать о том, как сильна российская сборная, как замечательно она провела матч с Данией?

- С каких пор мы судим о силе российской сборной по матчу с Данией? - задала я встречный вопрос. Президент ФХР осекся и замолчал. Его, если честно, было жалко.

А в воскресенье было жалко тренеров. Игорь Захаркин сорвался на истерику прямо во время телевизионного интервью в микст-зоне. Потом, видимо, остыл, вернулся в микст-зону из раздевалки, принес журналистам извинения - и это был поступок, который заслуживал уважения.

Истерика Быкова была зафиксирована несколькими десятками диктофонов чуть позже - после пресс-конференции. Так не реагируют на вопросы, когда чувствуют свою правоту. Так ведут себя в одном-единственном случае: если ситуация выходит из-под контроля и ты бессилен что-либо изменить.

За сутки, прошедшие после объявления хоккеистами бойкота прессе, от представителей российского штаба мне не раз довелось услышать фразу: "Ты должна их понять как спортсменка".

Понять не получается. Именно как спортсменка я совершенно уверена: что бы ни происходило вокруг сборной в ходе чемпионата мира, на это вообще не надо обращать внимание. И уж тем более устраивать демарши. Хотя бы потому, что это отнимает массу энергии. Изматывает, опустошает, жжет нервы, убивает положительные эмоции. Именно это были обязаны объяснить игрокам тренеры. Причем не тогда, когда страсти достигли точки кипения, а сразу после того, как скандальный видеоролик появился в интернете. Неужели было трудно спрогнозировать, как может развиваться ситуация дальше?

По тренерам, как мне кажется, бойкот и ударил сильнее всего. Потому что сделал очевидным (и заставил говорить об этом вслух огромное количество людей), что обстановку в собственной сборной ни Быков, ни Захаркин не контролируют. О каком уважении к тренерам можно вести речь, если игроки даже не сочли нужным поставить их в известность о том, что команда решила пойти на столь агрессивную конфронтацию с прессой?

Захаркин, правда, с такой постановкой вопроса не согласился. Отвечая вчера на вопросы журналистов, он упирал на то, что влияние тренеров и их способность управлять командой должны определяться исключительно тем, что происходит на льду. Из уст человека, одной из любимых тем которого всегда было значение психологического климата в сборной, это утверждение звучало как минимум неубедительно. Ведь даже Максим Сушинский, который вчера разговаривал с журналистами, стоя в нескольких метрах от Захаркина, признал: обстановка в команде в связи с решением о бойкоте некомфортная. Эмоционально тяжелая. Давит. Неприятно об этом думать. Да и вообще хотелось бы думать на чемпионате мира совершенно о другом.

Весьма любопытно было наблюдать и за тем, что и как говорят по поводу случившегося облеченные руководящей властью лица. Быков отсылал журналистов за объяснениями к Третьяку и Захаркину, Третьяк - к Захаркину и Быкову, Захаркин - к Быкову и Третьяку. И как-то вдруг сразу бросилось в глаза, что все трое держатся демонстративно обособленно друг от друга.

Президент ФХР пообещал журналистам, что бойкот завершен, но прозвучало это весьма неуверенно. К этому добавились слова Сушинского о том, что команда решила разговаривать с прессой выборочно. То есть с теми, с кем считает нужным. По своему, разумеется, усмотрению.

Другими словами, история не закончена.

Можно ли было повлиять на ситуацию более кардинально? Мне кажется, что да. Просто для этого нужно было действовать совершенно иначе. Выпустить к представителям прессы не Третьяка и не Быкова с Захаркиным. А Илью Ковальчука. На несколько минут. Чтобы именно он, как капитан сборной, сказал журналистам (ничуть не провинившимся перед сборной, заметьте) что-то вроде: что случилось - случилось. В конце концов, в спорте бывает всякое. Забыли. Проехали. Работаем дальше. Ведь всем нам на самом деле нужно одно - победа.

И никто, уверена, не чувствовал бы себя униженным. И забыли бы тут же. И проехали бы. Потому что на самом деле очень хочется - забыть...

Кельн

Сушинский объяснил, почему сборная объявляла бойкот

Юрий ГОЛЫШАК
из Кельна

Максим Сушинский, переведенный накануне игры против датчан в запас, решился вчера на откровенный разговор и объяснил, почему команда временно прекратила общаться с российскими журналистами.

Говорил он сбивчиво - но лучше такой разговор, чем никакой. Ни капитан сборной России, ни его ассистенты перед журналистами вчера так и не появились.

- Это правда, что бойкот со стороны сборной сегодня отменен?

- В какой-то степени - да.

- Это в какой же?

- Хоккеисты будут общаться только с отдельными корреспондентами, избранными.

- По какому принципу будете выбирать?

- Ребята знают, с кем можно общаться, а с кем - нельзя. С теми, кто будет писать правду про хоккей, а не о побочных эффектах.

- У вас какая-то таблица на журналистов - эти пишут правду, а эти лгут?

- Все ребята знают, кто что пишет. И кто что показывает.

- Это обсуждалось в команде?

- Конечно.

- Так с кем же нельзя разговаривать?

- Эти люди скоро обо всем узнают.

- Вокруг вас сейчас собралось много корреспондентов. Среди нас такие есть?

- Если я разговариваю с вами - значит, нет. Если только случайно не затесались.

- Вас не угнетает такая ситуация?

- Вот! Идет чемпионат мира, а мы рассуждаем о чем-то постороннем. Хотя главной темой должна быть другая - как сборная России играла против Дании. Главнее этого сейчас ничего нет.

- Так журналисты в воскресенье как раз и подходили узнать про игру с Данией. Но хоккеисты почему-то ушли в раздевалку, не ответив на вопросы.

- Ну и правильно сделали.

- То есть Дания - такая слабая команда?

- Нет, при чем здесь Дания?! Я вам уже прямо объяснил, кто виноват - некоторые журналисты, которые пишут не о хоккее. А пишут о том, что не должно никого касаться, - о личной жизни.

- Так ведь дело-то не в том, что пишут. На самом деле скандал произошел из-за пленки, на которой хоккеисты курят. Получается, факт курения был.

- А что сделать - если люди курят с трех лет?! Как можно?

- С трех лет?!

- Это я грубо выражаюсь…

- А что такого в том, что хоккеисты курили?

- Ну вот, опять вы об этом.

- Хочется закрыть тему.

- Вот вы ее и закройте. Миллионы людей смотрят хоккей, и перед матчем им показывают такие вот сюжеты. Каналу "Спорт" (на самом деле - "Россия-2". - Прим. "СЭ") стоит задуматься: для чего это делается? А потом комментаторы двадцать минут сидели и эту тему обсуждали.

- Вас поддерживали.

- Поддерживали, но забыли, что игра началась.

- Не считаете ли вы, что было бы правильнее кому-то из игроков выйти и обо всем прямо сказать после матча? Вместо того чтоб проходить мимо?

- Я думаю, тогда такого резонанса не было бы. А сейчас все поняли, о чем идет речь.

- В том-то и дело, что никто ничего не понял. Все написали, что вы плохие, но никто не понял, почему вы так поступили. Никто в Кельне не смотрит этот канал. И никто представления не имел о вышедшем сюжете.

- Не знаю… Есть пресс-атташе, с которым вы должны общаться. Задавайте вопросы ему. Думаю, те люди сделали не лучшую рекламу своему каналу.

- Давайте мы зададим отвлеченный вопрос: как вам сборная Финляндии?

- Я видел лишь одну их игру - против сборной Дании. Финны ее проиграли. Хоть, думаю, это хорошая команда. Финны плохими не бывают.

- Вы не принимали участия в матче с Данией. Вячеслав Быков не уверен, что вы сыграете и в завтрашнем матче. Вас не угнетает это состояние: тренировались, работали, приехали в Кельн - и сели на лавку?

- Провокационный вопрос. Не буду на него отвечать.

- Зато он на хоккейную тему. Это же не личная жизнь.

- Не мне же решать. Я в команде - чем смогу, тем помогу. Если буду играть - выложусь на площадке. Если буду в запасе - стану поддерживать ребят.

- В первом раунде плей-офф вы можете сыграть с канадцами, чехами или латышами. Есть разница?

- Конечно, лучше в первом раунде играть с канадцами.

- Почему?

- Ну что у вас за вопросы… Конечно, лучше играть со слабой командой. А может, и с сильной - сразу выбить ее и идти дальше.

- Значит, насчет Канады вы иронизировали. Так как лучше-то?

- Как будет, так и будет. Мы здесь ни при чем. У нас своя группа, а в той - другие команды. Что они там наиграют, понятия не имею.

- Удается следить за играми в Мангейме?

- Нет никакого освещения той группы - поэтому не удается.

- Даже не видели потенциальных соперников?

- Ни разу не видел.

- Можно ли сказать, что предстоящий матч с финнами - начало плей-офф для России?

- Последняя подготовка к плей-офф. Хорошо, что последний матч мы играем с сильным соперником.

Владислав Третьяк: "Решение о бойкоте было неправильным"

Андрей КУЗНЕЦОВ
из Кельна

Как уже сообщал "СЭ", в условиях разразившегося в воскресенье скандала, связанного с решением игроков сборной России бойкотировать общение с прессой, Владислав Третьяк был едва ли не единственным представителем российской делегации, сумевшим сохранить хладнокровие. На следующий день после победы над Данией президент ФХР собрал на резервном ледовом катке Кельна, где тренировалась сборная России, импровизированную пресс-конференцию.

- Решение команды о бойкоте российских СМИ стало для меня полной неожиданностью, - начал свое выступление Третьяк. - В воскресенье я сидел на трибуне и смотрел хоккей, а потом спустился к раздевалке - поздравить команду с победой. В этот момент и узнал, что сборная в полном составе прошла через микст-зону, отказавшись от любых комментариев. После этого сюрприза ко мне подошли представители ИИХФ и рассказали об обязательном требовании вывести трех хоккеистов для общения со СМИ.

Капитан нашей сборной Илья Ковальчук рассказал мне, что идея бойкота родилась на льду и на скамейке, причем ни с кем хоккеисты не советовались. Что их толкнуло на это, вы прекрасно знаете. "Критиковать нас можно, но без тех околохоккейных акцентов, которые, к сожалению, раскручиваются сейчас по максимуму. Все-таки мы бросили все свои дела и прилетели играть за страну и выигрывать. Зачем настраивать болельщиков против сборной?" - такими были слова Ковальчука.

С одной стороны, обиды ребят можно понять. Они имеют право пообедать, погулять по городу, развеяться в свободное время - и зачем выискивать какие-то грехи игроков? Сейчас же не времена Советского Союза, когда во время заграничных поездок нельзя было носа высунуть из отеля и предписывалось на каждом шагу бояться провокаций. Но даже тогда курением баловались многие хоккеисты сборной.

- Я и сам покуривал, - с улыбкой бросил стоявший рядом с Третьяком известный в прошлом форвард "Спартака" Борис Майоров, работающий сейчас советником главного тренера национальной команды.

- Но несмотря на все обиды, решение о бойкоте было неправильным, - продолжил Третьяк. - Я сегодня утром провел беседу с капитаном сборной Ковальчуком и с Федоровым. И объяснил им, что кроме журналистов-скандалистов есть профессиональные СМИ, которые занимаются не ерундой, а делом. Ковальчук пообещал мне, что по ходу дня переговорит со всеми игроками команды и инцидент будет исчерпан. Общение со СМИ возобновится. Все будет нормально.

Президенту ФХР, конечно, за оперативную работу по ликвидации конфликта можно только поаплодировать. Вот только возможности убедиться в том, что бойкот снят, вчера не представилось - никто из воскресных "отказников" в тренировке сборной России не участвовал. Катались лишь форварды запаса Сушинский и Мозякин, не игравшие с Данией Еременко и Варламов, а также молодой защитник Куликов, который в день бойкота со СМИ как раз общался. Для остальных хоккеистов сборной понедельник был днем полуразгрузочным - Овечкин и Ко, не покидая территории отеля, позанимались "подготовкой на земле", а потом получили возможность погулять по городу и развеяться.

vs
0
Офсайд
Бетсити. Путь к финалу
Наши в Европе
Загрузка...

Только главные и важные новости из мира спорта