Новости
Меню
Единоборства

19 апреля, 15:15

«Было явное, наглое нарушение...» Российского бойца жестко засудили в UFC, он ждет внимания Даны Уайта

Российский боец Омаргаджиев проиграл Борральо на UFC Vegas 51 из-за спорного решения судей
Шеф отдела единоборств
Пропустил запрещенный удар и проиграл.

Гаджи Омаргаджиев (13-1 в ММА) в октябре прошлого года досрочно выиграл бой в Dana White's Contender Series и получил контракт с UFC. Дебютировал в минувшую субботу, причем дрался в соглавном событии вечера. Ему противостоял другой проспект — Кайо Борральо (11-1).

Бразилец за счет грэпплинга забрал первые два раунда. В третьем Омаргаджиев на время переломил ход поединка, начал разбивать соперника в стойке, но затем Борральо снова затащил его в партер. Потом они поднялись, и Борральо, поджав Омаргаджиева к сетке, нанес удар коленом в голову.

Удар был нелегальным, поскольку дагестанец касался левой рукой пола (так называемое правило трех точек опоры). Рефери Дэн Мираглиотта сначала снял с Борральо балл, а затем распорядился вынести решение о победителе боя путем подсчета баллов на судейских карточках. То есть Мираглиотта счел, что удар бразильского бойца был неумышленным. Победу присудили Борральо. На UFC on ESPN 34 был и другой подобный бой: Мартин Будай в третьем раунде умышленно ударил локтем в затылок (это запрещено) Криса Барнетта, тот не смог продолжить поединок. Но Мираглиотта определил удар словака как неумышленный, и Будай был признан победителем, так как взял два предыдущих раунда.

Год назад аналогичная ситуация возникла в поединке Петра Яна и Алджамейна Стерлинга. Тогда сибиряк ударил коленом в голову соперника, когда тот сидел на колене. Удар Яна был признан умышленным, и российский чемпион был наказан поражением и дисквалификацией.

***

Через два дня после боя мы связались с Омаргаджиевым, чтобы обсудить спорные действия Мираглиотты.

— Ты пересматривал момент с ударом коленом?

— Да, конечно. Не раз пересмотрел. Там было явное, наглое нарушение.

— То есть никаким неумышленным ударом там и не пахло?

— Я считаю, что неумышленный удар — это когда бойцы головами ударились. Или, меняя позицию, случайно ударил коленом в голову. Я специально поставил руку [на пол], чтобы он не бил меня коленом. Не ожидал, что он так ударит. Странно, что рефери разнял нас, остановил бой, а потом снял с него балл. Обычно балл снимают, когда боец хватается за сетку, чтобы избежать тейкдауна. И тому подобное. Он же (Борральо. — Прим. «СЭ») нанес запрещенный удар, поставил сечку. Как можно за это балл снять и оставить? Не понимаю этого.

— Мы видим, что Борральо поставил тебе сечку. Это был тот удар, которым можно послать в нокдаун?

— После этого удара у меня ноги стали ватными, сильно ослабели. Я просил, чтобы мне дали время на восстановление. Но пока они там разбирались, пока меня проверяли... Я сказал: «Дайте мне еще время». Я просто не понимал, что они говорили. Плохо понимаю английский. И они, видимо, решили отдать ему победу. Это странно. В бою Дастина Порье и Эдди Альвареса был запрещенный удар, и тот бой сделали несостоявшимся. Думал, они и наш бой сделают несостоявшимся и назначат новую дату. А они не так сделали. Ситуация была как в бою Петра Яна — но там, наоборот, Стерлингу отдали победу. А тут победу отдали моему сопернику. Странно.

Да, по судейским картам я проигрывал. Я это знаю. На это были причины. Не ожидал, что мне так тяжело будет. Сейчас месяц Рамадан, мой организм, видимо, был истощен — и соперник был физически крепче. Он понял, что может контролировать меня в партере, и решил вязать, давить «физикой», массой. Он этим воспользовался, молодец. Хотя считаю, что я был лучше в стойке. Он себя считает больше ударником, но я был лучше в ударке. Но, конечно, он тоже попадал, не из библиотеки вышел.

— Комментаторы UFC предположили, что ты сказал врачу, что не готов драться, а врач полагал, что готов.

— Я сказал Роману (своему секунданту Роману Долидзе, который после остановки боя подошел к Омаргаджиеву помочь с переводом. — Прим. «СЭ»): «Дайте мне еще время восстановиться». Я не понимал, что они говорят. Видимо, Роман тоже не все полностью догнал. Они должны были дать мне время, чтобы я полностью восстановился. Хочу, чтобы Дана Уайт оценил эти действия. Он (Борральо. — Прим. «СЭ») нанес запрещенный удар, сделал мне сечку. Когда ты пропускаешь неожиданный удар коленом в голову, сил у тебя становится меньше. Они должны были дать мне время, чтобы я восстановился. Не знаю... Они пять минут хотя бы отсчитали?

Если бы я знал, что они могут отдать ему победу, я бы продолжил бой. Но мне просто нужно было время восстановиться. Я чуть на эмоциях дрался, если честно. Потому что у меня не получилось свой план выполнить. Он меня вязал, держал внизу — «физикой» держал. И это меня бесило.

— В соцсетях ты не стал жестко высказываться на этот счет.

— Мне это просто не нужно. После следующего боя я возьму микрофон в руки — и по-любому это скажу. Я скажу, чтобы Дана Уайт обратил внимание на это, оценил — и действия рефери, и действия бойца.

— Тебе только стандартный гонорар выплатили?

— Да, обычный. То, что было положено за выход.

— Насколько тяжело получить эти деньги, учитывая сложную ситуацию с банками?

— Сейчас пойду обналичивать эти деньги — и с ними приеду. Тяжело. Все российские карты попали под санкции, и они (UFC. — Прим. «СЭ») сказали, что могут дать чеки, которые нужно обналичить.

— Я правильно понял, что ты перед боем держал пост?

— Да, сейчас же месяц Рамадан. Не стоило мне во время Рамадана выходить на бой. Я менеджеру говорил, что мне тяжело будет. Но он попросил [выйти на бой], так как общался за меня и только на эту дату дали бой. Чтобы не получилось такого, будто я избегаю соперников. Бывает, что бойцы не принимают бой, после чего их заносят в черный список, так скажем. Это был мой первый бой в Рамадан — и последний. Полноценно работать не мог, силы меня покинули. Испортил я себе такой замечательный рекорд.

— Реванш с Борральо хочешь?

— Да, конечно. Я этого и хотел добиться — чтобы они мне этот бой сохранили, просто поставили на другую дату. Посмотрим, кто лучше, техничнее, разностороннее. Он мне писал [после боя], извинялся. Но мне это зачем? Я ему сказал: «Давай, сделаем [реванш] в другую дату». Я хочу доказать, что я проиграл из-за этих ситуаций. Я был фаворитом, но не знал, как организм отреагирует на месяц Рамадан.