/ ATP
1 декабря 2002 года в Париже в знаменитом зале "Берси" Россия, уступая по ходу уик-энда 1:2, переиграла Францию – 3:2. В решающей пятой встрече Михаил Южный в пяти сетах переиграл Поля-Анри Матье. Герой того финала поделился с "СЭ" воспоминаниями.

Мыслей, что могу выйти, не было

– Никаких особых ожиданий, когда ехали в Париж на финал, не было. Просто обычный выезд Кубка Дэвиса, – говорит Южный.

– Перед финалом вы пропустили командный сбор в Монте-Карло из-за проблем со спиной. Насколько они были серьезными?

– Спина действительно беспокоила. Плюс это был период межсезонья, и мы проделали большой объем работы – над спиной и по поводу общей физической подготовки. И, естественно, играли в теннис в Немчиновке. Там был грунтовый корт.

– Когда присоединились к команде, на вас не смотрели косо после пропущенного сбора?

– Мне кажется, всем было все равно, откуда кто и как приехал. Обычно перед Кубком Дэвиса сбор начинается за неделю. За неделю я был в Париже. И все в команде были в курсе, где я и чем занимаюсь.

– Два дня вы наблюдали за играми со стороны. Гадали ли, доведется ли вам сыграть или нет?

– Не гадал. Просто смотрели, болели, переживали. Мыслей, что могу выйти, не было.

– А когда во время субботнего парного матча вас услали в раздевалку, чтобы не тратили эмоции, тоже не догадывались, что в воскресенье можете сыграть?

– Это ведь мог быть и тактический шаг, чтобы запутать французов и заставить их гадать. Я это больше так расценивал.

– Когда принимались решение, кто будет играть решающий пятый матч, вас спрашивали, готов ли? Или просто поставили перед фактом?

– В течение недели были разговоры. И потом мы же все на виду были. Понятно, кто как играет, и кто в какой форме находится. Меня же не из замкнутого пространства на корт отправили. В команде всего четыре игрока. В принципе, не так сложно отследить, кто в каком состоянии.

Матч с Матье мог сложиться по-другому

– Матч с Матье был для вас принципиальным, исходя из того, что вы ровесники, и в 20 лет каждый из вас, по большому счету, только начинал карьеру?

– Нет, такого не было. Возраст Матье не вызывал у меня особых ощущений.

– Что испытывали перед выходом на корт?

– Это палка о двух концах. Я узнал том, что буду играть, только в день матча, точнее, когда Марат Сафин уже вышел на корт. Тогда уже и волновался, и настраивался и так далее. А до этого... Состояние неопределенности даже больше выматывало. Когда тебя держат, грубо говоря, в подвешенном состоянии и ты гадаешь, то ли тебя выпустят играть, то ли нет, это тяжелее. Когда узнал, что, буду играть, даже успокоился.

– Насколько детально вы помните тот матч?

– В принципе, помню. Помню ожидание в раздевалке, выход на корт, разминка, первые два сета (их Южный проиграл. – Прим. "СЭ"). В голове сидит. Не каждое очко, но ключевые моменты помню.

– За счет чего вам все-таки удалось переломить ход борьбы?

– Скорее, это совокупность факторов. Нет одного конкретного вроде я сделал то-то, и ударил так-то или мне кто-то что-то сказал, и все перевернулось. Когда матч длится 4,5 часа, мне кажется, невозможно сказать, за счет чего все переломилось. Со второго сета что-то начало вырисовываться. Что именно трудно сказать, когда все решила пара розыгрышей. Могло ведь где-то по-другому сложиться.

Испытывал двойственные чувства

– Помните первые поздравления после того, как все закончилось? Какие-то особые слова?

– Конкретных слов не помню. Были эмоции, радость, все что-то говорили, кричали. Как обычно.

– Можете сказать, что это была настоящая эйфория?

– Для кого-то да. Но моя ситуация была другая. И я испытывал двойственные чувства.

– Насколько бурно сборная России праздновала победу?

– Не знаю. Мы с командой еле успели на командный ужин, потому что поздно закончили. А потом разошлись.

– Насколько эмоциональным для вас лично было все происходившее в "Берси"?

– У меня папа умер за два месяца до этого, поэтому мои эмоции и ощущения нельзя сравнивать с эмоциями и ощущениями других ребят, других членов нашей команды. Лично у меня никакой эйфории не было.

Перейти к комментариям
1
Загрузка...
Новости по теме