Александр Никитин: "Судьба вела меня навстречу Каспарову"

Telegram Дзен

ШАХМАТЫ

На этой неделе 80-летний юбилей отметил заслуженный тренер СССР, бывший наставник 13-го чемпиона мира Гарри Каспарова

– Александр Сергеевич, уже в 17 лет вы стали мастером – для середины прошлого века очень высокое достижение. Почему затем не выбрали престижную профессию шахматиста-практика?

– В то время эта профессия была не престижной, а скорее странной. Я же был вполне сознательным комсомольцем. Поэтому, окончив школу с золотой медалью, решил поступить в МЭИ. Хотя я действительно считался одним из самых перспективных в поколении Полугаевского, Таля, Спасского… 15 лет проработал в закрытом институте, связанном с космосом. Но шахматы из головы не выбросишь, поэтому в свободное время часто анализировал партии, учился писать статьи. Так и нашел себя в качестве шахматного аналитика.

В 1973-м мне позвонил директор Центрального шахматного клуба Виктор Давыдович Батуринский и предложил работу тренера сборных команд СССР. Это было очень неожиданно, но, откровенно говоря, в душе сразу созрел положительный ответ.

– Не было такого чувства, что вас судьба ведет?

– Так оно и было! В том же 1973 году в Вильнюсе проходили Всесоюзные молодежные игры по многим видам спорта, в том числе – шахматам. Мой товарищ Анатолий Быховский попросил туда съездить. Помню, подошел к столикам, за которыми играла азербайджанская команда, и вдруг увидел "провал" в уровне макушек над досками. Гарику тогда только исполнилось 10 лет, а рядом играли 17 – 18-летние парни…

Его игра меня заинтересовала, и после одной из партий мы немного пообщались. Из него посыпались варианты, как снег на голову! Он с таким удовольствием их сообщал – чувствовалось, что мальчик живет шахматами. В Москве рассказал о нем Быховскому, а он сообщил в ответ, что после нескольких лет перерыва Михаил Моисеевич Ботвинник возобновляет работу своей школы. Все в том же 1973 году!

С моей подачи Каспарова позвали на сессию. Когда Гарик начал показывать свои партии, Ботвинник тут же объявил перерыв – отправил всех ребят играть в футбол, а сам вместе со своим ассистентом Юрием Разуваевым стал задавать 10-летнему школьнику профессиональные вопросы. Опытные педагоги сразу поняли, что перед ними алмаз. Ботвинник взял над ним шефство, а я стал отправлять в Баку бандероли с книгами и журналами. Гарик буквально проглатывал информацию!

Вообще я и не думал становиться его личным тренером, но помешали мои принципы: ни перед кем не лебезить, говорить только правду. В 1975 году чемпионом мира стал Анатолий Карпов. Он очень тонко чувствует людей и быстро понял, что со мной трудно иметь дело, потому что по характеру я очень независимый человек. Карпову не понравилось, что я однажды собрал информацию о его тайных встречах с Фишером, и он потребовал меня уволить.

Был большой скандал, дело дошло до суда, но в итоге нашли компромисс: специально для меня создали должность тренера сборной СССР по обществу "Спартак" (спартаковцем был Каспаров). Уходя из ЦШК, я публично пообещал, что выращу из 13-летнего кандидата в мастера Гарика Каспарова серьезного соперника для чемпиона мира.

В "Спартаке" я попал в отдел спортивных игр, которым руководил Андрей Петрович Старостин – замечательный человек, у которого я многому научился. Через месяц, в феврале 1977-го, состоялась первая сессия шахматной школы ДСО "Спартак" под руководством Тиграна Петросяна. В разные годы у нас занимались будущие известные гроссмейстеры Гельфанд, Матвеева, Смирин, Чучелов, Камский, Аронян, Грищук, Яковенко… Школа просуществовала 15 лет и "умерла" из-за прекращения финансирования.

– С 1984 по 1990 год Каспаров и Карпов сыграли пять матчей на первенство мира – ничего подобного в истории шахмат не было и вряд ли будет. Какие у вас самые яркие воспоминания об этих великих матчах?

– Они дали массу интересного материала, полностью перевернули существовавшие тогда представления о подготовке к соревнованиям в целом и к каждой партии в отдельности… Но вернемся в 1978 год, когда Гарик впервые выступал в первенстве страны. Мы приехали со своими тетрадками, у каждого было по чемоданчику со специальной литературой. А в конце 80-х – начале 90-х у всех уже имелись компьютеры с базами партий и анализов.

– Когда компьютеры пришли в вашу повседневную жизнь?

– Первый компьютер Гарик получил в 1983 году в Лондоне, после полуфинального матча с Корчным. Правда, в Союзе у него этот компьютер отобрали – отдали специалистам на изучение. Но Каспарову вскоре прислали еще один компьютер, и мы его использовали как хранилище шахматной информации. Потом начали играть с компьютерами как с игрушками, потом эти "игрушки" стали время от времени подсовывать интересные идейки… Кроме того, они помогали исключать зевки, провалы в анализе.

Однако с каждым новым матчем Гарик от нас отдалялся. Каспаров считал: "Мы единомышленники, а значит, все должны мыслить, как я". Поэтому в 1989 году я ушел из тренерского коллектива. После этого у меня были еще два крупных тренерских достижения: член сборной России Дмитрий Яковенко и многократный чемпион Франции Этьен Бакро.

– Александр Сергеевич, что сейчас больше всего интересует вас в шахматах?

– Я по-прежнему нахожусь в плену у двух королев: блондинка стоит на поле d1, а брюнетка – на поле d8. Мне интересно искать истину в шахматах. Я понимаю, что мне ее не найти, но поиск иногда заменяет достижение цели. Готовлю программу, которая поможет детям учиться думать, ставить цель, принимать решения, преодолевать трудности. Все это воспитывают шахматы.