«Хабиб написал: «Ты бомба! Четко оформил». Что говорил Махачев после защиты пояса UFC

Telegram Дзен
Интервью российского чемпиона после поединка с Алексом Волкановски.

21 октября на турнире UFC 294 в Абу-Даби Ислам Махачев провел реванш с австралийцем Александром Волкановски и оформил нокаут уже в первом раунде. После боя российский чемпион в легком весе ответил на вопросы журналистов.


— Это был другой Волкановски? Или у него мощь такая же, как в первом бою?

— Пришло время говорить... Первый бой был очень конкурентным, и из-за этого я не хотел ничего говорить, чтобы мне не приписывали, что я после победы отмазываюсь. Но в Австралии было очень много всего, что мне не подходило. Мы готовились под Оливейру очень долго, четыре месяца. Потом я вышел из клетки и начал новую подготовку к Волкановски. Просто организм очень тяжело вывозил этот тренинг, мы готовились очень тяжело. Я ездил зимой в горах готовился. Потом я сразу поехал в Австралию за 20 дней, акклиматизация была очень тяжелая.

И что они сделали турнир рано утром... Я не хочу говорить, сколько там килограммов, но UFC сами мне говорили, сколько я весил и сколько Волкановски весил. Я не смог восстановиться, не смог показать. Я пришел на арену, и у меня было чувство, что бой будет тяжелым, я настраивался на тяжелый бой. Потому что я не успел просто-напросто восстановиться. А здесь кто-то скажет, что Волкановски пришел на коротком уведомлении, но короткое уведомление — это когда ты в 3-4-5-м раунде устаешь, но здесь не было такой возможности. У него было очень много сил. Когда мы в клинч зацепились, я очень хорошо закинул руку ему на шею, но он своей мощью просто раздавил клинч и соединил захват на корпусе.

Махачев вырубил Волкановски в первом раунде хедкиком! В реванше австралиец оказался не таким грозным

— Ты говорил, что хочешь подраться с чемпионом в полусреднем весе. Если ты завоюешь титул в полусреднем весе, нет ли у тебя ощущения, что действительно нет никакой конкуренции в легком весе? Или переходить полностью в полусредний, чтобы защищать там пояс?

— В моем весе все уже перебили друг друга, сбитые летчики. Каждый у кого-то выигрывал: у Чарльза поражение, у Гейджи поражения, опять Порье у кого-то выиграет — тоже станет претендентом. Какая-то неразбериха. Из-за этого я говорю: надо определить реального контента здесь. Второй пояс меня очень сильно мотивирует, и я чувствую, что там назревает очень сильная конкуренция и громкие бои. Может быть, я там задержусь, если удастся.

— Сегодня не было в углу Хабиба, но было ли уже от него какое-то сообщение?

— Да, я только до телефона дорвался, он мне писал, сейчас тоже переписываюсь. Конечно, очень рад. Я знаю, он очень хотел бы даже быть здесь, вместе с нами находиться все это время. Но просто Хабиб человек слова, и в любом случае огромная благодарность, что он был в моем тренировочном кэмпе, что он целый месяц тренировался и помогал мне готовиться.

Ислам Махачев и Алекс Волкановски.
Фото AFP

— А если не секрет, как выглядела переписка?

— Мы еще долго не успели попереписываться. Он написал: «Что ты за бомба! Альхамдулиллах (хвала Аллаху — арабский), младший. Оформил четко. Красавчик». Вот все его сообщения.

— После боя ты подошел к Алексу, обнял его и что-то стал ему говорить. Расскажи, что?

— Я выразил свое уважение к человеку. Много же людей хотели этого шанса. Порье выражал согласие, Гамрот был наготове, но это же не то же самое, как с Волкановски. Он принял бой на коротком уведомлении, приехал сюда, интерес к бою не потерялся, наоборот, где-то даже больше был в какой-то момент. Выразил благодарность ему, его тренерам. Конечно, я-то рад так закончить бой. Желаю ему здоровья, такие поражения точно к хорошему не приводят.

Махачев «громить», Хамзат «крушить», Шара Буллет — обгонять наши ожидания

— В прошлый раз ты дрался в Австралии, когда все трибуны были против тебя. В этот раз дрался в Абу-Даби, когда все трибуны были за тебя и против твоего соперника. А что больше мотивирует и где проще драться?

— Проще драться, не знаю, в Москве или в Санкт-Петербурге когда были турниры. Потренировался дома, сделал кэмп дома, приехал, подрался. В Абу-Даби, потому что руководство UFC хочет, фанаты хотят, чтобы я здесь дрался. Из-за этого меня сюда ставят постоянно. И мне тоже это удобно, потому что это не так далеко от дома, нет часовых поясов особо, один час разницы. Когда вся арена тебя поддерживает, когда вся арена на твоей стороне, это не только на бойце сказывается. Это, во-первых, сказывается на судьях, потому что на каждый твой удар, который даже мимо прошел, вся публика реагирует. Я думаю, это дает какой-то эффект на судей. Это было в Австралии. Я смотрю повтор: каждый удар, который мимо лица прошел, — там такие крики, что сам думаешь: я пропустил, что ли?

— Ты уже вышел на тот уровень доходов, когда ты вполне себе самодостаточный, много зарабатываешь. И у каждого человека было, когда зарабатывал меньше, но что-то хотел купить. У кого-то дом родителям, у кого-то — что-то себе. Если брать последний год, какую самую значительную свою покупку выделил бы?

— Эту планку я уже давно перепрыгнул. У меня была мечта, чтобы мой отец и моя мать, которые всю жизнь работали... Отец был водителем, мама работала в кафе. Каждый день с 6 утра до поздней ночи они работали ради того, чтобы я с братом ни в чем не нуждались. Я это хотел поменять в своей жизни с самого начала. Чтобы мои родители не нуждались, чтобы они просто могли хотя бы отдыхать все это время, сколько они работали ради нас. Этот барьеры я перепрыгнул, хвала Всевышнему. Больше у меня целей что-то приобрести нет. Ни в чем не нуждаюсь: есть дом, машина, семья. И самое главное: счастье не в деньгах. Не все богатые люди счастливые, это 100%.