Алексей Кравцов: "На пробах Фаткулиной и Румянцева нет даже царапин"

Telegram Дзен
Президент Союза конькобежцев России (СКР) – об итогах слушания комиссии Дениса Освальда по делу Ольги Фаткулиной и Александра Румянцева.  
Виталий Мутко: "Идет спланированная атака на российский спорт!"

– Вы присутствовали на слушаниях в Лозанне?

– Нет, я не ездил.

– Почему? Елена Вяльбе была на слушаниях лыжников.

– Да, но только ей там не давали ничего сказать. Комиссии были нужны только адвокаты и сами спортсмены. Так что мое участие там было бессмысленным.

– Но вы в курсе того, как все проходило?

– Конечно. И могу сказать, что абсолютно никаких доказательств вины наших спортсменов нет. Но это было понятно изначально. Квалифицированные адвокаты просто донесли все это до комиссии. Остается лишь ждать решения. Будем надеяться, оно будет справедливым и неангажированным, а исходить из существа дела.

– У всех лыжников разные истории. У кого-то много соли в пробах, у кого-то она подменена. В коньках то же самое?

– Нет. К нашим спортсменам никаких претензий просто нет: ни соли в пробах, ни других ДНК. Даже царапин нет.

– Даже царапин?

– Да, это заключение экспертов, которые работали по заданию комиссии Освальда. И соль в пределах нормы. Какие могут быть претензии?

Денис ОСВАЛЬД. Фото AFP
 
Белого флага не будет. Россияне не хотят ехать в Пхенчхан в нейтральном статусе

– Они только в том, что спортсмены упоминались в "списке Дюшес"?

– Да, именно так.

– По логике решение по конькобежцам должно быть вынесено до старта Кубка мира. То есть до конца этой недели. Так?

– Они обещали постараться сделать это в течение трех дней. Но успеют ли – не знаю. В любом случае, в плане участия наших спортсменов в Кубке мира это не имеет никакого значения. Комиссия Освальда выносит решение в отношении только Олимпийских игр.

– Я правильно понимаю, что никого из шорт-трекистов нет даже в "списке Дюшес"?

– Так и есть.

– А вот в коньках есть еще спортсмены, фамилии которых упоминал Григорий Родченков.

– Да, есть еще двое, но их имена были закрашены маркерами. И в документах, которые я видел, ничего о них сказано не было. Так что не могу сказать, о ком идет речь.

– Но их дела тоже будут рассматриваться?

– Понятия не имею.