Газета Спорт-Экспресс № 269 (5739) от 25 ноября 2011 года, интернет-версия - Полоса 16, Материал 1

Поделиться в своих соцсетях
/ 25 ноября 2011 | Хроника

ХРОНИКА

РАЗГОВОР ПО ПЯТНИЦАМ

Лев ЛЕЩЕНКО: "ВЫСОЦКОГО В ОЛИМПИЙСКУЮ ДЕРЕВНЮ НЕ ПУСТИЛИ"

Лещенко отвлекся, взял телефон. Посмотрел поверх очков:

- Извините, это важно. Привет, Саша, я о тебе сегодня вспоминал. Поздравляешь? Спасибо, но это будет 1 февраля. Я абсолютно убежден, если не улетишь никуда, ты должен меня поздравить. Как иначе? Какой-нибудь хороший романс под гитару. То, что ты делаешь великолепно…

Лев Валерьянович обернулся к нам:

- Саша Малинин звонил. Давайте ваш блиц, а то я что-то разговорился.

До этого Лещенко долго рассказывал о баскетболе. Даже заметку показал, написанную собственной рукой. Ну а блиц растянулся еще на час.

* * *

- Для меня баскетбол - отдушина, - сказал народный артист России и почетный президент "Триумфа". - Больше, чем хобби. И дома, и на даче стоит "тарелка" - постоянно включен баскетбольный канал. По телевизору всегда предпочту его эстрадному концерту. В эстраде я все знаю, все видел. Все сделал. Конечно, там моя жизнь - ее не брошу, пока голос есть и зрители ходят… Раньше артисты дружили со спортсменами - а сейчас не представляю, чтоб Билан, Лазарев, Киркоров общались с футболистом.

- С каким человеком из мира спорта вам особенно интересно говорить не о спорте?

- С Евгением Гомельским. Никита Симонян - редкий умница. С Валей Ивановым, пока не заболел, наслаждение было разговаривать. Изумительные отношения были с Володей Савдуниным. Алексей Парамонов вообще в курсе всего на свете. Знает и эстраду, и оперу. Старая гвардия очень хорошо готова интеллектуально.

- А нынешняя гвардия вам как?

- Вижу Слуцкого в КВН - мне приятно. Значит, не зацикливается. А молодежь сегодня наденет наушники, и ничего им не надо. Ни театра, ни книг.

- Если выбирать между матчами "Триумфа" и футбольного "Динамо" - на чем остановитесь?

- Конечно, на баскетболе. Хотя на футбол хожу со Славой Добрыниным. Между прочим, и "Триумф" мы поначалу назвали подмосковным "Динамо". Но поняли, что как-то абстрактно получается.

- Почему?

- Есть "Динамо" в Москве - а зачем оно области? Люберцам нужна именно своя команда, только тогда народ пойдет. В городе много спартаковских поклонников. Как им болеть за "Динамо"?

- Вы - почетный президент "Триумфа". Личные средства в клуб вкладываете?

- Время от времени. Если всплывают "горячие" моменты. Вот в прошлом году наступила засада - я дал 250 тысяч долларов. 200 мне вернули. Иногда фанатам помогаю с поездками. Недавно они отправлялись в Нижний Новгород, денег не было. Три автобуса - за мой счет.

- Сколько это стоит?

- 3 - 4 тысячи долларов. Пару раз выписывал премиальные. Если хорошая игра - пятерку, десятку. Когда Паша Спиридонов порвал крестообразную, я сказал: "Везите хоть в Америку - все оплачу". Но возможности "Триумфа" ограничены. Создавал команду мой друг Еремин, он набирал игроков. Потом стало ясно: мы не в состоянии отвечать на его баскетбольные претензии. Не тот бюджет. Я объяснил: "Стас, будем брать игроков поскромнее, задачи ставить помельче - и тренер "Триумфу" нужен скромнее…" Договорились с Хомичюсом - тот пошел на очень небольшую зарплату. Хотя имел лучшие предложения.

- Почему пошел?

- Идея понравилась. Принцип "Партизана", который играет исключительно своей молодежью. У нас, правда, какая ситуация? Найдем игроков, и вдруг - ба-бах, крадут баскетболиста. Вяльцев, Лиходей заиграли - утащили. Та же история с Рашем, Бремером. Если бы Вася Карасев не был сейчас вторым тренером - сына его точно сманили бы. Зато селекция у "Триумфа" отличная. Взяли из "Виллербанна" Джефферсона - считаю, он сегодня лучший четвертый номер в России. Канадца Лэндри отыскали в чешской второй команде. Кулагина - в Нижнем Новгороде. Он мальчишка немножко шебутной - так его там просто уничтожали. Совершенно незаслуженно. Говорили, что бухает, какие-то пивные бутылки приплели… Прессовали, чтобы не давать играть.

- Баскетбол - любовь с детства?

- Вчера ехал на встречу с Собяниным в Восточном округе - и специально прокатился через Сокольники. Я там вырос. Учился в 368-й школе. Два класса переоборудовали под спортивный зал. Вместо баскетбольных колец - обода от стульев. Мячик кирзовый, со шнуровкой. Таким был баскетбол моего детства. А потом переехал в дом на Войковской, где жили одни динамовцы. Напротив нас в коммуналке поселились легендарный хоккеист, первый олимпийский чемпион Валя Кузин, игрок сборной СССР по баскетболу Витя Власов и футболист Алекпер Мамедов. Алик был холостой - пока я учился в девятом классе, ухаживал за моей девушкой.

- Результативно ухаживал?

- Нет. Встретились пару раз, и все.

- До мордобоя с Мамедовым у вас не дошло?

- Ну что вы! Где он - и где я?

- Спорт вы не бросили?

- Наоборот. Отправился на "Динамо", меня приняли в баскетбольную секцию. Стучать мячом к тому времени немножко умел.

- К вашим тогдашним соседям ходили интересные гости?

- К Кузину приезжал Лев Яшин. У матери моего друга была газовая гангрена, она передвигалась в инвалидном кресле, поэтому получила отдельную квартиру. Так в ней они и собирались - часами катали в преферанс. Лев Иваныч здорово играл. А мы в щелочку смотрели. Это казалось невероятным.

- В футбол вас не потянуло?

- Мы заглядывали на тренировки к футболистам. А звездой двора я стал после того, как подал мяч Савдунину. Он обратно отпасовал. Я снова - ему. Ребята разнесли: "Левка сегодня с Савдуниным играл!"

- Годы спустя и Савдунину, и Яшину напомнили о детских встречах?

- Да, произошел второй виток наших отношений - с Яшиным на футболе пересекались. Он бывал на наших с Добрыниным концертах. Правда, в преферанс с ним так и не сыграли.

* * *

- Кирилл Лавров, большой поклонник футбола, мог перечислить состав команды тридцатилетней давности. А вы, к примеру, состав московского "Динамо"-1986 назовете?

- Едва ли. Легко назову пятерку игроков из каждой команды в нашем баскетбольном чемпионате. Тут я в теме. Или хотите тройки нападения хоккейной сборной, которая в 1956-м выиграла первую Олимпиаду в Кортина-д'Ампеццо? Пожалуйста. Бабич - Шувалов - Бобров, Крылов - Уваров - Кузин, Пантюхов - Гурышев - Хлыстов.

- Слышали, сильным олимпийским впечатлением стал для вас пирсинг в языке синхронистки Аси Давыдовой?

- Ха, было дело. Но петь ей это абсолютно не мешает. С Асей и Настей Ермаковой меня познакомил Шабтай Калманович, который их финансово поддерживал. Девчата пришли ко мне на день рождения и всех очаровали. Танцуют блистательно, я такой пластики сроду не видел. Говорю: "Давайте, девчонки, ко мне на подпевки. Что-нибудь интересное забаламутим…" Начали общаться, в караоке вместе пели. Знаю и главного тренера сборной по синхронному плаванию Татьяну Покровскую. Когда возникло телешоу "Две звезды", предложил Асе петь со мной. Но сейчас редко встречаемся - дуэт их распался, у каждой своя жизнь.

- Вы же и с Владиславом Третьяком дуэтом пели?

- Да, "Трус не играет в хоккей".

- Как у легенды с вокалом?

- Ничего. Я и с Губерниевым пел. Да со многими…

- Евгений Евтушенко приглашал к себе на дачу в Переделкино бывших футболистов сборной - и устраивал матчи против местной шпаны. Самая необычная компания, с которой вы играли в баскетбол?

- 1976 год, Олимпиада в Монреале. Мы с Геной Хазановым вышли с нашими сборниками. Подыгрывали им. Генка неплохо стучит мячиком. Минут на десять нас хватило - потом задохнулись. Кстати, на той же Олимпиаде подружился с Олегом Блохиным. Ира Дерюгина, тогдашняя его жена, тащила Олега в интеллектуальном плане. Ходили на концерты, спектакли…

- Леонид Буряк, игравший в Монреале, поведал в интервью: от третьего места футбольной сборной было такое разочарование, что медали, которые передали команде, руководители делегации вручили игрокам около туалета.

- Леня утрирует. Чтоб при спортивном министре Павлове медали раздали возле туалета - не может быть! Я, кстати, был на полуфинале, где наши немцам проиграли. В перерыве народ разошелся, сидел я высоко. Замечаю краем глаза - кто-то мне машет, рядов через десять. Пригляделся - боже, да это Володя Высоцкий!

- Один?

- С Мариной Влади. Подсел к ним, разговорились. И я сдуру пригласил его выступить перед сборной СССР. Хоть не имел права, я ж не руководитель делегации. Наша концертная бригада как раз собиралась в Олимпийскую деревню.

- И что было дальше?

- Позвонил заму Павлова. С восторгом начал рассказывать: "Такая удача, встретил Высокого, он споет для ребят…" Тот насторожился: "Погоди, необходимо согласовать. Он же неофициально здесь? Нехорошо может выйти…" Пришлось мне пережить неприятную минуту, объясняя Высоцкому: "Володя, прости, у тебя нет аккредитации, оформляют два дня - а концерт завтра…" Но он легко это воспринял: "Ну и ладно".

- Кто был из артистов, кроме вас?

- Женя Мартынов, Валя Толкунова, Гена Хазанов. Приехали с нами и Саша Медведь с Игорем Ромишевским. Разместили всех в одной комнате. 22 человека набились в учебный центр. Я спал у классной доски, Медведь у меня в голове, Хазанов у двери.

- А Толкунова?

- Восемь девочек положили в соседней комнате.

- Кто храпел громче всех?

- Хороший вопрос. Не помню. Просыпались мы не от храпа, а от того, что кто-то потягивал из бутылки. С бульканьем. Цыкнем - смолкает. Продукты и водку, которую из Союза привезли, хранили на кондиционере за окном. Ближе к ночи посчитаем, сколько медалей наших, - и обмываем. А утром - на зарядку. Там было три баскетбольных площадки, ходили играть. Однажды являемся - стоит мальчонка лет двенадцати, швыряет мячик в корзину. И тут мы, восемь мужиков: "Пацан, давай-ка на соседнюю площадку…" Нет, отвечает. У меня здесь время. Не уйду.

- Сами бы ушли.

- Только на этой площадке кольца были с сеткой. Стоим, ждем, пока наиграется. А он все бросает и бросает. Медведь плюнул: "Да ну его к лешему, пошли на ту площадку". Парень закончил тренировку, не спеша собрался и ушел. Вот что значит - личность.

* * *

- Калманович нам рассказывал, как отправился с Высоцким в Америку, взял на таможне его паспорт - а там написано: "Владимир Семенович Шуцман". Верите?

- Да ну… Не верю… Я такого не знал, хоть с Калмановичем мы дружили. Шабтай, по-моему, вообще многое придумывал, была у него такая слабость.

- Что, например?

- Свою легенду разведчика. Конечно, он работал - но едва ли на российскую разведку. Просто ему сказали: "Мы тебе дадим выехать, будешь стучать". Вот и все. Деваться некуда.

- Значит, преувеличено?

- Наверняка. Он повторял: "Через 15 лет расскажу правду". Винокур его подкалывал: "Давай, шпион, колись!" А Калманович в ответ: "Еще немножко осталось, полгода…" Впрочем, черт его знает. Может, и правду говорил. Убили-то его незадолго до того, как подходил срок. Очень скоро мог начать рассказывать.

- Калманович - мастер красивых поступков. Вас каким поразил?

- Вот было десять женщин в нашей компании - моя жена, Винокура, Галя Волчек… Каждая получала от Калмановича на Новый год и 8-е Марта корзину с цветами, фруктами, шампанским. Про дни рождения он не забывал. Вечно что-то придумывал, привозил невероятных артистов. Например, именно благодаря ему Москва впервые увидела Тома Джонса. Сидели, Шабтай спрашивает: "Лева, кого бы из музыкантов пригласить?" - "Знаешь, Шабс, я вырос на Томе Джонсе. Это реально?" - "Не вопрос". И тут же начал кому-то звонить.

Вскоре мы уже встречали Джонса в Шереметьеве. За три дня он дал в "России" два концерта. Все это время мы с Винокуром провели в его компании. Пил, кстати, он только воду. Шабтай организовывал гастроли многих знаменитостей.

- Майкла Джексона, Лайзы Минелли, Хосе Каррераса…

- У него были хорошие связи с зарубежными менеджерами - и не только спортивными. Но если думаете, что Шабтай на этих гастролях делал деньги, то ошибаетесь. Больше терял. Зарабатывал он на другом. Как точно - не знаю, но уверен, что ни с каким криминалом не был связан. Все вранье! Да, знал кого-то из этого мира, но близких контактов никогда не заводил. И не был крестным отцом, как его некоторые пытаются представить.

Шабтай во всем был игроком. Помню, поехали в Турцию отдохнуть, так он ни разу в море не окунулся! С утра до вечера дулся в нарды с Виталиком Богуславским, директором Винокура. Казино любил, причем всегда уходил в плюсе. В этом смысле мозги у Шабтая работали невероятно. Но в какой-то момент завязал - и все, больше в казино его не видели.

Он воевал с Черновым, когда тот был президентом РФБ. Но на похоронах самую трогательную речь о нем сказал именно Чернов. Потому что понимал - Шабтай-то прав. Один человек сделал наш женский баскетбол лучшим в Европе! А теперь что? Месяц назад я был в Видном - Аня Архипова попросила перед стартом Евролиги спеть гимн. Играли с польской "Вислой", уступили больше десяти очков. Разве можно было раньше такое представить?!

- Анна говорила нам - постоянно чувствует присутствие Шабтая где-то рядом.

- Знаете, у меня то же самое. Недавно в ЦДЛ отмечали день рождения жены Винокура. Помянули Шабтая - и потом проговорили о нем часа полтора. Я до сих пор не могу представить, что его нет. Не могу поверить, что нет Вали Толкуновой. Они для меня - живые. Как будто не ушли - а здесь, рядом. Вместе с нами.

- Правда, что в 1972-м вы опоздали на самолет, который разбился, а годы спустя еще и на "Адмирал Нахимов"?

- В 1972-м я должен был отправиться в Болгарию на "Золотой Орфей", а потом на Международный фестиваль в Сопот. Служил на Гостелерадио, а выступал с ансамблем Москонцерта. Ребята говорили: "Вот, старик, станешь лауреатом - и чесанем по стране". Раньше-то брали количеством концертов, потому что платили копейки. Когда я с этим ансамблем не был занят, они подыгрывали пародисту Вите Чистякову. Он-то и пригласил их 18 мая в Харьков. Меня тоже звали, но я сразу предупредил, что не смогу - 19-го творческий вечер поэта Льва Ошанина. Это и спасло. Самолет разбился под Харьковом. С Чистяковым и пятью моими музыкантами. Там вообще произошла мистическая история…

- Какая?

- Я предложил в ансамбль взять трубача. Пытались переубедить: "Лева, это дорого. А если заказов не будет?" Но я настоял. Договорились с парнем из оркестра Утесова, что после поездки приходит к нам. Оркестр вернулся в Москву 18 мая. Трубач вышел за хлебом - и на проспекте Мира его насмерть сбил троллейбус. Узнал я об этом случайно.

- Как?

- Моя первая жена тогда работала в Утесовском оркестре. В те дни мы даже не разговаривали - я был черный от горя. Это сейчас, к сожалению, уже привыкаешь к смертям, а в молодости такое переживается особенно остро. И вот встречаю супругу на Кузьминском кладбище. "Откуда ты здесь?" - "Мы трубача хоронили". Пошли к могиле, и я увидел, что она рядом с теми пятью, которые выкопаны для моих музыкантов…

А с "Нахимовым" история другая. 30 августа 1986 года мы с Винокуром были в Новороссийске. Концертов уже нет, выходной - и моряки-пограничники зазвали в гости. Сварили уху, накрыли стол. Оттуда мне надо было в Москву, Винокуру - в Сочи. Говорю: "Вова, здесь шикарные круизные корабли. Бары, дискотеки. Поезжай вечером, получишь огромное удовольствие…" Только я понятия не имел, что ближайший пароход - "Адмирал Нахимов". Винокур отвечает: "Нет, лучше на "ракете" утром доберусь". А "Нахимов" в ту ночь затонул.

- Значит, вы на нем плыть не собирались?

- Нет, я улетел в Москву. Позже из газет узнал, что первым к месту крушения подошел пограничный катер, который дежурил у причала. Спасли 146 человек. Это те самые ребята, у которых мы гуляли накануне. Я запомнил фамилию старшего матроса - Хазаров. Они всё хохмили: "У вас - Хазанов, а у нас - Хазаров…" Наверное, потом рассказали, что у них были Лещенко с Винокуром, я предлагал ему плыть на "Нахимове" - вот и пошли слухи, будто мы тоже на корабле были.

- Вы с Винокуром до сих пор разыгрываете друг друга?

- Всё, закончили! Сколько можно? Да и сложно уже что-то новое придумать. Одна из моих последних попыток закончилась бесславно. Решил позвонить ему и наболтать женским голосом всякой чепухи: "Володенька, это ваша поклонница. Вы такой милый пупсик. Я мечтаю с вами познакомиться!" А Вова, если не хочет по телефону общаться, порой сам отвечает женским голосом: "Але, Винокура нет, звоните его директору…" В общем, заготовил текст, набираю - и слышу в трубке тоненький голосок: "Але, вам кого?" Машинально начинаю повторять: "Володенька, это ваша поклонница…" И как мы стали ржать! Зато Тягачева так я разыграл.

- Поверил?

- Я говорил женским голосом: "Леонид Васильевич, это ваша поклонница. Вы такой замечательный, такой красавчик! Сколько делаете для нашего спорта! Я в вас влюблена!" А тот в полной растерянности, бормочет: "Да, да, да…" В конце концов мне надоело. "Леня, - говорю, - расслабься, это Лещенко…"

* * *

- Скоро вам 70. Верите?

- Когда плохо себя чувствую - верю. Как получше становится - да какие 70?! Зайду в тренажерку, поплаваю.

- Как-то мы поздравляли Евгения Гомельского с 70-летием. Он ответил: "70 - не 90…" А вы какими мыслями утешаетесь?

- Тем, что новые медицинские технологии способны продлить жизнь человеку до 110 лет. К тому же папа у меня безо всяких технологий полгода не дотянул до столетия. Гены, надеюсь, мне помогут. Тесты показывают - я себя чувствую как 60-летний. Судя по количеству отжиманий, например.

- Под сколько готовы подписаться?

- У меня недавно сердечко болело, много не сделаю. Может, тридцать.

- Тоже ничего.

- Для моего возраста - конечно!

- 99-летним себя представляете?

- Даже не хочу представлять. Нормальный человеческий цикл - 90 лет. Потом организм сдает. Хотя мысль работает - Борис Ефимов прожил 108 лет, Игорь Моисеев - 101 год, Борис Покровский - 97. На Моисеева смотреть было удовольствие. Вот что значит - человек в тренинге. Все время себя держал. А какой красавец в свои 96 Владимир Зельдин!

- Марк Захаров недавно сказал: "Чем старше становлюсь, тем меньше нахожу поводов для оптимизма". Вы его понимаете?

- Не думаю, что у Марка на душе так скверно. Он же постоянно в работе, очень востребован. Захаров кокетничает. Эмоциональный человек - понятно, что физических сил стало меньше, но духовных-то у него предостаточно… У меня большое желание еще что-то сделать. Я бы Марку пожелал ходить в спортивный зал. Качать мышцы.

- Президент "Зенита" Дюков в сознательном возрасте нанял себе тренера по боксу. Ваш друг Винокур придумал для себя карате. Что придумали для себя вы?

- Винокур это делает лишь на картинке…

- Серьезно?

- Я думаю, больше показывает. Раньше качался, когда хотел похудеть. Сейчас ему некогда. Человек нанимает тренера по боксу - это супер. Я себя просто тестирую. Есть вокальный тест - обязательно надо пропеть две-три строчки сложнейшей оперной арии, например. Ставлю себе дыхание. И в спорте себя проверяю. С утра несколько упражнений: отжался, присел. Товарищ сказал: "После пятидесяти пойду в обратную сторону".

- Это как?

- Я тоже спросил: как? Рассказывает: "Если я в 50 лет отжимался 50 раз - в 51 на один раз больше". Не знаю, на сколько его хватит.

- Ирина Понаровская подарила вам на 60-летие шоколадного льва весом под сто килограммов. Съели?

- Бог с вами, отправил в детский дом.

- Были еще в вашей жизни неожиданные подарки?

- На 50-летие Ира преподнесла мне гигантский двухметровый букет. Под песню "Ты мой бог…" вышла на сцену, а эту корзину с цветами тащили четыре человека. Трогательный подарок я получил в Чкаловске. После концерта женщина протянула мне медаль "За оборону Ленинграда". Я упирался, как мог, но она настаивала: "Лев, я уже старенькая, медаль оставлять некому. Хочу, чтоб она была у вас. Я - блокадница, это моя самая дорогая награда".

- Храните?

- Когда Саше Розенбауму исполнилось 55, отдал ему медаль. Рассказал, как она ко мне попала, и добавил: "Саш, я для Ленинграда ничего не сделал. А ты живешь в этом городе, написал о нем столько чудесных песен. Так что медаль эта - твоя". Вообще подарков было много. Иногда какие-то работяги свои часы снимают. Брать не хочется, но и отказываться неудобно. Видно же - дарят от души…

- В ответ ведь положено свои отдать. А у вас часы, видим, прекрасные.

- О, смешной эпизод вспомнил. Летели в Америку, выпили, заговорили о часах. Кто-то предложил: "Махнемся не глядя?" И начали меняться. Краем глаза вижу - у парня приличные часы. А у меня - золотой "Ролекс". Давай, говорю, махнемся. Тот замялся: "Нет, Лева, у меня часы слабые" - "Ничего. Рискуем!"

- Поменялись?

- Ага. Снял я "Ролекс", взял его часы. Смотрю - и впрямь клевые. Темновато, правда, было. Когда же на улицу вышел, решил получше приглядеться. И обнаружил надпись: "Полет".

- Игорь Кваша нам говорил, как на сцену выскочила сумасшедшая. Александру Калягину пьяный из зала помогал вести спектакль. С какими нестандартными ситуациями на концерте сталкивались вы?

- Ой, чего только не было! То женщина с авоськой выйдет на сцену - и никак ее не согнать. То нетрезвый мужик поднимется и просит спеть "Соловьиную рощу". Разжимает кулак - там пять рублей. "Забери, - говорю. - Ты не в ресторане". - "Да чё ты? Я - шахтер!" Я за руку схватил, аккуратно довел до края сцены, где его и приняли. Но самая жуткая история приключилась в 1971-м на юбилейном концерте Арно Бабаджаняна. Зрители ни при чем - это я маху дал.

- Рассказывайте.

- Заболел, кажется, Муслим Магомаев. Его репертуар быстро распределили. На меня повесили четыре песни, которые нужно было выучить за три дня. Отказаться невозможно. На репетиции все прошло нормально, и на концерт клавир я не взял. Стою за кулисами, вот-вот мой выход, начинаю с "Песни о Ленине". И тут понимаю, что не помню ни строчки. Меня как вырубило. А это Колонный зал, прямая трансляция, все еще поют живьем. Что делать? Я к редактору - он слов не знает. Руководитель оркестра Юрий Силантьев - тоже. "Но у меня, - говорит, - текст песни записан в партитуре". Открывает уже на сцене, а там набор слов - "та-та-та, та-та-та…"

- ???

- Аранжировщики, составляя партитуру, никогда не пишут авторский текст. Меня прошиб холодный пот. Поворачиваюсь спиной к залу и шепотом обращаюсь к хору: "У вас есть слова в партитуре"? - "Нет". А оркестр начинает играть, я пропускаю вступление, первую строчку. Стою как истукан. Из ступора меня вывел голос Силантьева: "Пой, сука!" С третьей строчки я что-то вспомнил, начал петь: "Солнце клонилось, песнь заводов повсюду слышна, и в нашей душе расцвела весна!" Дальше включился хор: "Ленин с нами…" Я тем временем вспомнил еще пару строчек из второго куплета. Как-то выкрутился. Но от переживаний случился микроинсульт. За кулисами сначала отнялась рука, потом онемела половина лица. Я позвонил шурину, который на машине повез домой. По дороге раз пять выходил на воздух - меня выворачивало. Слава богу, отошел. И с того момента дал зарок - если до концерта два-три дня, выступать ни за что не соглашаюсь.

* * *

- К вам часто приезжают мнимые жены и родственники. Какой-то мужчина явился с генеалогическим древом…

- Он действительно родственником оказался - пришлось помогать.

- Это ему вы трактор купили?

- Нет, совершенно незнакомому парню из Нижегородской области. Прочитал в газете, как во время лесных пожаров он не свое барахло спасал, а сельчан. 16 человек вывез на тракторе, который потом сгорел. Я попросил администратора поехать туда, разыскать парня и подарить ему трактор.

- А кто из вымышленных жен подошел к этому вопросу с особенной фантазией?

- Чаще всего это какие-то невменяемые особы. Одна звонит в семь утра в дверь: "Здрасьте, я приехала" - "К кому?" - "К вам. Я жена артиста Лещенко". Так, думаю, раз не говорит "твоя жена", значит, меня не узнала. Отвечаю: "Артист в соседнем доме живет. А я не артист, я - просто Лещенко". Были такие, которые спали у меня под дверью на мешках. Другая с моей женой Ириной бодалась. Меня дома не было. Ира открывает дверь, на пороге женщина: "Я к Лещенко!" - "Что вам нужно?" - "Я его жена". Причем настойчивая оказалась, вопила: "Пропустите в квартиру, я буду здесь жить!" Ира ее насилу выпроводила.

- Ваш приятель жил с Брежневым в одной квартире, был женат на внучке генсека. Какими рассказами удивлял?

- Приятеля зовут Гена. Мы снимались в одном фильме на Украине. Там и познакомились. Славный парнишка, работал в оперетте. Я посоветовал ему перебраться в Москву, поступить в ГИТИС. На третьем курсе у него начался роман со студенткой театроведческого факультета Викой Брежневой, внучкой Леонида Ильича. Параллельно с какой-то мексиканкой крутил. Кончилось тем, что в общежитие к нему нагрянули с обыском. Нашли то, что находить не стоило, и сказали открытым текстом: "Вали из Москвы, а то посадим".

Он уехал в Ленинград. Но Вика так его любила, что продолжала звонить, тайком приезжала. Страдания, преграды всегда обостряют чувства. Доложили деду - и он дал согласие на брак. Но тестя не жаловал. Генка рассказывал: "Как-то среди ночи голод одолел. Сижу на кухне, ем. Вдруг заходит Леонид Ильич. "Ты кто?" - спрашивает. "Геннадий, муж Вики, вы же были у нас на свадьбе" - "А-а, Геннадий. Что ешь-то?" - "Мясо". Брежнев покачал головой: "Ну ты варвар…"

- Как сложилась его судьба?

- Из артистической среды Гену сразу убрали, перевели на учебу в Дипломатическую академию. После назначили заместителем Янаева в Комитете молодежных организаций. С Викой развелся, теперь женат на внучке Байбакова, председателя Госплана СССР. А Вику я давно не видел. Говорят, с квартирой на Кутузовском ее кинули, сейчас живет в Подмосковье чуть ли не в коммуналке. Выглядит неважно. Знаете, я встречаю периодически людей из той эпохи - Долгих, Лигачева, Тяжельникова. Старенькие, затрапезные, кажется, в тех же костюмах, что при советской власти. Что у них было, когда ушли? Только пыль в карманах. Тогда же было все казенное - дачи, машины. Да, Брежневу что-то дарили, но по сегодняшним меркам это все настолько скромно…

- Вы-то с Леонидом Ильичем общались?

- Раза два выступал у него на вечеринках. Как-то в конце на сцену вышло несколько артистов, мы исполняли "Подмосковные вечера". Я набрался наглости и обратился к Брежневу: "Леонид Ильич, если вы петь не будете, в зале никто делать этого не станет". Он, кряхтя, поднялся к нам и медленно затянул: "Не слышны в саду даже шорохи…" Еще один случай любит рассказывать Винокур. У Акопяна-старшего был коронный фокус с червонцем. Складывал его в ладонь, рвал на мелкие кусочки - а потом десятки летели откуда-то сверху. Увидев это, Брежнев сказал министру внешней торговли Патоличеву: "Вот как надо делать деньги!"

- Михаил Боярский однажды встретил Новый год в вертолете над Гудермесом. Самый необычный Новый год в вашей жизни?

- В Ижевске работали десять концертов. Последний заканчивался 31 декабря минут за двадцать до полуночи. Этого времени хватало, чтоб на автобусе от дворца спорта добраться до гостиницы. Но в тот день по закону подлости он сломался. Потопали пешком. И вдруг, как в сказке, по пустому проспекту несется тройка с бубенцами.

- Откуда?

- На ней мужик катал ребятишек возле дворца спорта. Притормозил, мы залезли в сани, открыли шампанское, которые было с собой, - и встретили Новый год. В гостиницу ворвались в начале первого. Побросали вещи и уселись смотреть "Песню года".

- Олег Блохин рассказывал: "Смотрю собственные матчи и думаю: неужели я мог так бежать?" Что чувствуете вы, глядя "Песню года" из 80-х?

- Ничего особенного. Интересно посмотреть на себя молодого. И послушать, как хорошо звучал голос.

- Нани Брегвадзе и Вадим Мулерман, которые старше вас, говорят, что голос сегодня звучит даже лучше, чем раньше. Тоже так считаете?

- Нет. Не могут связки работать так же, как сорок лет назад. Просто опыт появился. Ты уже досконально знаешь голос, владеешь им, как бывалый спортсмен.

- Какая ваша мечта пока не сбывалась - но обязательно сбудется?

- Сейчас я очень озабочен собственным юбилеем. Мечтаю провести его достойно. Обязательно сделаю специальную страничку в юбилейном концерте, если придут поздравить друзья-спортсмены - Медведь, Третьяк, Фетисов, Хомичюс. Споем "Команду молодости нашей". Это вообще моя любимая песня. А еще мечтаю - чтоб "Триумф" когда-нибудь стал чемпионом России.

Юрий ГОЛЫШАК, Александр КРУЖКОВ