Новости
Меню

Фигурное катание

22 января, 12:25

«Моему отцу прислали коробку, открыл дед — ему оторвало руку». Американский фигурист Митрофанов — об отъезде семьи из России

Американский фигурист Митрофанов рассказал об отъезде семьи из России и жизни в США
Корреспондент
Жесткие истории о прошлой жизни будущего эмигранта.

Пара фигуристов Одри Лю/Миша Митрофанов — воплощение американскости. Партнерша с китайскими корнями, партнер — с русскими, тренирует их российский специалист Алексей Летов, который когда-то катался у Станислава Жука, программы ставят одессит Евгений Немировский, американец Адам Блэйк и россиянка Ольга Ганичева. Все вместе это зовется «пара сборной США».

Миша Митрофанов долго идет к статусу лидера этой сборной. В фигурное катание его отдали в четыре года из-за слабого здоровья, как он сам рассказывал, все это давалось через боль и слезы. На отличные оценки учился в школе и думал вместе с родителями о том, чтобы забросить спорт, но остался. Теперь умудряется учиться и бороться за олимпийские путевки одновременно.

С Олимпиадой, правда, не повезло — наш русский парень остался без нее, взяв бронзу чемпионата США. В качестве поощрения пара была отправлена на чемпионат Четырех континентов, и после короткой программы является главным претендентом на золото.

Приносим извинения всем и Мише лично, что часть беседы по техническим причинам на видео не попала. Но текстовая версия — полная.

Многие партнеры отца оказались в тюрьме либо убиты. Такой был бизнес

— Миша, когда видят русского, выступающего за США, всегда интересна история. Как ваша семья оказалась в Америке?

— Мои родители, дедушки и бабушки жили в России, в Томилино под Москвой. В 1995 году родители переехали в Америку, в город Мэдисон в Висконсине. А через два года я там родился.

— Из-за чего переехали?

— Тяжелая экономическая ситуация в России была. К тому же мои родители занимались бизнесом, и там было все очень тяжело и страшно. Были прямо нехорошие случаи.

— Перестрелки, угрозы оружием?

— Да, угроза жизни была. За несколько лет до переезда была история: моей семье прислали посылку, какую-то коробку. Предназначалась она отцу, но открыл ее... кажется, мой прадедушка, если правильно помню по-русски. В ней оказалась бомба — ему оторвало руку. Это еще слава богу, потому что могло все закончиться печальнее. Вот такой бизнес был.

— «Брат-2» курит в сторонке.

— О да (смеется). Так что они решили закончить с этим и уехать. В Америке было спокойнее. А многие из партнеров отца, как я потом узнал, либо в тюрьме оказались, либо убиты.

— В Россию приезжаете?

— Был последний раз недавно, на Гран-при России в Сочи. Но обычно только если на соревнования. Некоторые родственники остались, можем созвониться. Говорю я и на русском, и на английском, хотя русский у моего тренера Алексея Летова лучше. С ним во время тренировочного процесса общаемся на русском.

Русские фигуристы убивают друг друга в конкуренции

— Вы несколько лет уже выступаете с Одри Лю, но есть ощущение, что постоянно чего-то не хватает — третьи, пятые места, и до Олимпиады вы не дотянулись.

— Есть такой момент. Конечно, хочется большего. Но мы рассчитываем уже на 2026-й. К Пекину, конечно, тоже готовимся, мы запасные, и всякое может произойти. То есть мы будем участвовать в сборах. Поедем ли в Пекин — пока не известно. Тем более что правила для въезда там жесткие. Но мы полностью готовы. Не дай бог, конечно, если что-то случится, никому этого не желаю. Но здесь первый раз, так что да.

Ну и, как я понимаю, обе американские пары, которые едут на Олимпиаду, после нее уйдут. Так что мы рассчитываем занять их место.

— Смотрели выступления российских пар на чемпионате Европы?

— Да! Они просто сумасшедшие, конечно. Было время, мы недели три тренировались у Тамары Москвиной, я этот опыт никогда не забуду. Мы смотрим на россиян, учимся у них, они, конечно, на голову выше всех остальных, не считая китайцев. Удивительно, как они буквально убивают друг друга в этой конкуренции! У нас все такие добрые, улыбаются, смеются. Я не говорю, что русские не добрые. Но они просто убивают друг друга! И потому они такие классные. Мы стараемся стремиться к этому, поменять наш мозг, чтобы быть на том же уровне. У нас русские тренеры, это тоже полезно.

— В России больше денег, от этого и успехи? Все-таки в США система работает скорее в русле рыночной экономики.

— Что-то нам оплачивают, нам дают деньги от разных фондов, мы за это очень благодарны. Но я не могу точно сказать, сколько платят в России, сравнить эти цифры. Если русские платят больше, то логично, что и результаты у них лучше. Просто в Америке фигурное катание не такое популярное. Мы стараемся его раскручивать, есть команда медиа, которая над этим работает. Когда фигурное катание будет более популярным, как американский футбол, тогда ситуация изменится. Я за американским футболом тоже слежу, там о-очень много денег. Вот в чем разница. А в России фигурное катание популярно, поэтому туда хотят отдавать деньги, есть смысл.

— Вы поступили в медицинский университет. До сих пор учитесь и катаетесь?

— Я его почти закончил. Два года назад мы переехали из Техаса в Бостон, но я остался в университете, потому что могу делать все на компьютере. Но в олимпийский сезон решил сфокусироваться только на фигурном катании, так что взял академический отпуск. После этого мне останется еще три года, и я закончу прямо перед следующей Олимпиадой.

— Но вы планируете после карьеры становиться врачом?

— Да, у меня есть мечта — хочу стать спортивным доктором и работать со спортсменами. У нас есть команда, которая всегда ездит с нами. Я хочу тоже ездить и помогать, именно фигуристам. Мне столько раз помогли, хочу делать так же.

Не согласен с теми, кто критикует Ледюка, но это их право

— Между Россией и США сейчас не лучшие отношения. У вас есть объяснение, почему, и следите ли за двумя странами, которые сыграли наибольшую роль в вашей жизни?

— Честно, слежу несильно. Россия говорит одну вещь, Америка — другую. Не утверждаю, что кто-то прав, просто очень тяжело понять, что на самом деле происходит. Если ты каким-то политиком или дипломатом работаешь — тогда да, ты знаешь. А мы просто слышим то, что нам хотят сказать. Понимаю, что у них всегда борьба. Тяжело это воспринимать. Хотелось бы, чтобы у нас все было спокойно, чтобы мы были друзьями. Надеюсь, это просто займет время. У нас пришел новый президент, и, может быть, через пару лет у нас опять будут хорошие отношения.

— Но вы можете сказать, что русские и американцы действительно так отличаются? Менталитетом? Мол, американцы всегда улыбаются и все такое.

— В России я много не жил, тяжело сравнивать. Но нет, дело даже не в улыбках. Америка всегда стремится к свободе, ее ценность — человек может делать все что хочет. Не говорю, что в России нет свободы. Наверное, есть. Когда мы были в Сочи и Петербурге, все вокруг были классные, добрые ребята, нам очень приятно находиться в России. Я персонально разницы не заметил.

— Давайте я приведу пример разницы. Один из ваших коллег по парному катанию Тимоти Ледюк — небинарный спортсмен. А в России Александр Жулин подверг его критике.

— Меня эта ситуация не очень трогает. Если Тимоти называет себя небинарным, это его право, если он так хочет — я не могу сказать, что это плохо или неправильно. Это его дело, если по-честному. Я рад за него. Это не очень касается спорта. Да, он фигурист, парник, может быть, он хочет делать шоу вне льда. Но это его дело.

— То есть русские зря его критикуют?

— Я не очень согласен с этим, но при этом понимаю и русских, русскую идеологию.