Газета Спорт-Экспресс № 264 (4544) от 16 ноября 2007 года, интернет-версия - Полоса 12, Материал 2

Поделиться в своих соцсетях
/ 16 ноября 2007 | Футбол

СПОРТ-ЭКСПРЕСС ФУТБОЛ

КЛУБ 100 РОССИЙСКИХ БОМБАРДИРОВ

Сергей АНДРЕЕВ: "Я НЕУДОБЕН ДЛЯ ТЕХ, КТО ДЕЛАЕТ ИЗ ФУТБОЛА ИГРУШКУ"

Андреев не меняется. Такой же резкий, колючий, готовый в любой момент сразить наповал правдой-маткой. И впрямь кто-то точно заметил, что у настоящих форвардов характер не меняется.

Вот только хорошо ли это? По нынешнему положению экс-бомбардира ростовского СКА и сборной СССР, забившего на "Маракане" победный гол бразильцам, этого не скажешь. Сейчас он из-за своей колючести и прямоты в творческом простое. И это несмотря на то, что именно при Андрееве многострадальный клуб с берегов Дона добивался в новейшей футбольной российской истории лучшего для себя результата. Сейчас, когда "Ростов" все-таки сорвался в пропасть под названием первая лига, об этом нет-нет да и вспомнят убитые горем болельщики, для которых их кумир по прозвищу Андрик все еще остается тренером-надеждой.

-Какими судьбами в Москве, Сергей Васильевич? - начинаю разговор с Андреевым, заглянувшим в редакцию по случаю включения его в "Клуб 100".

- Не поверите, хочу на старости лет москвичом стать. Благо в свое время успел купить еще по нормальным ценам квартиру рядом с Курским вокзалом. Так что, как видите, жилищный вопрос не проблема. Да и жена давно мечтала в столице пожить.

-Чем же вас так Ростов-папа достал, что в Первопрестольную решили податься?

- Просто в какой-то момент понял, что не нужен своему городу. За последние семь лет в "Ростове" сменилась куча тренеров. Кого только не приглашали. Каждый раз начальство голову ломало, в чью пользу выбор сделать. А моя кандидатура даже не рассматривалась.

-Почему?

- Видимо, есть какие-то силы, которые однажды раз и навсегда приняли решение - Андреев в "Ростове" персона нон грата.

-Что это за силы такие всемогущие, знаете?

- Догадываюсь.

-А почему они вынесли столь суровый вердикт, тоже догадываетесь?

- Здесь все просто - не прогибался я перед ними, собственное мнение всегда отстаивал, не давал в дела свои вмешиваться. Не всем такое нравится.

-Тем не менее в Красном Сулине эти темные силы не помешали вам работать.

- Поначалу да. Хотя работой это можно назвать условно, поскольку зарплаты там никакой не получал. Потренировать местную команду попросил хороший знакомый, отказать которому я не мог. Собрал неплохих ребят, игру наладил. А когда уже в лидерах шли и вопрос с выходом во вторую лигу должен был решиться, он, не объясняя ничего, вдруг заявил: "Извини, Сережа, но или ты уйдешь, или я".

-Кто же на сей раз в вашу судьбу вмешался?

- Думаю, отголоски той самой истории, что со мной произошла в "Ростове". Пришлось и эту команду, которую тренировал, по сути, на общественных началах, оставить.

-На что же семью кормили, работая на общественных началах?

- Все-таки до этого, пусть недолго, в Новороссийске потрудился. Потом в Белгороде. Ну и кое-что игроком удалось заработать. Я ведь еще в Швеции поиграл. Так что пока на жизнь хватает. Но, как известно, единственный недостаток денег в том, что они имеют свойство заканчиваться.

-А что произошло в Белгороде? По версии руководства "Салюта", у тренера Андреева были завышенные требования.

- Наверное, мою зарплату в три тысячи долларов они и посчитали завышенными требованиями. Хотя во второй лиге игроки больше получают. Дело в другом. Тамошнее начальство полагало, что лучше его в футбольных вопросах никто не разбирается. И постоянно старалось навязывать мне свое мнение. А я, не обращая ни на что внимания, поступал по-своему. Иначе и быть не может - в конце концов, за все отвечает только тренер. Моя независимость была, как кость в горле. В итоге пришлось на все плюнуть и уйти. Жаль - команду собрал интересную, в первую лигу удалось выйти.

-В современных рыночных отношениях в футболе при хозяине, который платит, тренер может остаться независимым?

- Лишь при условии, когда хозяин понимает: если он нанял настоящего профессионала, вмешательство в тренерские дела, кроме вреда, ничего не принесет. Именно так ведет себя Евгений Гинер, очень мудро выстроив свои отношения в ЦСКА с Валерием Газзаевым. Недавно из интервью вашей газете Сергея Юрана узнал, что главным условием его прихода в "Шинник" была полная независимость. Губернатор Анатолий Лисицын с этим согласился. А вот когда я работал с ростовским СКА, президент клуба никак не хотел этого понять. И считал себя вправе вмешиваться во все командные дела.

-Вы терпели?

- До поры до времени. А затем высказал уважаемому бизнесмену все, что об этом думаю.

-И сразу пришлось заявление по собственному на стол положить?

- В тот раз обошлось без карательных санкций, так как команда уверенно шла на первом месте. Но дальше он просто искал повод, чтобы избавиться от меня. И нашел. Мы сыграли вничью в Майкопе, где на 96-й минуте Федьков не забил пенальти. И хотя все равно остались лидерами, президент привел отложенный приговор в исполнение.

-Но хоть какой-то шанс найти общий язык с Саввиди, чтобы сделать из ростовского СКА хорошую команду, был?

- Никакого. Тренер, которому это удастся, будет достоин попадания в Книгу Гиннесса. Кроме того, в клубе отсутствовала элементарная инфраструктура - базы нет, одно название. Дом Павлова в Волгограде по сравнению с ней приличнее выглядит. Стадион полуразрушен. Тренироваться негде. Нам с Александром Воробьевым с помощью старых связей приходилось искать для тренировок более или менее приличные поля. А из окружения Саввиди никто даже не пытался изменить ситуацию. Не случайно бывший тренер СКА словак Комняцки в прощальном интервью на вопрос, что делали помощники президента для команды, ответил: "Ничего. Разве что за сезон две тонны семечек изгрызли".

-Зачем же тогда Саввиди команда?

- Для меня, как и, думаю, для всех, это загадка.

-Со СКА, положим, все ясно и неясно одновременно. Но ведь в "Ростове", знаю, и базу привели в порядок, и поля, да и с резервом работу наладили. А в результате - провал.

- Чему удивляться? За исключением прошлого сезона, с 2001 года команда регулярно борется за выживание. Ну не в этом бы году вылетели, так в следующем. Правда, на старте ничто не предвещало печальной участи. Не видел первый матч "Ростова" - с "Рубином" на Кубок. Рассказывали, что играла команда здорово, разорвав казанцев. После этого ей даже стали прочить место в десятке.

-Что же произошло потом?

- Скорее всего, футболисты посчитали, что сладкая жизнь в сезоне им гарантирована. Но, проиграв "Амкару" и "Зениту", попали в яму, выбраться из которой так и не смогли. Да и тренеры упустили момент, когда требовалось встряхнуть игроков, заставить их собраться. А потом уже было поздно.

-Но, согласитесь, есть команды не лучше "Ростова".

- Есть. Однако им удалось вовремя взять себя в руки и переломить судьбу. А "Ростову" даже приход опытного Долматова не помог. Слишком уж затянулся кризис.

-Выходит, все дело в психологии?

- А также в игроках, тренерах, руководстве. Подобную ситуацию, как правило, рождает целый комплекс причин.

-Вам в таком положении доводилось оказываться?

- Не раз. Здесь самое главное для тренера - не поддаваться эмоциям. Правда, удавалось это не всегда. Однажды в Питере мы вчистую обыграли "Зенит", которым еще руководил, царствие ему небесное, Павел Садырин. Я тогда был совсем молодым тренером. Ну и после игры на радостях, не подумав, пальнул в телекамеру: "Как с такой игрой "Зенит" может быть выше "Ростсельмаша"?!" Уже дома, когда понял, что сморозил глупость, покойный Алексей Алексеевич Еськов мне выдал по полной программе: "Ты что, пацан, себе позволяешь?! Разве можно о коллегах так говорить?" Позже, когда Павел Федорович ЦСКА начал тренировать, отыскал его в Москве и чуть ли не на коленях попросил прощения.

-А перед футболистами доводилось извиняться?

- Да. В игровой горячке не сразу все правильно оценишь. Но если потом, уже остыв, понимал, что зря на кого-то "наехал", конечно же, извинялся.

-Любимчики в командах у вас были?

- Никогда. Напротив, случалось, выстраивал игроков и говорил: "Кто-то из вас выше, кто-то ниже, но, запомните раз и навсегда - вы все для меня одного роста".

-А как же Кириченко, которого вы открыли в Таганроге и за руку привели в Ростов?

- Диму всегда уважал и как игрока, и как человека. Но среди остальных его в команде никогда не выделял. К слову, по сей день созваниваемся. Недавно он мне билеты доставал на матч "Сатурна" со "Спартаком". У меня и с Лоськовым, и с Герасименко очень теплые отношения остались. Однако когда работали вместе, требовал с них столько же, сколько с остальных. А порой даже больше. Помню, как от меня настрадался Владик Прудиус. Сколько я его гонял на тренировках, сколько учил уму-разуму! Как же он на меня обижался! А сейчас, бывало, встречаемся, и он говорит: "Эх, Василич, как же вы правы были, когда меня в ежовых рукавицах держали. Жаль, только сейчас это понял". А ведь пойми он это лет десять назад, мог бы классным игроком стать. Конечно, в тренерском деле без ошибок в общении с футболистами не обходится. Но я им всегда повторял: "Запомните, отец никогда не станет делать плохо своему сыну".

-Оглядываясь назад, что бы сейчас как тренер в себе поменяли?

- Одного бы не сделал точно - никогда бы не ляпнул того, что на эмоциях вырвалось в 96-м после матча в Питере. Может, еще не стал бы к бровке выскакивать и кричать во все горло футболистам.

-Это почему же?

- Пустое дело. Был у меня в "Ростсельмаше" капитан команды Юра Дядюк. В каком-то матче он пару раз подряд мяч у штрафной потерял. Я к полю вылетаю и кричу ему: мол, что же ты делаешь? А он ноль внимания. Подзываю его в перерыве в раздевалке: "Ты меня слышал?" "Слышал, - отвечает. - Но что вы мне нового сказали? Что я такой-растакой? Так и сам знаю. И лучше я от ваших слов не заиграл бы". Вот после этого и перестал с лавки вставать. Могу лишь по ходу встречи какие-то коррективы через капитана в игру внести.

-Как вас увольняли из "Ростсельмаша", помните?

- А меня никто и не увольнял. Сам написал заявление и ушел.

-Вот так просто взяли и ушли из родной команды?

- Иного выхода не было. Закончили в 2000-м сезон двенадцатыми. Проходит неделя отпуска, вторая, а меня к начальству не вызывают. Наконец, встречаюсь с президентом. Довольно жестко поговорили, на прощание он нехотя бросает: "Ладно, давай дальше работай". И ни слова о контракте, который у меня в середине декабря заканчивался. Возвращаюсь из Железноводска, где отдыхал, - снова тишина. Тогда и понял, что в услугах моих не очень-то нуждаются. И написал гендиректору заявление "по собственному". Говорят, президент его в сейф сразу же спрятал, чтобы, не дай бог, я назад не забрал.

-Может, таким образом вы просто хотели привлечь к себе внимание клубного начальства?

- С 1998 года я твердо знал, что от меня хотят избавиться. Но сделать это не решались - команда играла и давала результат. Как-никак шестое место заняли, на следующий год - седьмое. А потом, не спросив меня, вдруг нового начальника команды назначили, хотя я был категорически против. Причем этого не скрывал, что высокому руководству очень не понравилось. Словом, напряжение в отношениях нарастало. И 16 декабря 2000 года я поставил в них точку.

-После этого к кандидатуре Андреева в "Ростове" уже не возвращались?

- Этого не могло произойти, поскольку командой продолжали руководить те же самые люди, с которыми я вынужден был разорвать отношения.

-Сейчас, когда есть время подумать и оглянуться назад, не возникает мысли, что некоторые шаги все-таки были сделаны опрометчиво?

- Я игроком двадцать два года провел в большом футболе. С самой малобюджетной командой занимал лучшее в истории клуба место. И, наверное, право на собственное мнение заслужил. Вот только оно не всегда устраивало хозяев команд. Зато был честен перед игроками и самим собой. Другим я уже не буду. Единственное, в чем могу себя упрекнуть, так это в излишней доверчивости. В остальном же жалеть не о чем. А говорить, что Андреев - "неудобный" тренер, кому-то попросту выгодно.

-Нет ощущения, что сейчас в футболе настало время удобных людей?

- Похоже на то. Почему, думаете, не востребован такой большой тренер, как Романцев?

-Что в вашем понимании тренерское счастье?

- Наверное, каждый воспринимает его по-своему. Для меня это сознание того, что ты нужен. Вот тогда могу горы свернуть.

Александр ЛЬВОВ