Газета Спорт-Экспресс № 81 (6732) от 17 апреля 2015 года, интернет-версия - Полоса 10, Материал 1

Поделиться в своих соцсетях
/ 17 апреля 2015 | Хоккей

ХОККЕЙ

Вчера в Челябинске на 67-м году скончался заслуженный тренер России Валерий Белоусов .

ОН БЫЛ ВЕЛИКИМ

Если б двумя днями раньше меня спросили про Валерия Белоусова, я бы вам сказал: вы Константиныча не списывайте. Он еще поработает. Вы просто не знаете, что это за характер. А не знаете - и не говорите.

Вчерашнее утро началось с новостей из Челябинска - Белоусов умер. Прошло несколько часов, но поверить так и не получилось. Череда челябинских несчастий продолжается. Вырывая людей самых удивительных. Которым еще вчера пожимал руку, приезжая в этот город. До сих пор чувствую тепло их ладоней, их глаза и голос - что Валеры Карпова, что Валерия Константиновича…

Он отказывался признавать себя стариком, само это слово - "старик" - никак с Белоусовым не вязалось. Каждым шагом, каждым днем он спорил с подступающими годами. Когда-то интервью с ним я назвал "62 - не возраст". Белоусову понравилось.

Он пробовал пенсионерскую жизнь. Ходил на рынок. Ездил на рыбалку. Пытался обходить по большой дуге хоккейную арену. Не получалось - пенсионерская жизнь выталкивала наверх, словно соленое море. Отказывалась зачислять Константиныча в свою армию.

Он радостно соглашался с очевидным - и снова кидался в хоккейную пучину. Брался за "Трактор" с юношеским жаром. Поработав недолго, заставлял говорить об этой команде всю страну. А расставшись с тем же "Трактором", даже слушать отказывался, когда возникал разговор о некоем "прощальном матче". Прощаться он не собирался. Цифры "66" тоже "возрастом" для него не считались.

- Как же ты нашел к нему подход? - удивлялись челябинские корреспонденты. - Константиныч очень уж с тобой откровенен. Не похоже на него.

Мне самому это было странно. Странно и сейчас. Я счастлив, что в моей жизни случилось это общение, легкое прикосновение к хоккейному волшебству. Бережно перебираю в памяти те дни, словно пожелтевшие фотографии.

Как-то заговорили о болезнях. Всякий тренер хоть раз, да схватился за сердце.

Белоусов задумался. Прислушался к собственной памяти. Память подсказывать отказалась.

- С сердцем у меня все хорошо. Как-то другая напасть случилась - обыграли с "Авангардом" в овертайме "Магнитку", попали в финал. Прихожу в тренерскую, и там отказали ноги. Просто отнялись, и все. Сижу на диване и не могу подняться. Надо бы пойти к ребятам, поздравить, а ноги-то не работают! Отправил Шастина, второго тренера: "Скажи парням что-то хорошее". Потихоньку-потихоньку отпустило, доктор с нашатырем прибежал. Даже "скорую" вызывать не пришлось.

Про стариковскую жизнь рассказывал Белоусов простодушно, но пропитано было то простодушие невероятным лукавством. Особенной иронией, на которую горазды крепкие челябинские мужики.

Белоусову казалось, что провел самого себя. Перехитрил годы и хвори.

- Меня ведь и прежде звали в "Трактор", но тогда парень работал. Как ни верти, придешь на "живое" место. Я ответил губернатору - "пусть работает спокойно". А потом снова позвали, только тренера в Челябинске уже не было. Тут уж согласился. Не вышло из меня пенсионера. Я даже за пенсионным удостоверением не ходил.

- Так и не получили?

- Жену отправил, - усмехнулся Белоусов.

- Бесков тренировал до 74, - кинулся я в лобовую атаку.

- Не знаю, не знаю, смогу ли, - озадачился Белоусов. Внезапно заговорив о самом себе в третьем лице. - Молодежь подпирает. Но мы молодежи пока не уступаем. Учимся каждый день.

В подтверждение кивнул в сторону тумбочки. На ней лежала книжка с тысячей закладок. И карандашиком сверху. Название я запомнил - "Хоккей: теория и практика".

- Мне казалось, такие книжки вы писать должны, - сообщил я Белоусову как раз то, что подумал. Пусть и выглядело топорной столичной лестью. То, что в Челябинске почувствуют сразу и не одобрят.

- Ой, нет! - оживился Константиныч. - Столько интересного! Век живи - век учись. Вот, например, открываем. Предисловие Павла Буре…

Белоусов что-то зачитывал, глядя поверх очков, а я как мог удерживал в себе смех.

Что-то значимое, но упущенное в предыдущем прочтении Валерий Константинович отчеркнул прямо при мне. Дотянувшись до того самого карандашика.

Я водил глазами по сторонам. В аскетичной тренерской наткнулся глазами на ноутбук.

- Это ваш? - спросил недоверчиво.

- Да я постоянно за компьютером! - почти обиделся Белоусов.

- У Тихонова целый шкаф блокнотов, - вступился я за тех, кто настаивал на стиле ретро.

- Свои тоже сохраняю, - смягчился Константиныч. - Вот последний, еще из Магнитогорска.

* * *

Впрочем, о самом простом, житейском говорил Белоусов охотно.

- Всю жизнь провел в хоккее, а своего угла, дачки не было. А мне так хотелось хоть клок земли! Все думал: почему жизнь прошла, а вот этого - не было?! Купили с женой два года назад. С таким удовольствием копаюсь в земле! Это теперь мое хобби. Еще рыбалка. В пятидесяти километрах от Челябинска есть домик на озере Аргаяш - специально соорудил, чтоб рыбачить. Все родственники собираются в этом имении - и дочь, и внучка! Я наслаждаюсь!

- В огороде копались?

- Недавно начал - и весь перекопал. Жена: "Да хватит тебе!" - "Сейчас, немного осталось…" Поразился - силенки при мне. На рынок стал ходить, в ценах разбираюсь. Знаю, какую сметану брать, какое молоко. Прежде не обращал внимания на цену. Наберешь тележку, отдашь деньги, а сдачу и не пересчитываешь. Потом в автомобиль - и на дачу.

* * *

Для меня о человеческих и тренерских качествах Белоусова здорово сказало интервью мамы погибшего хоккеиста Черепанова. Строчка отложилась: "Останься Белоусов в команде - сын был бы живой".

Не знаю, читал ли ту заметку сам Белоусов. Когда ему рассказал, не удивился.

- Думаю, так и было бы. У меня никто из игроков не пропал, даже не спивались. Смущает один момент: когда Алеша был у меня в руках, он кроссы бегал лучше всех в "Авангарде". Я за ним круглые сутки следил. Помню наш последний разговор: "Ты мечтал об НХЛ? Забудь о ночных поездках. Забудь про девочек". Вокруг Черепанова появилось много друзей, всегда полная машина была. Когда шла предсезонка, Черепанов купил BMW . Начал кататься по ночам. Девочки, туда, сюда… Так я приказал автомобиль у Черепанова отобрать. На базе поставил охранника.

- Около машины?

- Около самого мальчишки. Чтоб приходил в 23 часа и ложился спать. За Кузнецовым точно так же слежу. А тогда мне Курьянов позвонил прямо из Чехова - это был просто шок. Черепанов - крепкий парень!

- Это ведь вы его отыскали?

- Он играл в молодежной команде, а я каждый день смотрел за фарм-клубом. Тренер все на него жаловался - плохое поведение. То Черепанов водой кого-то обольет, то шлем бросит, то клюшку, то тренер Игорь Петрович у него не такой. А я прикинул: пацан-то хороший, на следующий год подпускать буду. Забрал к себе на тренировку, чтоб со взрослыми мужиками пооббился. Разок выпустил - так он сразу забивать начал! Моментально влился!

- Помните, как Симпсон его лупил?

- Да у меня сердце кровью обливалось. Не могу понять этих людей - если уж хочешь подраться, найди такого же. Зачем нашу-то звездочку? Кто он вообще такой, этот Симпсон?

* * *

Накануне последнего своего сезона Валерий Белоусов был бодр голосом, но в интонациях что-то изменилось. Значения этому я не придал. Хоть и заметил.

- Скорей бы хоккей! - жизнерадостно выкрикнул в трубку я. - Скорей бы новый сезон!

- Ну, нет, - остудил меня голос Белоусова.

Я почтительно затих.

- Не так уж здорово себя чувствую, - разъяснил Валерий Константинович, выдержав паузу. - Надо недельку приводить себя в порядок, этот плей-офф сил выбил как-то слишком много. Я вот похожу-похожу - прилягу. Потом снова - и опять прилягу, вздремну. Знаешь, что никуда тебе завтра не идти. Можно поваляться.

- Хорошо вам от этих мыслей?

- Очень!

* * *

Он был великим тренером. Сегодня об этом напишут многие - не понимая до конца масштаб тренера Белоусова. Но чем дальше, тем понятнее будет феномен человека. При котором всякий клуб переживал удивительный взлет - что "Авангард", что "Магнитка", что "Трактор".

Чем только не объясняли эти взлеты, отдавая попутно должное и Белоусову. Но упирали по большей части на финансирование, подбор хоккеистов и влюбленных в хоккей губернаторов.

Белоусов уходил. Влюбленные губернаторы и деньги оставались. Но что-то проседало в отлаженном механизме. Кого-то не хватало. Видимо, есть в хоккее люди поважнее губернаторов.

Белоусов был великим тренером. Никогда не кричавшим на хоккеистов. Хоть представить такое почти невозможно.

Земля вам пухом, Валерий Константинович. Вспоминать вас будут очень часто.

Юрий ГОЛЫШАК