Новости
Меню
Шахматы

Сергей Карякин: "Играл в Москве на победу, по-мужски, по-русски"

Шахматы 
Кирилл Зангалис
Кирилл Зангалис
Корреспондент
Победитель турнира претендентов в эксклюзивном интервью "СЭ" рассказал о сыгранных поединках, своих эмоциях и о будущем сопернике в борьбе за мировую шахматную корону Магнусе Карлсене

Сергей КАРЯКИН
Родился 12 января 1990 года в Симферополе.
В возрасте 12 лет и 211 дней стал самым молодым гроссмейстером в истории.
В 2009 году поменял украинское спортивное гражданство на российское.
Чемпион мира по быстрым шахматам-2012.

– Могли себе представить, что вы сумеете пробиться на матч за титул чемпиона мира?

– Давайте отмотаем пленку чуть назад. Когда переехал в Россию в 2009 году, у меня почти не было здесь друзей. Я был еще пусть перспективным, но не столь известным шахматистом. Судьбоносно, что в мою жизнь ворвался такой тренер, как Юрий Дохоян. Любя называю его сэнсэй. И тогда я понял, что смогу бороться за самые высокие места. Огромное спасибо и другому тренеру – Саше Мотылеву, который помогал мне все эти годы. В 2011 году я познакомился с вами – моим будущим менеджером (автор этого интервью Кирилл Зангалис – бессменный менеджер Карякина. – Прим. "СЭ"). А когда вы нашли для меня первого в истории российских шахмат спонсора, понял, что шахматы еще не забыты, что в России помнят не только Карпова и Каспарова, что мы можем быть на первых ролях, невзирая на компьютерные игры. Именно с этого момента у меня образовалась команда единомышленников, которая и привела меня к успеху.

– Что вы сейчас чувствуете?

– После партии с Каруаной впервые в жизни не мог уснуть. Ворочался часа три. Обычно моя нервная система ведет себя хорошо, но тут было не до сновидений. Раз за разом прокручивал в голове все перипетии этого турнира. Мало кто верил, что я смогу победить. И победа в таких обстоятельствах вдвойне приятна.

– Чем объясняете тот факт, что многие испытывали по отношению к вам пессимизм?

– Злопыхателей хватало. Никогда не скрывал, что переживаю за судьбу государства российского, никогда не скрывал, что, будучи крымчанином с рождения, всегда считал себя русским. Никогда не боялся высказывать свои мысли. Да и то, что мы заявили, что вернем шахматную корону в Россию, не добавило нам болельщиков. После этого стали говорить, что это просто пиар, а все мои успехи случайны. Что ж, теперь – получите – распишитесь.

– Можно сказать, что этот успех – успех страны?

– Не мне судить, я всего лишь играю шахматы, и пусть другие оценивают мои успехи. А на самом деле важно то, что думаю я. А я думаю о том, чтобы принести славу России. В этом вся фишка. Кто бы что ни говорил, я буду нести шахматы в массы. Сейчас при поддержке министра спорта Виталия Мутко Россия получила чемпионат мира по шахматам среди школьников до 16 лет. И это опять будет в Дагомысе, где проходит такая же важная "Белая ладья". Уверен, что страна теперь живет шахматами, как и в советские времена.

НУЖНО БЫЛО ПОСТАВИТЬ ЖИРНУЮ ТОЧКУ

– А теперь немного о турнире…

– Что тут говорить, я знал, что могу бороться, что мне по силам победить. Два года назад в Хантах я стал вторым, мне не хватило совсем чуть-чуть, так что определенная уверенность была.

– Давайте пройдемся по дистанции.

– Во втором туре мне удалось спровоцировать Накамуру. Не скрою, устроил американцу ловушку. Она была такая заманчивая, что он попался. И это, конечно, придало сил. Выиграть почти на старте – очень важно.

– Великий Ананд впервые признал поражение, сидя напротив вас в классике.

– Важный момент. Во-первых, я преодолел себя, во-вторых, захватил лидерство. Та партия получилась очень классической – в том отношении, что я с каждым ходом только улучшал свою позицию, а соперник просто ничего не мог поделать. И то, что мне удалось создать именно такие тиски, придало дополнительной мотивации. Я могу!

– А когда тот же Ананд нанес ответный удар?

– Ничего. Пережил, даже где-то в глубине душе запланировал это. Ведь нельзя пройти такое испытание без спадов. Можно сказать, что это встряхнуло меня. И на следующую партию с Топаловым я вышел безумно заряженным. Конечно, проигрывать Виши не хотелось. Причем в такой равной позиции, но это жизнь, и потом она все расставила по местам.

– Что чувствовали перед последним туром?

– Меня устраивала две ничьи. Ничья моего товарища Петра Свидлера и мой собственный мир с Каруаной. При всем при этом у нас со Свидлером был белый цвет. Но я сразу себе сказал – ты должен всем доказать, ты должен играть на победу, по-мужски, по-русски. И когда на доске возникла критическая позиция, ни капли не испугался.

– Но ведь нужно было пожертвовать ладью, чтобы выиграть партию. Целую ладью в момент, когда на часах было всего десять минут. Весь зал затаил дыхание. Или красивая победа, или горькое поражение.

– Знаете, я слышал зал. Слышал дыхание своей жены, которая дома укладывала спать сына Алешу, слышал молитвы моей команды, ощущал то, что за мной страна. У меня просто не оказалось выбора.

– В такой момент мог дрогнуть даже компьютер…

– А я не мог, просто не имел морального права. Найти эту жертву было не так сложно. Там нужно было подумать чуть ранее, когда я скидывал за инициативу пешку. Вот пойти на это было непросто. Но я не хотел стоять пассивно и решился на удар.

– В безнадежной позиции Каруана предложил вам ничью. Это этично?

– Если бы позиция была сложная, я бы еще задумался, но мне было очевидно, что побеждаю. И захотелось завершить турнир красиво. Поставить жирную точку. Не думаю, что чем-то обидел соперника. На моем месте он поступил бы так же.

– Когда осознали, что вы едете в Нью-Йорк?

– Когда в зале и во всем здании Телеграфа раздались аплодисменты. А потом мне начали кричать, что я чемпион, и я все понял.

ЧАСТО ХОДИЛИ С КАРЛСЕНОМ НА ДИСКОТЕКИ

– Уже начали прикидывать чемпионский матч?

– Да, уже думаю об этом. Хотя, с другой стороны, рано. Нужно немного отдохнуть, хотя хочется отдыхать как можно больше. Усталость накопилась нереальная.

– Карлсен поздравил вас?

– Да, в социальных сетях. У меня с Магнусом отличные отношения. Мы много общались, часто отправлялись на дискотеки после турнира. Да и за доской всегда было все гладко, кроме того, что кто-то кого-то обыгрывал. Кстати, в последней очной встрече в классике в Вейк-ан-Зее у нас была ничья. А вот в блиц я его победил в Берлине.

– То есть страха перед непобедимым викингом нет?

– Да что вы. Все мы сделаны из мяса. И Карлсен тоже мало чем отличается. Магнус – человек, и с ним можно бороться. Думаю, что матч в ноябре будет упорным. Честно скажу – нисколько не боюсь. Буду просто действовать по ситуации, как действовал всегда.

– Собираетесь усилить тренерский штаб?

– Я никому не говорил, что перед турниром претендентов со мной работал Шахрияр Мамедьяров. Это атакующий шахматист, который многое внес в мою игру. Может быть, потому в Москве я часто лез на противника с шашкой наголо. Что касается будущей ситуации, то сейчас мыслей нет. В любом случае огромное спасибо за этот турнир Дохояну, Мотылеву, Поткину и Мамедьярову.

– Комфортно игралось дома?

– С одной стороны – да, с другой – тревожно. Помню, как в один момент повернул голову в зрительский зал и увидел только своих друзей. Играть стало сложнее. Поймите, я же за них отвечаю. Но я справился, они меня поняли и стали поддерживать издали. Так мне было легче.

– То, что на сей раз рядом с вами не было жены, которая в последнее время всегда была на турнирах, как-то сказывалось?

– Мы были постоянно на связи. И я ее чувствовал каждую минуту. Кстати, когда сын Алешка подрастет, будет интересно ему рассказывать, как мама справлялась дома одна, глядя на компьютер с моими позициями.

– Что вам сейчас хочется сделать?

– У меня неделя распланирована по минутам. Интервью во всех возможных СМИ. Не скрою, это очень тяжело, но это то, ради чего я играю в шахматы. Это часть работы – и это польза для всех любителей нашей игры. Если бы мне разрешили как следует выспаться, я бы согласился, а сейчас после разговора с вами мне опять нужно бежать на телевидение.

– Чувствуете себя звездой?

– Я стараюсь быть скромным. Люди сами оценят то, что ты сделал. Так что как-то зазнаваться не нужно. Как говорится, будь проще, и люди сами потянутся.

– Что бы вы хотели сказать вашим болельщикам?

– Главное – вера. В мою команду мало кто верил, мало кто мог поставить на меня в этом турнире. Так что те, кто искренне переживал за меня, – они получили удовольствие, за что спасибо им огромное спасибо. Я совсем не лукавлю, когда говорю, что без них не было бы этой победы.

– Сегодня уснете?

– Если только переживу официальное закрытие турнира. Говорят, там будет очень весело…

Кирилл Зангалис

Прогнозы на спорт
Твой ход
Загрузка...
Загрузка...