28 октября 2023, 15:00

Сексуальные спортсменки пожаловались на падение доходов. Пригласим их на Игры дружбы?

Дмитрий Кузнецов
Обозреватель
Русской Олимпиаде нужна своя идея, помимо аполитичности.

Чем ближе к лету 2024 года, тем меньшей видится вероятность, что российские спортсмены поедут на Олимпиаду в Париж внушительной делегацией. Зато имеет смысл считать дни до сентябрьских Игр дружбы в Москве, Екатеринбурге и Минске. На днях глава оргкомитета соревнований Алексей Сорокин (который координировал проведение успешного чемпионата мира по футболу — 2018) провел презентацию проекта для зарубежных стран и заявил, что в Играх планируется участие 100 стран — хотя приглашать в первую очередь будут спортсменов, а не гнаться за представительством.

Несмотря на то что Игры дружбы заявлены как действительно масштабный проект и разбег у них действительно на рубль, все же остаются вопросы к идентичности, философии этой задумки. Идея «давайте дадим россиянам выиграть какие-нибудь медали с международным отливом» вряд ли привлечет многих. Это организаторы понимают — и заявляют миссией «аполитичность». Мол, эти Игры не против кого-то, а за всех. Но аполитичность — тоже идея неочевидная, особенно с учетом репутации России в значительной части мира. То есть она правильная, но можно брать и другим. И кажется, есть чем.

Легкоатлетка Алиса Шмидт
Алиса Шмидт.
Фото Global Look Press

Нищие немецкие спортсмены

На интересные мысли наводят слова некоторых западных спортсменов, если внимательно следить за их интервью и высказываниями в соцсетях. Последнее из громких — бегуньи Алисы Шмидт, одной из самых красивых спортсменок мира. Она призерка чемпионатов Европы и мира среди молодежи, ездила на Олимпиаду 2021 года в Токио, но не выступила, так как осталась запасной в эстафете, выступала на чемпионате мира. В общем, точно не статистка. Так вот Алисе не нравится, сколько зарабатывают немецкие легкоатлеты.

— Я должна сказать, что большинству немецких легкоатлетов нелегко зарабатывать на жизнь спортом. Если мы в составе сборной, то получаем 700 евро от Спортивного союза. Некоторые спортсмены получают небольшую сумму от своих клубов, но обычно этого недостаточно, чтобы зарабатывать на жизнь, — заявила Шмидт.

Кроме того, 24-летняя Алиса пожаловалась, что атлетам порой приходится доплачивать за участие в соревнованиях, так как расходы на проезд и проживание не всегда покрываются. Большинству ее сверстников, которые хотят остаться в спорте и зарабатывать им, приходится трудиться вне спорта, чтобы выжить. «Я счастлива, что зарабатываю деньги с помощью социальных сетей и могу не искать еще одну работу с частичной занятостью», — возвещает Шмидт.

И действительно, немке с ее внешностью и несколькими миллионами подписчиков в TikTok и Instagram (соцсеть принадлежит компании Meta, чья деятельность признана экстремистской и запрещена в РФ. — Прим. «СЭ») сам бог велел на этом зарабатывать. Не сказать, чтобы Алиса искала какую-то особенную концепцию — она снимает модные видео в разных нарядах и выкладывает свои фотографии в спортивной форме и купальниках. Этого вполне достаточно, чтобы попасть в список Forbes «30 до 30».

Алиса, есть решение! Приезжай в Страну чудес, то есть Россию. Тем более что здесь вполне конкретные возможности заработать серьезные суммы.

Алексей Сорокин
Алексей Сорокин.
Фото Евгений Васильев, ФК «Зенит»

90 тысяч долларов за каждый вид

В пятницу Сорокин озвучил вероятные гонорары призерам Игр дружбы. Суммы не в пример тем, что называла Шмидт, и точно не олимпийские — так как Олимпиада формально вообще любительский турнир. «Призовые в Играх дружбы 40 тысяч долларов для первого места, 30 тысяч для второго и 20 тысяч для третьего — еще не окончательное решение. Это пока только планы. Окончательно это будет принято на заседании коллегиального органа оргкомитета», — сказал Сорокин. И уже, согласитесь, российским спортсменам как-то не так и хочется биться за нейтральный статус на Олимпиаде.

Кроме того, глава оргкомитета заверил, что никаких ограничений в приглашении спортсменов у организаторов нет: «Число участвующих стран зависит от спортивного элемента. 100 стран — это наш внутренний ориентир. Мы считаем, что можем вполне его достичь. Приглашаются не страны, приглашаются спортсмены. А они уже влияют на количество стран. Мы будем избегать ситуации, когда подавляющее большинство спортсменов из одной страны. Хотим обеспечить большую палитру стран. Будет ли кто-то из Европы? Надеемся. Есть ли ориентир, кто может поучаствовать? Пока нет никаких ориентиров».

И вот здесь имеет смысл задуматься. Может быть, Играм дружбы как раз и нужна яркая идентичность — чтобы в Москве и на Урале выступили настоящие инфлюэнсеры, известные, пусть и не сверхуспешные спортсмены? Да, это будет стоить денег. Да, это коммерческая история, а не по зову сердца. Но если условная Шмидт приедет в Москву и публично восхитится, как она похорошела — это будет в разы круче, чем заявления и презентации даже очень респектабельных джентльменов в пиджаках.

Можно пойти еще дальше — и бить по болевым точкам мирового спорта, приглашать тех, кто пострадал. Например, южноафриканскую бегунью Кастер Семеню, которая долго мучилась со своими анатомическими особенностями. Обиженных и оскорбленных, причем сильных спортсменов в каждом виде хватает. В конце концов, в 1984-м на Играх дружбы стартовали даже американцы. Кто мешает сделать предложение Симоне Байлз и дать ей трибуну, чтобы рассказать о проблемах людей с синдромом дефицита внимания и гиперактивности? Да, вряд ли согласится, но если делать качественно, это в любом случае будет правильно.

Вопрос только в том, способны ли мы сами закрыть глаза на предрассудки ради большой идеи?