Новости
Меню
Единоборства

7 декабря 2021, 17:15

«Благодарен Великобритании. Здесь очень хорошо относятся к мигрантам, а мэр города может быть твоим соседом»

Шеф отдела единоборств
Мухаммад Мокаев собирается стать самым молодым чемпионом UFC в истории. Он родом из Дагестана, но уже почти 10 лет живет в Англии.

Подробнее о жизненном пути Мухаммада Мокаева можно ознакомиться в наших предыдущих интервью с ним — вот первое, вот второе. Если вкратце — родился в Буйнакске, в 2012 году (в 12 лет) переехал с отцом в Великобританию — в город Уиган, а затем перебрался в Манчестер, где живет и сейчас. Дважды выиграл молодежный чемпионат мира по ММА (2018, 2019), а в августе 2020 года дебютировал в профессиональных ММА, где на данный момент провел семь боев (шесть побед, один бой признан несостоявшимся).

В конце декабря 21-летний Мокаев подписал контракт с UFC. Причем промоушен объявил об этом на своем на официальном сайте (о подписаниях бойцов там сообщается крайне редко). По словам Мухаммада, условия контракта у него лучше, чем у обычных новичков UFC, то есть он будет зарабатывать больше, чем 10 тысяч долларов за бой. Цель — стать самым молодым чемпионом UFC в истории. Пока рекорд принадлежит Джону Джонсу, который взял титул, когда ему было 23 года (а если точнее — 23 года и 234 дня).

UFC

— Вы написали в Instagram, что контракт на первый бой в UFC подписан, а поединок пройдет в Лондоне. Когда состоится турнир?

— 19 марта.

— А кто соперник?

— Это уже пусть анонсирует UFC, я не хочу идти против лиги. Раз попросили, то пусть объявляют сами.

— Это человек с именем?

— Да. Он недавно тоже дрался, выиграл. Кажется, у него 4 боя в UFC.

— Первым делом вспоминается Коди Дарден, учитывая, что вы бросили ему вызов в Twitter. Так разозлило его поведение после поединка с китайским бойцом? (20 ноября Дарден победил Аори Кюиленга на турнире UFC Fight Nights 198, а после боя заявил: «Я отправил его обратно в Китай, откуда он приехал».)

— У этого бойца из Китая тот же менеджмент, что и у меня. Я обычно не смотрю интервью после боя — смотрю только сам бой. А тут мой менеджер написал мне, сказал, что можно вызвать Дардена. Националистский комментарий Дарден объяснил тем, что соперник не пожал ему руку. Ну, если тебе не пожали руку — назови его идиотом. А говорить: «Я тебя отправлю в твою страну» — это некрасиво.

— Как прошел ваш разговор с Даной Уайтом?

— Мы должны были созвониться, но в итоге переписывались. Менеджер все организовал. Просто познакомились, ничего такого. Мне пока нечего принести UFC, я обычный боец для них. Но для фанатов я приду туда с хайпом. Результаты за меня говорят. Я сказал, что если UFC будет в Лондоне и даже если я буду драться в прелимах, то я просто заполню арену. Я вырос в Англии, за мной наблюдают еще с любительских боев. Я заполнял арены еще в любителях. Уверен, какую арену здесь ни поставят — я заполню ее.

Тренеры

— Вы мне написали, что к вам должны приехать из UFC что-то записывать. Это интервью или фильм?

— Это UFC Fight Pass, комментатор UFC приедет — Джон. А на следующей неделе у меня будут Sky Sports и BT Sport. Видимо, у них будут документальные фильмы. А эти [UFC] пока приехали просто записать интервью, дальше будут снимать мои тренировки, пока я здесь. Я ведь улетаю на следующей неделе.

— Куда улетаете? В Бахрейн?

— Да, в Бахрейн.

— То есть ваша постоянная тренировочная база — клуб KHK?

— Да, там буду проходить подготовку к дебюту в UFC. Возможно, турнир в Лондоне могут отменить, в Англии уже начинается карантин, пошел новый вирус из Южной Африки. У меня есть план B — если турнир пройдет в Абу-Даби, то я буду готов выступить и там.

— Кто сейчас входит в ваш тренерский штаб?

— В KHK — Эльдар и Ренат, тренеры по борьбе и по ударке. За семь-восемь недель до боя я привезу тренера Джонни Хатчинсона, который работает с Петром Яном (в тайском клубе Tiger Muay Thai. - Прим. «СЭ»). Есть тренер по физической подготовке Вуди, вы, наверное, его тоже знаете, он готовил Адесанью. В Ливерпуле у меня есть еще один тренер, Дин Гарнетт. У нас хорошая команда. Ближе к бою соберемся все вместе.

— Расскажите про Джона Хатчинсона: чем хорош этот специалист?

— Он делает хорошую тактику к бою со стороны ударной техники. Ты отправляешь ему видео соперника — и к утру он уже все разбирает, готовит отчет. Серьезно подходит к процессу. Когда я был в Таиланде, он за мной хорошо смотрел. Еще до того, как я выиграл чемпионат мира, он начал за мной следить. Я ценю тех, кто верил в меня еще с тех времен, поэтому эти люди будут со мной до чемпионского боя.

СМИ

— Сколько интервью за последнюю неделю раздали?

— Наверное, где-то 10-15. Ну, еще бывает, что делаем так: открываем Zoom, я сижу, один журналист заходит, спрашивает, что нужно, и выходит, а за ним заходит следующий. Я к этому привык. Это одна из стадий нашей работы. Если этого не делать, то ты не будешь никому интересен. У нас же много бойцов, которые просто хорошо дерутся, но никому не интересны.

— Чем отличаются американские и британские журналисты? Британские СМИ считаются чуть ли не самыми агрессивными по подаче.

— Британские СМИ хотят знать мою историю, хотят рассказать ее, чтобы я был примером для молодого поколения. А американцам больше интересна моя статистика, бои, спрашивают про менеджера Макгрегора, что-то пытаются раскрутить. У каждой стороны есть плюсы и минусы.

— А российские журналисты сильно отличаются от иностранных?

— Честно говоря, да. Я разговаривал с Игорем Лазориным и сказал ему, что кроме него, «Вестника ММА» и «Ушатайки» никому интервью давать не буду. Знаете, как бывает? Меня Ариэль Хельвани спросил в интервью про Конора — видели, наверное, «я буду требовать извинения от Конора». Эту цитату просто выделили и поставили, никто даже не смотрел, что именно дословно я сказал. Меня Ариэль спросил, тренировался ли я с Конором. Я сказал, что не занимался с ним, хотел уйти от этого вопроса. Ариэль опять спросил, хотел бы я потренироваться с Макгрегором. Моя менеджерская компания говорит, что Конор нормальный в жизни, но его медийность показывает, что он плохой. Мы больше видим, что он плохие вещи пишет. Я ответил на вопрос, хотел бы я с ним увидеться. Да, я хотел бы с ним увидеться.

— То есть в наших СМИ больше ищут скандалы?

— Конечно, болельщики же клюют на это, думают: «Вот он суету наводит!»

— Смотрите интервью, подкасты, допустим, даже не про ММА? Например, Дудя?

— Нет. Когда у меня перед последним боем начался стафилококк, я смотрел подкаст Джо Рогана с Кевином Ли. Ли там рассказывал, как стафилококк можно вылечить. Тогда и заинтересовался подкастами, когда встал вопрос, как вылечить стафилококк за неделю до боя.

Соперники

— Вы написали: «Пора разносить этих скучных пацанов в этом дивизионе». Почему скучных?

— Дивизион не скучный, но ребята, которые там дерутся, честно говоря, не удивляют. В любителях есть молодые, голодные ребята, которые хотят о себе заявить. А там у ребят уже есть связи, деньги появились, они уже не голодные. Люди в этом дивизионе не показывают шоу и все свои навыки. Топ-5 или даже топ-6 — интересные ребята, а остальные вообще не удивляют.

— Кого сейчас считаете объективно сильнейшим бойцом в своем дивизионе?

— Наверное, Фигерейдо.

— Почему не Морено?

— Морено тоже опасный. Морено, Фигерейдо, Аскар [Аскаров] - топовые, те, у кого есть что-то, чего нет у других бойцов в дивизионе. Есть, конечно, сильные ребята, но нет таких, у кого невозможно выиграть.

— Небольшой блиц. Кто самый зрелищный боец в дивизионе?

— Думаю, это Морено.

— У кого лучшая борьба?

— У Аскара.

— У кого лучший грэпплинг?

— Я бы сказал, что у Албази.

— Не у Аскара? Почему?

— У Аскара хороший грэпплинг, он хорош в партере, но ему бывает чуть тяжело совмещать. У Албази с этим получше, но если бы он дрался с Аскаром, то Аскар бы выиграл.

— У кого лучшая стойка?

— У Морено.

— Не у Фигерейдо?

— Уровень Морено в боксе немного недооценивают. Просто Фигерейдо чуть побольше.

— Наверное, самый тяжелый удар в дивизионе у Фигерейдо, тут без вопросов.

— Да, все так.

— А у кого лучшие кики?

— Честно говоря, не знаю. У всех какие-то футбольные удары (улыбается).

— В интервью «Вестнику ММА» вы сказали: «Мне осталось еще три-четыре боя». Стало даже как-то не по себе. Три-четыре боя — и карьера окончена?

— Посмотрим, может, я перейду в другую весовую категорию. Может, поднимусь в 61 кг. Посмотрим, что будет. Может, я не доживу даже до титульного боя, кто знает? Я примерно знаю, что через три-четыре боя уже буду чемпионом.

— В любом случае вы дали понять, что не хотите задерживаться в ММА надолго.

— Да, не хотелось бы задерживаться надолго, я бы больше хотел со своей семьей время проводить (Мокаеву 21 год, но он уже женат. - Прим. «СЭ»), сконцентрироваться на моей религии. Тренировки, разъезды — в любое свободное время пытаюсь найти возможность, просто чтобы поспать. Бывает, что не вижусь с семьей нормально, потому что я полностью сконцентрирован на боях.

Абдель-Азиз

— В интервью Арслану Доциеву вы говорили, что Али Абдель-Азиз пытался подписать с вами контракт примерно 10 раз. Мощная настойчивость. Как это выглядело?

— Я примерно сказал. Мне контракт отправляли раза четыре, наверное.

— После какого вашего ответа он прекратил делать предложения?

— Как говорят в российских СМИ, после «подписания с менеджментом Конора». Они так говорят, как будто в этом менеджменте один Конор и там нет, например, Адесаньи, Мэнни Пакьяо, Крис Сайборг, Майкла Биспинга. Столько известных и талантливых бойцов, но говорят только про Макгрегора.

— В России это самый популярный человек из тех, которых вы перечислили.

— Честно говоря, меня это не особо задевает. Я же с ним не виделся. Если я увижусь и Конор будет конченым человеком, то я, конечно, буду злиться, когда он будет говорить какие-то вещи.

— А как отказали Абдель-Азизу?

— Когда я подписался с Paradigm, он, наверное, уже все понял. Когда у меня был профессиональный дебют в Швеции, мне многие менеджеры звонили, и он мне тоже звонил. Как раз рядом со мной сидел менеджер Хамзата Чимаева, я даже у него спросил: «Кого выбрать?» Потом пошел в отель, посидел со своим тренером. Знаете, эти менеджеры хорошо на уши приседают, обещают золотые горы, но такие люди всегда бывают вокруг. Я вырос в Англии, этих людей здесь очень много. Если бы я вырос в другом месте и мне позвонили бы из Америки, я бы подумал: «Вау, мне Америку обещают!» А так я вырос в Англии, здесь все тоже что-то обещают, но я знаю, как бывает на деле. Многим менеджерам главное — подписать тебя и получать процент с твоих гонораров, а как у тебя идет карьера, болеешь ли ты, есть ли проблемы с документами — без разницы. Если менеджер не интересуется такими вопросами, то это не близкий тебе человек, это просто тот, кто интересуется процентом, пока ты на хайпе, чтобы раскрутиться и подписать других бойцов. Я сел с тренером, все обсудил, раскидал, прикинул, кто как общается, кто что хочет. Мой менеджер, Тим, все рассказал, как все работает, какой процент, все четко, бизнес-подход. Али сказал мне: «Ты мой брат всю дорогу» и отправил контракт, по которому я должен чуть ли не пожизненно с ним сидеть. Поэтому я решил, что лучше буду иметь дело с теми, кто хочет реально заниматься бизнесом. ММА и есть бизнес, в этом грязном деле трудно иметь братские отношения.

— Что за пожизненный контракт с Абдель-Азизом? Как это было прописано?

— Смотрите. Контракт был на пять лет. Если прошло четыре с половиной года, а я подписываюсь с какой-то спонсорской компанией или чем-то вроде этого, то я все равно должен платить Абдель-Азизу процент от этого спонсорского контракта до его окончания, потому что я подписал его, когда еще имел дело с Абдель-Азизом. Вы как думаете, это правильно?

— Если честно, то нет. Хотя, может, Абдель-Азиз подразумевает, что это так работает, если он приводит спонсора?

— В контракте было по-другому. Это «пожизненный контракт» называется. Что бы ни было, он нашел или не нашел спонсора, если я с ним расторгаю контракт, значит, была причина. Если бы были хорошие отношения, я бы не расторгал контракт. А если отношения плохие — почему он хочет иметь от меня процент?

— А с Paradigm вы можете расстаться в любой момент без каких-либо обязательств?

— Да, могу.

Пимблетт

— Допускаю, что на турнире UFC в Лондоне может состояться выступление Падди Пимблетта, с которым у вас не очень хорошие отношения, мягко говоря. Вы когда-нибудь пересекались в реальной жизни?

— Помню, в 2017 году, когда я выходил на бой, у нас случилась небольшая потасовка. У меня в углу были Даррен Тилл, Майк Гранди, тренер Колин Херн. Мы спускались на бой, а они, наоборот, шли нам навстречу. Наши команды не дружат, это началось еще до того, как я пришел. Потом Пимблетт поджег машину моему тренеру, Дину Гарнетту.

— Серьезно?

— Дин как раз должен был лететь на мой третий профессиональный бой, а паспорт был в бардачке этой машины. Много чего было. Видел в Twitter, как Пимблетт ужасные вещи писал Хамзату Чимаеву. Я даже сам зацепился с Пимблеттом. Еще до подписания контракта с UFC я был в Ливерпуле и написал ему в директе: «Давай увидимся», а он ответил, что он в Америке. Так и не получилось увидеться.

— Поджечь машину — в российских ММА таких вещей не происходит. У нас много скандалов, но такого не было.

— Честно говоря, в российских ММА бывали похуже вещи (смеется).

— По крайней мере, мы про это не знаем.

— Это такая подляна, лучше лицом к лицу пообщаться. А такие поступки — гнилые. Когда был локдаун, у нас был закрыт зал, нам государство дало разрешение на тренировки. Пимблетт не знал, что у нас есть это разрешение, позвонил в полицию и нажаловался. Ну, скоро все узнают, что он из себя представляет. Мы живем, можно сказать, в одном городе. Есть проблемы — приходи, увидимся. Зачем в Twitter писать, как будто мы в другом мире?

— Я думал, что у них с Дарреном Тиллом нормальные отношения, учитывая, что они оба из Ливерпуля.

— Нет, они точно не дружат.

Великобритания

— Обратил внимание, что в Великобритании вызвал большой резонанс его репост оскорбительного сообщения про женщину-иммигрантку.

— Его даже англичане не любят. Когда в Великобританию привозили беженцев из Афганистана, он сказал: «Если вам тут что-то не нравится — сваливайте». Он сделал репост, а потом, через сутки, удалил — конечно, потому что увидел, что его зачморили. Я на него газанул, а он написал что-то типа: «Почему ты представляешь британский флаг, ты ведь здесь даже не родился!» После этого англичане начали газовать на него. В Англии поддерживают всех, без разницы, из какой ты страны.

— Одним словом, в Великобритании хорошее отношение к иммигрантам.

— Очень хорошее. Я десять лет здесь живу — ни разу не было такого, чтобы кто-то сказал: «Ты черный, сваливай в свою страну». Это только такие, как Пэдди, чтобы привлечь внимание...

— И все это в Twitter.

— Да, в жизни такие не подойдут никогда. Я для этой страны сделал больше, чем он за всю жизнь. Он не имеет права говорить такие вещи.

— Считаете себя патриотом Британии?

— Чуть громко сказано, но я благодарен этой стране за то, что здесь для меня сделали. Здесь очень хорошо относятся к приезжим из других стран, очень много мечетей, хорошее отношение к мусульманам. Здесь все по законам, нет такого, что ты можешь позволять себе нарушать правила на дороге, если ты спортсмен, или что-то в таком духе. Здесь все на одном уровне. Мэр города может быть твоим соседом и передвигаться без охраны, а не как в России, например. Но, конечно, я очень скучаю по своей республике, по Дагестану. Меня там не было десять лет, но я всегда представляю свой народ. Конечно, у меня были ошибки в жизни, о чем-то я жалею. Я хочу представлять наш народ как можно в более лучшем свете.

— Великобритания — государство с богатой историей. Есть какой-то интерес именно к истории этой страны?

— История Великобритании? А вы знаете, какие вопросы задают, когда ты сдаешь на гражданство?

— Нет, расскажите.

— В общем, там нужно ответить на 18 вопросов из 24, я проваливался три раза, причем все три раза набирал 17 баллов! Там такие вопросы в духе: «Когда родилась королева? Когда началась такая-то война». Я зубрил, просто зрительную память включал. Провалил тест — через три дня шел, заново платил за тест. Если переводить на русские деньги, это стоит 6 500 рублей.

— Кстати, когда получили паспорт?

— На следующий день после подписания в UFC. По закону Великобритании все, кто ждет документы, должны ждать определенное время. Мне ускорили процесс. Адвокат говорил: «Будет тяжело», а я посоветовал ему приложить к документам предложение от UFC. На следующий день смотрю — гражданство одобрили. У меня было спортивное гражданство, но теперь я полностью стал гражданином страны.

— Когда приедете в Дагестан?

— После дебюта в UFC планирую приехать. Честно говоря, жду этого момента больше, чем своего дебюта (улыбается).

— Там же наверняка много родственников, с которыми вы давно не виделись.

— Да, там и родственники, и друзья. За меня многие болеют в Дагестане. Мне очень приятно. Хочу полететь туда сразу же после дебюта, чтобы не терять времени.