Новости
Меню
Фигурное катание

8 декабря 2021, 16:00

Какие ошибки в прыжках допускают ученицы Тутберидзе? Разбор профессионального фигуриста

Интервью тренера и экс-фигуриста сборной России Ивана Островского — о Щербаковой, Трусовой и странных обвинениях в регионах.

Вы часто пишете, что хотите видеть в «СЭ» не скандалы, значит, и сплетни, а глубокую аналитику — почему тот или другой так пробежал, забил, проплыл или прополз. Этот материал — вашему вниманию. Иван Островский — бывший фигурист сборной России, на стыке нулевых — десятых брал медали финала Кубка России, Мемориала Панина-Коломенкина. Крепкий уровень для регионального фигуриста. В последние годы Островский тренирует и ведет блог о фигурном катании, в котором наглядно и с графиками анализирует прыжки российских одиночниц. «СЭ» расспросил тренера-монтажера о каждой топ-фигуристке в отдельности и подробно.

Публикация от Ivan Ostrovsky (@rusofiguristo)

У Валиевой и Косторной разные техники акселя, и у Камилы он ровнее

— Иван, вы один из немногих, кто на YouTube делает ролики о технике прыжков наших фигуристов, а не о том, кто кому что сказал и что ответил. Давайте к кому-нибудь придеремся, по фактам, как говорится. Где и у кого вы видите ошибки?

— Если хотеть, можно придраться к кому угодно. К лутцу Щербаковой, например. Мол, Анна прыгает с плоского ребра. Да, бывают такие моменты. Но каждый надо разбирать отдельно. Где-то действительно с плоского, где-то нет. У каждого фигуриста есть определенные склонности. Та ошибка, которая есть у Щербаковой, — следствие недостатка начального вращения, из-за этого приходится сильнее вкручиваться вокруг правой ноги — это тянется с детства, может, с двойного прыжка. Может, Этери Георгиевна (хотя где я, а где она) эти слова увидит и не согласится, окей. Но обычно такие ошибки тренеры стараются завуалировать, компенсировать.

— Лутцы Анны и Дарьи Усачевой у многих вызывают вопросы, разобрались. Давайте по другим персонам.

— Я бы выделил еще Косторную, которая прыгает вроде как суперклассный тройной аксель. Я в нем вижу конкретные склонности к ошибкам. Победителей не судят, ты выехала — молодец. Умудрился фигурист как-то компенсировать отклонения от условно идеальной техники — красавчик. Но у нее очень крутая дуга захода и сваливается опорная нога, это конкретно видно. Вот этот эксклюзивный зигзагообразный заход, скорее всего, был конкретно придуман под нее. При прыжке нужно правильно распределить вес, у нее степ-ауты именно из-за свала опорной ноги, который этот заход пытается компенсировать.

Аксель Валиевой, например, совсем другой. Она его прыгает сильно ровнее, у нее нет проблемы с равновесием опорной ноги. А акселевая группа прыжков — аксель, сальхов, тулуп — в этом смысле особенно сложна. В ней идет перенос веса с левой ноги на правую в воздухе.

— Часто говорят, что есть разные техники акселя — со стопором, с дуги. Объясните.

— Представьте карусель. Если сиденья начать прижимать к центру, то вращение будет ускоряться, так как радиус меньше. Здесь похожая история. И стопор, или форсаж, на этом и основан — резкое торможение ускоряет тело. Но прыгать со стопора — рискованное мероприятие. Конек Может уйти из-под тебя, ты это не до конца контролируешь. Парням в данном случае легче, они возвращают тело в равновесие сильным махом.

— Если аксель не получался у Плющенко, но лучше получился у Тутберидзе, значит, она лучше понимает технику?

— Тренер — профессия, которая включает в себя много других. У Плющенко не хватало подхода. Сами девочки про это и говорили — перешли обратно, потому что не можем себя заставить. Я подписан на Instagram его школы — и видно, он использует более лояльный способ работы, ребенок должен понимать, с ним надо разговаривать как с личностью. Потому что он со своим тренером примерно так и работал. Не думаю, что профессор Мишин кричал на Плющенко.

— И потому что надо отличаться от других школ, видимо.

— Безусловно. Кому-то подходят жесткие методы, кто-то может сам. Но по моей практике, почти никто сам не может. Технику двойных ставят в пять-шесть лет, вот попробуйте рассказать ребенку про радиус, ускорение, ось вращения. Это возможно на бытовых примерах, но не более. Тутберидзе добилась ошеломляющего успеха именно ввиду своего подхода. Разбирающихся в технике или постановках в России очень много, но к успеху приводит комплекс. И она успевает быть всем. У них отличная команда, которая анализирует изменения в правилах. По-моему, их надо перестать так часто менять. А они это умело используют. Не понимаю, почему их обвиняли за то, что они Загитовой все прыжки ставили во вторую половину программы. Ребят, правила это разрешали. Вам что мешало?

Оценки Трусовой за компоненты должны быть меньше. У нее нет глубины ребер

— Возвращаясь к прыжкам — разве не этот жесткий подход приводит к травмам? Вот последствия для Дарьи Усачевой даже оказались публичными. Можно ли здесь понять по видео, кто виноват?

— Понимаю, да, после того случая все снова заговорили, что Тутберидзе плохая, издевается над детьми, до смерти урабатывает. Думаю, истина посередине. Если смотреть именно на видео прыжка, то Дарья вкрутилась вокруг правой ноги, точка равновесия осталась впереди. То есть таз свое движение продолжил, а ноги и корпус остались впереди. Положение для крутки ненормальное.

Это распространенная ошибка. Немного похоже на ошибку Щербаковой на «Гран-при Франции» при падении с лутца. Там, конечно, дело не в качестве льда. Можно бесконечно обвинять Тутберидзе, французов, мол, коньки выдали плохие. Но Щербакова ошиблась сама — потому что на лед попал ботинок, а не лезвие. Лед мог быть любой, вода, снег. Многие спрашивают: «Да как профессионал может так ошибаться?» Может, конечно.

— Футболисты тоже не всегда с пяти метров попадают.

— Конечно. Истина посередине. Усачева ошиблась на прыжке, да. Но видно, что она бросила, судя по всему, травма была на отрыве. Возможно, ее спровоцировали некие предыдущие попытки исполнения прыжков.

— Может ли вообще не очень сведущий человек отличить технику Тутберидзе и Мишина?

— Нельзя сказать, что у них феноменальная разница и спортсмены Тутберидзе прыгают с ног, а Мишина — с рук. Но тот же аксель Туктамышевой не спутаешь с другими. Но внутри группы Тутберидзе техника разнится, по-одному ставят прыжки Щербаковой, по-другому — Трусовой. Уместно говорить об индивидуальной технике.

— У кого же она самая чистая?

— Сложно сказать, все зависит от элемента. Если мы признаем, что у нас есть некие мифические каноны, то можно поискать. Да, надо прыгать лутц так, как прыгает Туктамышева. А все девочки Тутберидзе делают пол-оборота еще на земле, ох, катастрофа! Но я больше сторонник смотреть на итог. На мой взгляд, Косторная прыгает аксель неидеально по технике. Но исполнение у нее хорошее — на скорости, высоко. Но я бы не хотел, чтобы юные фигуристы делали его так. Как Валиева — да. Потому что техника Алены порождает риск ошибки. Чуть не та скорость — и все, мимо.

— А если говорить про вторую оценку — здесь все по делу?

— В целом все при своих, в рамках приличия. Если бы я был судьей, то ставил бы Трусовой меньше. Естественно, я не хочу, чтобы ей ставили меньше. Но есть так называемые транзишены, связующие элементы. Оценивается, например, глубина ребер, у нее на последнем турнире ее не было. Два шага, по прямой зашла — прыгнула, и снова. И даже на этапах Кубка России были спортсмены из регионов, которые делают это не хуже. Но так как судят люди — они руководствуются своими представлениями о явлениях и людях. Саше Трусовой ставят такие компоненты, особенно в России, потому что она Саша Трусова, человек-легенда. Она, может, выйдет в финал «Гран-при», соберется и покатается. Думают: зачем ее напрягать, тыкать ее носом в ошибки на Кубке России, домашних стартах? А вот компоненты Валиевой, по-моему, заслуженные. Мне в Сочи она очень понравилась, феноменальные прокаты. Недодать было сложно.

— Сейчас активно обсуждают повышение возрастного ценза, мотивируя это тем, что взрослые не могут прыгать элементы ультра-си. Если говорить с технической точки зрения, это обоснованно?

— Мужчин от женщин надо отделить. Первые переживают пубертат проще, хотя у многих он тоже мимо не проходит, больше из-за психологии. У тебя полностью мировоззрение меняется! Большинство вообще говорит — мне и без фигурного катания хорошо. Девочкам физиологически сложно, гормональный фон меняет вес, его предсказать почти невозможно. Плюс-минус килограмм — катастрофа.

Но Туктамышева же смогла это как-то пережить. Поэтому в дискуссии об изменении возрастного ценза я против повышения. Спорт высших достижений должен им оставаться. Почему кого-то надо ограждать? Почему мы должны жертвовать Валиевой? Надо уметь терпеть и ждать фигуристке, тренеру. А хотите смотреть женское катание — смотрите Туктамышеву.

В «Хрустальном» жалеть никого не собираются, и правильно делают — конвейер

— Вы за свою карьеру тренировали и в Кузнецке Пензенской области, и на Карибах катались. Где лучше?

— Думаю, тут ответ очевиден. (Смеется.) Да, помотала меня судьба. Катался я в разваливавшемся ЦСК ВВС в Самаре, зацепил сборную России в сезоне-2008/09. Тренировать начал в Саранске, дальше был Новосибирск, Кузнецк Пензенской области, два года Владикавказ вместе с Максимом Кирилловым. Затем мы два месяца открывали в Ульяновске местную федерацию, даже зарегистрировались в минюсте. Но затем глава самарской федерации Вера Константиновна Богуш пригласила заняться делом на родине. Параллельно работал в шоу Авербуха и других организациях, в том числе в шоу на карибском лайнере. В пандемию работал еще в школе Ильи Авербуха «Наследие», но не сошлись.

— В чем?

— В подходе. Я ждал одного, они — другого. У Марии Орловой, главного тренера, был другой взгляд на процесс.

— Сам Илья приезжает?

— Конечно, с ним проговаривали. Он не тренер, скорее директор, задает направление. Некоторым особенным спортсменам ставил программы. Втыки ученикам не делает. (Улыбается.)

— Вы обмолвились про сборную России — а пребывание в ней что-то дало? Деньги?

— Никаких. Ничего не дало. Узнал о том, что вошел в сборную, за неделю до выхода из нее.

— Сможет ли когда-нибудь «Наследие» конкурировать с «Хрустальным», «Звездным льдом»?

— Таланты они воспитают, но в обозримом будущем вообще ни одна региональная школа не сможет конкурировать с Москвой. Может, даже никогда. Разве что спортсмены, которые числятся в регионе, а тренируются в столице, или отдельные личности и тренеры, как исключение. Нам такие условия отбора не снились. Все хотят туда. В «Хрустальный» или ЦСКА может приехать 400 человек, до просмотра дойдут 40, а возьмут они четверых. Если утрированно. И вот набирается 15 человек, выживает сильнейший. Из них семь сломались, потому что жалеть их никто не собирается. И в общем, правильно делают. Но им на смену придут следующие. Просто конвейер. Специально никто не ломает, конечно, просто дают нагрузку. Недели три назад от меня девочка, лучшая по 2012 году, уехала в «Москвич». Не буду же я ее за уши и ноги хватать и держать! Выгнать я тоже никого не могу — взять некого. Поэтому берегу.

Они поехали в конкурентную среду. Это главное. У меня есть хороший парень, в 10 лет собирает все тройные. Здесь он царь и бог, его носят на руках. Вот и как объяснить ему, что надо еще пахать и пахать? А в Москве надо бороться за внимание тренера, повертеть хвостом.

— Почему региональная школа, например ваша, не сможет конкурировать с Москвой или Петербургом? В чем разница?

— В количестве льда у нас по крайней мере проблемы нет. Тренеров столько нет в Самаре, сколько катков. Но у нас нет катка, на котором можно кататься комфортно. У нас на катке холодно — 0 градусов, тренировка в 6.30. Из-за хоккея. Хотя он в Самарской области не показывает высоких результатов. Попробуйте 10-летнего ребенка в 6 утра заставить учить тройные! Приходится применять жесткие методы. А в торговом центре днем результат совсем другой. В Москве и Питере легче с домашним обучением, тут все в школу хотят ходить. И я это понимаю, сам получал журналистское образование и на юрфаке учился. Но на двух стульях усидеть сложно. Есть теория равноценного обмена. Тебе надо пожертвовать всем, чтобы получить все. Москва все время выигрывает не потому, что у них лучше условия. Там платят по 70 тысяч в месяц в частных школах.

— Для региона сумма большая.

— Смертоубийственная. И многим приходится ходить на индивидуальные уроки. Без них в принципе нельзя сейчас, ты не успеваешь освоить материал. А если не будешь брать, то, естественно, твое положение в группе станет хуже. А на общественных катках по 150 человек на льду. Я лично свидетель. Приехали в Петербург на соревнования, тренировок там не было, пошли в торговый центр — а там человек 80 на льду, из них 30 — тренеры, обычные посетители, с удочками занимаются и параллельно катают программы между этими людьми. И не сталкиваются! А у нас во Владикавказе 20 человек, и мы что-то возникаем.

В Москве люди заряжены. Если остановишься на секунду — тебя выселят, потому ипотеку надо платить. А без нее сложно жилье себе позволить. Дети смотрят на родителей, которые работают, и сами впрягаются. И там внутренняя конкуренция.

Фигурное катание в регионах — не мужское занятие

— А во Владикавказе, учитывая местную специфику, «предъявляли» парням за то, что они занимаются фигурным катанием, а не, скажем, борьбой?

— Там парней были один-два за пару лет. Если убрать Москву и Питер, фигурное катание вообще не мужское занятие. Это женский спорт. Если в семье будет борьба между хоккеем и фигурным катанием для сына, понятно, какое направление победит.

— То есть вот это «у вас гейский вид спорта, вы что, не мужики?» слышали и вы?

— Конечно. Сплошь и рядом. Это тянется за нами с давних времен. Был у нас этот разрушающийся ЦСК ВВС, в котором во время прокатов могла крыша обвалиться, и мы с хоккеистами тренировались. У нас постоянно были терки лет до 14 на эту тему: «Ой, фигуристы, ножки тянут, непонятно чем занимаются». До драк не доходило. А закончилось все, когда хоккеисты съездили с нами на сборы и увидели, чем мы занимаемся. А по поводу Владикавказа мне родители вообще сначала сказали: «Ты куда поехал, там война!» К вопросу о предрассудках. А оказалось, все отлично.

— Программы под лезгинку были?

— У другого тренера был ребенок, который катался под национальную музыку. Но преимущественно все было цивилизованно. У меня великолепные воспоминания о работе и месте. Люди приветливые, гостеприимные. Нам есть чему поучиться у них.

— Регионы и оценивают хуже, разве нет?

— По статистике — наверное, хотя это не какое-то правило. Возьмем ту же Сашу Трусову. Девочке из Екатеринбурга нужно как минимум сделать те же прыжки, что и Трусова, чтобы ее заметили.