25 октября 2020, 01:20

Орел улетел. Уйти на пике славы — лучшее решение для Хабиба

Андрей Баздрев
Обозреватель
Хабиб Нурмагомедов одержал победу над американцем Джастином Гэтжи во втором раунде поединка в Абу-Даби и объявил о завершении карьеры.

Джастин Гэтжи, мне кажется, принял решение постучать еще в тот момент, когда треугольник на его шее даже не сомкнулся. Обманчиво легко он оказался сверху, воспользовавшись попытками Хабиба забрать руку — и в этой позиции отдал шею. И тут его накрыло теплой папахой, и он понял, что пора сдаваться. Черт, а кто бы не постучал?

#UFC254 . . . . . . #ufcrussia254 #ufc #ufc254 #KhabibNurmagomedov

Публикация от @ ufcrussia254

Он не сделал ничего особенного

В первом раунде он тоже не выглядел особенно хорошо. Он сразу отдал инициативу, Нурмагомедов прессинговал, поджимал его к сетке, под этим прессингом обычно быстро устают — когда двигаешься только спиной вперед и чувствуешь себя в перекрестье прицела. Но Гэтжи понимал, что нужно двигаться, все время менять положение и не давать пройти в ноги. Ему удавалось это почти весь первый раунд. Но на последних секундах он тоже был на настиле, спутанный, пытаясь ни в коем случае не отдать руку на рычаг. Спас гонг.

Его лоу-кик — работали. Пару раз Гетжи практически вышиб почву из-под ног соперника. Его удары — тоже работали. В какой-то момент Нурмагомедов получил сразу два подряд четко в челюсть и скулу — но это его даже не затормозило. Что вообще должен был сделать Джастин для того, чтобы победить? При том, что Хабиб смотрелся очень средне (на фоне многих других своих боев), не делал ничего особенного, но все равно его уровня и его навыков в борьбе хватило, чтобы соперника переехать во втором раунде.

Папаха абсолютной победы

Слишком умелый, слишком мощный, слишком большой. Слишком уверенный в себе. И оставить свои перчатки в центре октагона — именно сейчас — возможно, наилучшее решение. Дальше все победы станут рутиной. Хабиб побеждающий будет чем-то заурядным. А он не может позволить себе выглядеть заурядным, потому что это противоречит самой идее, философии его отца. И он не может продолжать ради денег, потому что это тоже противоречит его мировоззрению. И, наконец, все это противоречит обещанию, которое он дал матери.

Его папаха была еще несколько лет назад мифологизирована как «свитер абсолютной победы» Федора Емельяненко. В детстве он боролся с медведем, затем в комиксах с Годзиллой. В последние два-три года его нельзя было воспринимать вне общего культурного и религиозного контекста — да и вне политики тоже. Он проводил бой, фактически, дома — весь исламский мир его дом. Аравийский полуостров, Средняя Азия, они уже как его Дагестан. Дана Уайт — ведет себя так, как его лучший друг, а с ним его сотрудники, судьи и остальные в UFC.

У Гэтжи и у Хабиба один и тот же менеджер, а предматчевую аналитику выдавал Дэниэл Кормье, одноклубник и друг Нурмагомедова. Более домашней атмосферы трудно себе представить. Это место, этот промоушен, этот вид спорта — дом Хабиба Нурмагомедова. А вы просто в нем живете. И теперь он оставляет этот дом, чтобы сделать из него памятник, монумент — достижениям своего отца. Потому что вы не заставите меня поверить в то, что он думает сейчас о чем-то еще, пока плачет в центре октагона.

И люди забудут, как средне смотрелся Гэтжи. Все разговоры про странное взвешивание, где Нурмагомедова придерживали одной рукой, а весы другой... Дана сказал, за несколько недель до боя Хабиб получил перелом в стопе. А цифры 29-0 останутся. Как мифы и легенды о Дагестане, откуда он родом. Рассказы о маленьком мальчике, в папахе, который хотел быть чемпионом и даже помыслить не мог о том, каким он станет большим.