6 сентября 2023, 10:20
Алексей Тихонов со своим спокойным рассудительным голосом человек в нашем медиапространстве будто инородный. От него не дождешься сумасшедших заголовков, зато экспертизу он дает потрясающе точную. Именно поэтому его мнение о новой паре в штабе Этери Тутберидзе Бойкова/Козловский и других событиях в нашем фигурном катании ценно — и на юниорском первенстве Москвы он ответил на вопросы журналистов, как обычно, дипломатично, но по делу.
— Алексей, в это межсезонье вы начали работать с парой Бойкова/Козловский. Какие первые впечатления?
— Первые впечатления появятся на прокатах, которые состоятся 16-17 сентября. Ребята трудятся, много над чем нужно поработать. Свои большие плюсы, свои минусы. И вся большая дружная команда «Тим Тутберидзе» во главе с Этери Георгиевной плюс Максим Траньков, Павел Слюсаренко, я помогаю, Сережа Дудаков, Даниил Глейхенгауз. Настрой очень хороший у ребят. Посмотрим, к чему приведет эта работа. Они решили пока что катать те программы, которые были поставлены в конце прошлого сезона предыдущими тренерами.
— Насколько это распространено в фигурном катании и корректно — может у человека со стороны вопрос возникнуть.
— Если тренерский штаб, в котором ребята состояли, не возражает против использования этих программ, если финансово они были оплачены самими ребятами, например, либо есть определенные договоренности со штабом, мол, мы не возражаем, и при том, что программы нравятся фигуристам, — то ничего страшного, на мой взгляд, можно кататься. Ребята хотят их катать, и в новой команде никто не против. Хотя это начало пути, и естественно, все в дальнейшем будет развиваться именно так, как будет планировать штаб Тутберидзе, и так, как захотят идти ребята вместе со своими тренерами.
— Кому, как не вам, знать, что такое переезжать из Петербурга в Москву. Как они восприняли перемены?
— Это серьезный шаг, большая смена обстановки, смена тренерской команды. Нужно время, чтобы притереться, почувствовать друг друга, и сделать это нужно правильно и хорошо. Вот этот момент притирки — он существует, и работает как тренерская группа, так и сами ребята. Над собой и над катанием. Но я думаю, что все будет хорошо.
— Вы сказали про притирку, а приходится ли их перестраивать, насколько это возможно в 20 лет?
— Хочется добавить им какой-то танцевальности. Именно ввести больше танцев на льду в их катание. Потому что есть невероятная мощь, сила, желание, которыми они всегда захватывают, выходя на лед, и это прекрасно. Нужно, может, добавить чуть-чуть таких танцорских взглядов, переходов. Работаем над этим. Это весьма непросто. И вообще у пары, даже если взять меня, — у нас есть вкатанные вещи. И мы стараемся переносить их из программы в программу каждый сезон. Где-то добавляя и изменяя детали, но база в той или иной мере сохраняется у многих. Задача — показать ребят с другой стороны, иными. И, конечно, качество исполнения элементов, которое у них всегда было на высоте, — довести его до уровня...
— Плюс 5?
— Да. Это в идеале. Я повторюсь — у них сильное желание трудиться. Это всегда для тренеров большой плюс.
— Они хотели выучить четверные элементы, подкрут, выброс, в прошлом сезоне. Сохраняется такая цель?
— Да. Тренеры пока с опаской к этому относятся, потому что, к сожалению, четверной подкрут и выброс оцениваются недостаточно высоко в нашей системе. Если ты делаешь прекрасно тройную подкрутку на +4, а четверную на -2, все нивелируется. стоимость одинаковая, а травмоопасность четверных невероятно высокая. Я считаю, они, безусловно, должны оцениваться значительно выше, тогда будет стимул у спортсменов и у тренеров идти этим путем. Пока что мы в раздумьях. Ребята планируют, но это будет не начало сезона. У них такие цели стоят, и я считаю, они заслуживают похвалы за такое желание. И процесс тренировки ультра-си — сложнейший.
— По поводу Тарасовой/Морозова — уже можно говорить, что они не вернутся? В списках на прокатах их нет.
— Это лучше у самих ребят спрашивать. У меня нет четкой информации по поводу Жени и Володи, все, что я знаю, — они катались у Татьяны Навки в Сочи, сейчас катаются в «Письмах любви» Ильи Авербуха, там очень ярко выступают. Они такие звезды в шоу, чему я несказанно рад. Захотят ли они вернуться к невероятно сложному тренировочному процессу, который выматывает не только физически, но и эмоционально?
— И не так оплачивается.
— Да-да. Не знаю, захотят ли. Пауза ли это или... Посмотрим.
— Штабу они что-то сказали? «Ждите, будем на связи»?
— Этери Георгиевне они наверняка сказали, мне пока ничего не говорили. (Улыбается.)
— Раз про шоу Авербуха зашла речь, давайте скажем про Романа Костомарова. Некоторые горячие головы уже ждут его на коньках.
— Рад, что Ромка добился очередной победы в его жизни. Возможно, даже самая серьезная и большая из тех, что у него были. Просто желаю ему здоровья и очень надеюсь, что новые технологии, в частности протезирование, помогут ему не только вернуться к тренировкам в зале на полу. Он показывает уже это, при огромнейшей поддержке своей семьи, Оксаночки Домниной и всей команды Ильи Авербуха. Надеюсь, новые технологии позволят ему встать на коньки, потому что это будет невероятная победа и стимул жить для многих людей, идти вперед, несмотря ни на какие сложные в жизни ситуации, мягко говоря, и доказывать, что возможно все.
— Вы член комиссии по этике федерации. Случай с Алиной Горбачевой не заслуживает рассмотрения вашей комиссией? И что вы в принципе думаете об этой истории?
— Не могу ничего сказать здесь в этом плане. Я видел Алину, наверное, дня за четыре до произошедшего, мы встречались на катке. Я поговорил с Софьей Федченко, ее тренером. И, конечно же, они очень взволнованы и на нерве перед контрольными прокатами, в которых она должна участвовать. И в связи с травмой она долго восстанавливалась. Она сейчас приступила к полноценным тренировкам, но не все так просто, нужно время. Я пожелал им удачи. Понимаю, что хочется быстрее, здесь и сейчас доказывать титул чемпионки России среди юниоров, тот уровень, который Алина вместе со своим тренером показали в прошлом сезоне. Не знаю, вот это давление психологическое, наверное, играет какую-то роль. Я просто желаю им поспокойнее к этому отнестись. Победить однажды — очень здорово, победить дважды — намного сложнее. А трижды и дальше — невероятный труд в физическом и особенно в психологическом плане. Удачи им, желаю оставаться командой, в которой доверяют друг другу.
Знаете, у меня дочь юная растет, и я чувствую, что какие-то психологические аспекты есть, уходит в спор многое. А ей еще всего лишь 13 лет. У Алины сейчас, видимо, такой возраст, подростковый.
— Но ситуации у вас разные. Ваша дочь все-таки не с тренером живет.
— Да. Сложная ситуация, я не хочу в их отношения лезть и не буду этим заниматься. Просто хочу пожелать им удачи.