В Ярославле фанаты идут войной на вылетающий из ФНЛ «Шинник» и главного тренера

Футбол   /  ФНЛ 
71
20
Обсудить
Поделиться в своих соцсетях
Юрий Голышак
Юрий Голышак
Обозреватель
А ознакомиться с историей бед ярославского футбола пригласили корреспондента «СЭ».

Что-то в Ярославле странное — раз фанаты «Шинника», сплотившись, вызванивают из Москвы корреспондента «СЭ». Рассказывают, что уж брали в окружение прямо на стадионе главного тренера Юрия Газзаева. Не выпускали полтора часа. А теперь и вовсе готовы на демонстрацию. Пожалуй, это можно назвать «телефонограммой»:

— Приезжайте, посмотрите на это позорище. То 0:6, то 1:5. Впервые в истории вываливаемся во вторую лигу...

Была же рубрика в годы прежние, золотые — «Письмо позвало в дорогу».

Раз позвало — что ж! Я еду!

**

Еду — и чувствую себя ревизором. Взгляд мой нынче цепок и колюч. Возможно, излишне. Город-то — любимый!

Грех не поговорить и с другой стороной — накануне выезда набираю главному тренеру «Шинника» Юрию Газзаеву. Которого знаю тысячу лет. Тот и не думает закрываться — будто не побывал в окружении, словно фельдмаршал Паулюс. Голос бодр, радушен:

— Приезжайте, приезжайте. Поговорим.

Пяти минут не проходит — присылает по WhatsApp фотографию Марсело Бьелсы. С прекрасным текстом: «Единственный способ выжить в этой профессии — не связывать проделанную работу с конечным результатом. Те, кто ценят лишь итоговый результат, отвергают сам процесс. Такие люди не смотрят на вашу работу, они лишь возносят вас до небес, когда все хорошо, и мешают с грязью, когда начинается кризис».

Неплохо, неплохо.

**

Въезжаешь в город — яма на яме. Батюшки! Во что ты превратился, Ярославль?! Какую бронетехнику пропустил через себя?

Я напеваю про себя — и незаметно начинаю вслух. Пожалуй, это нервное. Что-то из Михаила Круга:

Я номера нам в «Свечке» закажу,
Мы прогуляемся с тобой по Ярославлю.

Я покажу тебе гостиницу «Бристоль»,
Тверицкий бор и старый Волковский театр...

Те самые фанаты, принимающие меня, словно ревизора, затаили дыхание — и я воодушевленно продолжил:

Поехали в «Свечу» — нас Ваксман ждет,
И если вам закрались невзначай сомненья,
Насчет морали — это маленький прикол!
И данке шон — вы будете под впечатленьем!

— Ага! — сообщил самый бойкий. — А «Бристоль"-то — вот он! Была лучшая гостиница города. А сейчас нет никакого «Бристоля». Банк и кафешки.

Я замираю, полный восторга. Спрашиваю зачем-то — даже не ожидая ответа:

— А Ваксман — это кто?

— Ха! — торжествует Ярославль в лице моих попутчиков. — Сейчас!

Что-то отыскивают в телефоне — и ликуют еще сильнее:

— Едем!

— Куда?! — отстраняюсь я.

— Да к Ваксману же...

Тут же и выясняется, что Круга нет давным-давно — а Ваксман жив-здоров. Директор Камерного театра. Сам играет — на эти спектакли за две недели билетов не достать. Но для уважаемого корреспондента, разумеется, отыщут. Сам Ваксман будет рад знакомству.

О Боже, дорогой мой Ярославль. Теперь я люблю тебя еще сильнее.

Но Ваксмана откладываем на потом.

**

На ходу мне рассказывают истории, от которых стынет кровь. Среди моих новых товарищей — уважаемые люди. Один — бывший хоккеист ярославского еще «Торпедо». Другой — действующий депутат. А вот — Денис, поддерживающий без всякой зарплаты соцсети «Шинника». Пара юно выглядящих фанатов. Которые, однако ж, сбиваются со счета — то ли 40 лет за «Шинник», то ли 30. С роддома.

Садимся в кафе у стадиона. Просим сделать песни чуть тише — но получаем отпор:

— Музыка вылетает.

— О! — радуются мои товарищи. — Мы тоже!

Что ж, наполним музыкой сердца. Тем более одна ярославская история смешнее другой. От некоторых у меня чай носом пошел. Так не пробирало даже в хоккейном Челябинске.

Рассказывают, как два года назад вернулся технический директор «Шинника» Власов из Испании. Возьми да пошути, мол, «Валенсия» отмечает 20-летие поражения от «Шинника».

— Ага! — воодушевились сотрудники «Шинника» нынешнего.

Взгляд их упал на обшарпанную стену клубного офиса. Где висел тот самый вымпел «Валенсии», который получал когда-то капитан Казалов из рук великого Гаиски Мендьеты.

В тот же день офис «Шинника» отыскал электронную почту поседевшего Мендьеты — и вступил в пылкую переписку.

«Дорогой мистер Мендьета! — сигнализировали из Ярославля. — Наверняка вы помните те матчи и теплый прием. Рады были бы пригласить вас снова, оплатив дорожные расходы...»

Ответа ждали долго. С почты Мендьеты с легким недоумением отозвалась некая Анна Гонсалес: «Спасибо за внимание к датам, клубу «Валенсия» и господину Мендьете лично. Но...»

Дочитав до этого места, сотрудники «Шинника» пригорюнились. Эх!

Однако ж, у письма было продолжение:

«...календарь напряженный. Но 20-21 октября господин Мендьета готов посетить Ярославль. За 35 тысяч евро».

Такой гонорар ни футбольный клуб, ни шинный завод не потянули бы. Даже если б запустили линию зимних шипованных презервативов. Но не те в «Шиннике» парни, чтоб легко выскальзывать из переговоров!

Ответное письмо вышло учтивее прежнего: «Рады вашему ответу! Готовы выплатить господину Мендьете 10 тысяч евро. За наш счет охрана, перелет, райдер. Предоставим номер в одной из лучших гостиниц города».

— В «Park Inn», — мстительно добавили вполголоса, отправляя. — С видом на Леонтьевское кладбище.

«Надеемся на великое отмечание этой даты — 20-летие матча», — сухо ответила Анна.

«Встретимся на 30-летии!» — жизнерадостно салютовал «Шинник».

**

— Пойдем, пойдем!

Меня ведут куда-то за стадион. К офису «Шинника». К нему — да не к нему.

— Вот! — провозглашают с торжеством.

Я настраиваю фокус — и глазам не верю. На будке нарисован медведь, это нормально. Символ Ярославля. Но что-то в нем не так. Я протер очи заново — и тотчас понял, что именно.

Ко рту медведя пририсован фаллос со всеми анатомическими подробностями. А поверх еще и надпись: «Уралмаш».

— Это мы должны были играть с «Уралом» на Кубок. Матч не состоялся — их харизматичный президент Григорий Иванов сфотографировал поле в нужном ракурсе, отправил в РФС. Скандал устроил: «Играть нельзя!» Хотя делегат был за то, чтоб играть.

— Поле ужасное было?

— На троечку. Начало марта — какое вы хотите? «Ростов» тогда же играл — их поле было еще хуже. С «Валенсией» мы вообще в болоте утопали. Просто «Шинник» тогда был на ходу, мог пободаться. За три часа до начала матч отменили. Перенесли на лето — а там уже другая картина. Главное, нас просто размазали в информационном плане: «Что за клуб? Даже поле не могут подготовить!» А наши начальники во главе с Гориным отмалчивались. Стадион принадлежал городу — но клуб-то мог хоть слово сказать! Работали-то вместе!

— Зато остался на память медведь. С членом.

— Это фанаты «Урала» прокрались — и нарисовали. Потом весь процесс выложили во «ВКонтакте», можете полюбоваться. А наше начальство распорядилось какой-то блеклой красочкой замалевать — но вышло только рельефнее. Теперь сами же смотрят каждый день. Нормальный руководитель спросил бы: «Это кому, собственно, в рот засовывают?!» Весь сегодняшний «Шинник» — в этом. А может, им нравится картинка! Стадион-то теперь в оперативном управлении у клуба.

— Ну и дела.

— Понятно, что у «Спартака» костюм «Hugo Boss», а у нас — советский. Так мы его еще в химчистку не носим. Обблевали — и так ходим. Нормально! Вот это — футбольный клуб «Шинник». Еще и медведь сосет. Осталось только зарегистрировать как товарный знак. Уникальный будет бренд. Маскоту нашему можно пришить ко рту это самое.

— Есть у вас маскот-то?

— Есть! Тоже медведь, ему лет пятнадцать. Каждый год то башку ему подшивают в кукольном театре, то лапу. А фан-шоп наш видели?

— Это где?

— Да вон он. Протекающая будка, в которой — ничего. На официальном сайте висит давным-давно надпись: «Скоро в продаже». Все. Даже у «Чертаново» есть палатка, где атрибутику продают. Но не у нас.

**

— Думали, с Газзаевым хоть огонь в глазах появится. Стало только хуже! — бросает нервно один из фанатов. — Безволие полное. Получаем 0:6 в Красноярске. Позорище! А Газзаев ходит и улыбается. Мы думали, это нервное. Потом смотрим — вроде нет. Есть тренеры-мотиваторы, а у нас — демотиватор...

— Этой команде нужен тренер, который зажжет, — прерывает бывший хоккеист «Торпедо». Еще не ставшего «Локомотивом». — Вот был у нас Сеич...

Сеич! Кто ж не помнит тренера Николаева, придумавшего в этом городе хоккей? Стоило заподозрить команду в безволии — Сергей Алексеевич ставил в автобусе порнокассету: «Смотрите, вас сегодня так же...» Вот и смотрели. До самой базы.

Взгляд мой упал на шпиль в центре города — так похожий на знаменитый из Солсбери.

— Вот! — обрадовался я. — В этом самом здании сидели мы как-то делали с Сеичем интервью. Говорили часов шесть. Потом вышли в туалет, стоим у писсуара. Вдруг Сеич встряхнулся, вспомнил важное: «Да, вот что я еще хотел сказать!» — и повернулся ко мне вместе со струей...

— Попал? — восхитились мои новые друзья.

— Нет, — убавил градус я. — Увернулся.

— Как нам Сеич говорил на установках, — таял от воспоминаний бывший хоккеист, — «Вы не говно, нет!» Мы затихали. Ждем — что ж дальше-то будет? А он пальцами показывает: «Из говна я бы еще что-то слепил. Вы понос! Вас мнешь — а вы сквозь пальцы протекаете!» Эх, какое время! Какая команда у нас была!

Я почтительно умолк. Не ожидая продолжения — но оно случилось. И оказалось прекрасным.

— Вот такой тренер «Шиннику» и нужен!

Вечером заедем к Николаеву на могилку. Лежит неподалеку от разбившихся хоккеистов «Локомотива». Соседняя аллея.

**

— Чартеров у «Шинника» нет? — интересуюсь на ходу.

Ответ мне — взрыв хохота.

— Скажи нынешним футболистам это слово — они не поймут, о чем речь. Вы лучше автобус наш сфотографируйте.

— А что с автобусом?

— Прежний наш автобус отжали за долги. Сразу ушел на аукционе, клуб даже не участвовал. Сейчас возит фармацевтическую компанию. Потом помог губернатор — дал другой в безвозмездное пользование.

— Подарил?

— Дарить нельзя — этот тоже отберут. Отписали какой-то бывалый. Просто опасный, аварийный! Задняя дверь долго не открывалась. Дым от движка проникал в салон. Как-то из Нижнего Новгорода команда ехала с одной фарой. Отправились в Москву — не работают дворники и омыватель. Как мимо фура проедет, обдаст — наш водитель на обочину и тряпочкой стекло протирает. Это «Шинник» Ярославль! Посмотрите — это просто жесть!

**

Присылают мне сфотографированную афишу — «Derby Russo!»

Что это? А это домашний матч «Шинника» с ивановским «Текстильщиком». Умеют же подать.

— У нас очередей за билетами на футбол давно нет, а в Иванове увидели — как раз на «Шинник»! Для них событие!

— Тоже «русское дерби»?

— У нас полно развлечений в городе — а в Иванове с этим туго. Стадион рядом с рынком. Прямо оттуда — на футбол.

— У вас сколько билет стоит?

— 150-200 рублей. Под козырек — 300. Билетов сто на каждый матч продают. Даже абонементы есть. А больше 600 человек на игры не ходит. Болельщики-то остались. Кто-то нервы не хочет тратить. Кому-то удобств не хватает — на стадионе даже пирожок с чаем не купить!

— Ну и не ездит никто за командой?

— Еще как ездят! В Иваново человек сто добралось. Во Владивосток однажды 12 человек прилетело, в Хабаровск — 35. Откладывали деньги на отпуск, а грохнули вот так. В Москве по 500 человек бывало, в Питере — 200. Еще в прошлом сезоне люди «золотые выезды» пробивали.

— В этом?

— Уже нет. Слушайте, о чем говорить? Только у «Шинника» в ФНЛ была англоязычная версия сайта. Потом замгубернатора решил: «Надо экономить, закрываем это дело!» Закрыли. Потом выясняется — стоило все это 3 тысячи рублей в месяц. Вела девушка, переводчик. А футболистов выпроваживают, выплачивают огромные отступные. Берут новых — которые не лучше.

Александр Побегалов. Фото Юрий Голышак
Александр Побегалов. Фото Юрий Голышак

**

Узнаю мимоходом, что бывший тренер Александр Побегалов в своем кабинетике при стадионе оставил все-все-все. Блокноты, тактические выкладки...

— Еще бронзовую корову! — информируют меня.

Можно возвращаться хоть завтра. К этому, собственно, все и сводится. Мне как москвичу довольно странно — но что есть, то есть.

Побегалов уходил и возвращался в «Шинник». Думаю, сам сбился со счета, сколько раз. Последние уходы и вовсе были обставлены комично. Александр Михайлович писал заявление — руководитель клуба Горин его принимал. Но внезапно отыскивались начальники повыше — и Побегалова убеждали остаться. Вскоре Горин объявлял за что-то Побегалову выговор — и вывешивал на официальном сайте.

Вот мы и дошли до сути — ради чего фанаты «Шинника» взывали к федеральным изданиям, а я — оформлял командировку.

— Куратор клуба Баланин представил Газзаева так: «Юрий Фарзунович — человек, который лучше всех знает внутреннюю кухню». Ну, ладно. Началось — 1:5, 0:6! Смотрим — да он не знает, как зовут своих же футболистов. Самодин у него «Александр». За 5 минут до занятия Лехе Казалову, второму тренеру, говорит: «Леш, а что сегодня делать-то будем на тренировке?» У того глаза округлились — ничего себе, главный тренер! Спаситель «Шинника»!

— Как странно.

— Только улыбается!

— Так в чем недовольство Газзаевым?

— Да не Газзаевым — а результатом! Два месяца «Шинник» сидит на сборах в Турции. Возвращается, результат — 1:5. На пресс-конференциях Газзаев снова улыбается. Ни конкретики, ни обратной связи. У фанатов накипело!

— Как брали в окружение Газзаева на стадионе?

— Спрашиваем: «Юрий Фарзунович, что дальше?» Отвечает — все будет, только подождите. Он не волшебник, ему нужно несколько сезонов. Вот тогда будет премьер-лига, Лига чемпионов... Ждите!

— Про премьер-лигу говорил?

— Говорил. Потом снова начал про школу и вторую команду. Да какая «вторая команда»?! Первую надо спасать! Газзаева просили на той встрече: «Вы человек авторитетный — попробуйте организовать разговор болельщиков с губернатором. Чтоб были вы, он и мы». В ответ прежнее: «Хорошо, хорошо. Я буду с вами на связи». Потом — тишина. Баланину, куратору, в Instagram пишем: «Илья Валерьевич, как будет организован сбор? Какие футболисты придут? Ситуация в команде критическая, мы в зоне вылета!» Ответ: «Будем думать и смотреть». Все. Губернатору пишем в Facebook. Весь ярославский спорт развивался при губернаторе Лисицыне!

— Как он?

— Сумасшедшая история. Это же он построил «Арену-2000». У Лисицына там было свое место в ложе. Тут приходит на хоккей — не пускают!

— Такое возможно?

— Еще как. Соцсети потом шумели. Все, говорят, Анатолий Иванович. Гуляй, Вася. Так он пошел, купил билет и сел среди болельщиков.

— Вы уверены, что именно с приходом Газзаева стало хуже? По-моему, печаль и запустение царили здесь все последние годы.

— Когда встречались — Газзаев за результаты не извинялся. Сказал: «Наверное, это не от меня идет...» Все думали, Побегалов виноват. Но пришел Газзаев — стало еще хуже. Нет игры. А главное — нет атмосферы в коллективе! Видно же!

— Прямо видно?

— Разумеется! Вместо того, чтобы услышать: «Ребята, у меня не получается, восемь поражений подряд», видим только улыбки. Перекладывает ответственность на Побегалова: «Это он набирал футболистов, его работа». Некорректно и непрофессионально! Ощущение, что Газзаев пришел — и готов вечно быть. Годик, два, три. А нас это не устраивает!

— Хотите, чтоб ушел?

— Очень надеемся, что скоро уйдет. Отсюда и весь негатив. Говорит правильные вещи — «надо школу поднимать»... Обо всем — и ни о чем.

— Побегалов вернется?

— Надеемся! Михалыч живет командой. Наш земляк. Открыт для любого общения, не перекладывает ответственность на кого-то. Проиграли — выходит и говорит почему. Главное, был результат.

— Господи, какой результат? Вы о чем?

— С Побегаловым два раза выходили в полуфинал Кубка России, занимали пятое место в премьер-лиге. Играли в еврокубках. Игроки шли в «Шинник», потому что знали — здесь Побегалов. Хотя финансовых возможностей не было. При нем футболисты становятся сильнее. Как Камилов, который сейчас в «Уфе». Пришел совершенно «сырым», мяч принять не мог! Или Эктов, который сейчас в «Оренбурге». Игроки уходили — а Побегалов год за годом лепил команду. Получалось ведь!

— Побегалов сам ушел?

— Сам. Понял — надо что-то менять. Как настоящий мужик взял и написал заявление. После 0:3 от «Текстильщика». Никакой поддержки от руководства. Президент Фролов, дай Бог ему здоровья, ничем не занимается. Хоть долго в клубе работает. Возраст преклонный.

— А кто действительно руководит?

— Губернатор назначил куратором клуба господина Баланина из Костромы. Который в свое время обанкротил костромской «Спартак». Нет сейчас такой профессиональной команды. Ощущение, что костромской сценарий сейчас отрабатывается и в Ярославле. На словах все хорошо — а команда идет вниз.

— Чем все закончится?

— Для нас уже закончилось — вылетаем во вторую лигу! А еще недавно были недовольны пятым местом в ФНЛ! Это дно. Просто не хотим, чтоб клуб совсем закрыли. Или переименовали в ФК «Ярославль». Уже предлагается.

— Ходят разговоры?

— Ну да. Давно. Бред!

— Шинный завод существует?

— Существует. Только с «Шинником» связывает его буква «Ш». Ничего кроме.

— За последние 20 лет была у вас команда хуже, чем сейчас?

— Никогда. Что по игре, что по отношениям внутри. Если президент клуба не может отправить в отставку главного тренера, который не дает результата, — значит, его это устраивает.

— Вам кажется, Газзаев очень хочет остаться в Ярославле?

— Конечно. Сейчас уйдет — спрос на него как на тренера будет нулевой. В России полно молодых голодных специалистов. Которые готовы работать. Как Стукалов из «Велеса». Поэтому Газзаев хочет играть вдолгую. А мы не хотим. Спрашиваем на том сеансе общения: «Вы только ради денег сюда пришли?» Газзаев усмехнулся: «В деньгах я потерял в несколько раз. Сравнивая с тем, сколько мне предлагали».

— Суммы назвал?

— Нет. Но фраза прозвучала: «Здесь я не зарабатываю ничего в сравнении с тем, сколько мог бы». Всегда приводит в пример «КАМАЗ». Все отсылы — туда: «Я пришел к директору завода, он сказал...» А нам не нужны примеры — нам нужен результат! Вас под это позвали!

— Считаете, из этой команды можно выжать больше, чем выжимает Газзаев?

— Газзаев нам говорит про одного, другого, мол, это не игрок, это не футболист. Сама риторика Юрия Фарзуновича выпадает за рамки нормального общения.

— Бывший генеральный директор клуба Горин чем запомнился?

— Шутками. На каждой встрече с болельщиками. Мы ему вопрос — Дмитрий Валентинович шутит. Никакой конкретики. Зато все офигели, когда на официальном сайте вывесил выговор Побегалову.

— Вот это была шутка так шутка.

— Михалыч первый офигел — при его-то отношении к городу и команде! Выговор — такому человеку? Верх невоспитанности! Главное, непонятно — зачем. Только насмешил людей. Ну и разозлил. После того выговора Побегалов сразу написал заявление. Которое Горин подписал — а область не приняла. Горина же и вызвали на ковер. Многое из того, что он делал, казалось безумием. Здорово играл в мини-футбол, чемпион Европы, молодец. Но пришел в клуб — и не совсем понимал, куда попал.

— Например?

— Вот история: есть у нас коллекционер Михаил Калугин. Все собрал о «Шиннике», что возможно. Готов был поделиться находками — только создайте музей. А от Горина лишь слова: «Когда-нибудь...»

— Музей остался на дому?

— Ну да. Хотя цена вопроса — в районе миллиона рублей. Да мы бы, болельщики, скинулись!

— Уже скидывались на что-то?

— Два наших фаната, пробивавших «золотые выезды», Дима Личак и Александр Архангельский, запустили идею — надо популяризировать «Шинник»! Теперь по городу ездит троллейбус, раскрашенный в черно-синие цвета. С эмблемой. Маршрут через весь город!

— Болельщики скидывались?

— Ага. Что-то сомневаемся, что в этом участвовал клуб. Зато знаем, что лично Побегалов выделил довольно солидную сумму. Говорит: «Хорошее дело задумали». Это Побегалов давал клубу свои деньги в долг — а вернули через несколько сезонов. Побегалов оплатил операцию нашему легендарному игроку Алли Н'Дри из Кот д'Ивуара. Тот стал своим, настоящим «шинником». Сломался в Калининграде, там и остался в больнице. А болельщиков Михалыч приглашал на дачу к себе.

— С новым губернатором не поладил?

— Когда назначили нового губернатора Миронова — все боялись подойти. Шепнули: «Михалыч, давай ты. Сходи на встречу!» Как-то звонок от Побегалова: «Ребята, дайте два номера фанатского журнала. Иду к губернатору!» Эта встреча и помогла — команду в 2016-м сохранили.

— Могли закрыть?

— Если уже автобус отобрали! Выжили на авторитете и харизме Михалыча. Сейчас мы, фанаты «Шинника», хотим встретиться с губернатором. Он решает все. А не кураторы клуба.

— Первое, что посоветуете сделать губернатору?

— Сменить президента клуба и менеджмент. У нас написана программа развития клуба. Плюс возвращение Побегалова.

— Побегалов на футбол ходит?

— Нет. Но следит. Это мы точно знаем. Когда его отстраняли — приходил на трибуну. Сел на Западную, среди болельщиков. Даже если б с ним вылетали, на него бы так фанаты не орали, как на Газзаева!

— Человек в нынешнем составе, который особенно вас раздражает?

— Да вся защита! Вот Евгений Стешин чуть в свои не занес. Хотя он парень хороший. Да нет, даже он сильно не раздражает... Вот раньше были такие — вратарь Сафонов, например. На выездных матчах фанаты иногда подходят к футболистам. Просят немного помочь деньгами. Наша легенда Ренат Дубинский никогда не отказывал. Сразу достает 100 рублей — дает. Однажды подошли к Сафонову. Тот взглянул: «Сейчас, 50 рублей разменяю». Люди не поняли — он что, собирается 10 рублей нам дать? Ну и человек... Да и вратарь такой же. В свои забивал. Как-то «Ростову» проиграли 1:6 — это его бенефис был.

— Помню тот матч. Думал, это бенефис другого футболиста.

— После матча кто-то крикнул с трибуны — так наш же нападающий Александр Ширко разъярился: «Ты что сказал? Повтори!» Тот повторил. Ширко перепрыгнул через забор, полез на трибуну махаться. У фаната друзья рядом — а за Ширко команда впрягается, это понятно. Заваруха хорошая получилась. Годы спустя футболисты говорили: «Конечно, вы, болельщики, были правы. Но и нас поймите!»

— Сейчас «Шинник» могут просто закрыть — как позорящее область предприятие?

— Перед матчем с Нижним Новгородом приехал в команду куратор Баланин. Подбодрил: «Либо вы побеждаете, либо мы закрываем клуб, деньги будем тратить на развитие детского футбола. А вы пойдете подметать улицы». Разговор был 12 марта. Вот это мотиватор!

— Как сыграли?

— Проиграли 0:3.

— Как-то фанаты московского «Динамо» подбодрили свою команду — обстреляв футболистов из пейнтбольных ружей. Вы не пробовали?

— До рукоприкладства не доходило никогда. Как-то встретились у Южной трибуны. Жестко поговорили. Однажды для руководства акцию устроили. В 6 утра повесили на дверь клуба плакат: «Горин, верни Эктова!»

— Бюджет хоккейного «Локомотива» и «Шинника» — несопоставим?

— Вы смеетесь, что ли? Мы с таким бюджетом в Лиге Европы сейчас играли бы. Там не деньги — космос! Им на Фрунзе построили даже не базу, а город в городе. Со своей больницей. Ни один хоккейный клуб России такого не имеет.

**

Я поднимаюсь в ложу ярославского стадиона — и поражаюсь: ничего не изменилось с 90-х! Вообще ничего!

Вот в эту ложу, самую главную, посадили нас когда-то с коллегой Лебедевым из «Московского комсомольца». К середине матча на жаре поплохело — и одного из нас стошнило прямо вниз. На ложу чуть ниже рангом.

Сидели в ней ярославские братки в кожанках. Смотрели футбол, поплевывая шелухой. Вдруг — такой подарок с небес! Помню, заиграли их желваки, руки потянулись во внутренние карманы. А секунду спустя дошло — обдали их не просто, а из Той Самой Ложи. Может быть, осмысленно и прицельно. Возможно, сам... Не помню, кто тогда был «сам» в Ярославской губернии.

Вместо пистолетов доставали салфеточки. Сконфуженно утирали друг друга. Не поднимая глаз наверх. В чем и было наше с Лебедевым счастье.

Футболисты «Шинника». Фото ФК «Шинник»
Футболисты «Шинника». Фото ФК «Шинник»

**

Вот годы спустя сижу, смотрю, как выцарапывает «Шинник» очки у «Крыльев». Как очищается через страдания.

Пугающие звуки из ярославских динамиков укоротили мою жизнь на пару месяцев. До конца игры так и не освоился, вздрагивал от этих режущих, клокочущих звукоизвержений. Хуже только пенопласт о пенопласт.

«Уважаемые болельщики...» — и что-то про пандемию. Хотя болельщиков нет. За полчаса до матча я один.

Зато крайне внимательно слушают объявления судьи. Словам в такт вращая тазом. Да еще насторожился второй вратарь «Крыльев» Фролов, чей Ferrari стоит как весь ФК «Шинник». Включая базу в Белкине и футболистов.

«Это футбол шар земной раскрутит. Нам нужен гол! Гол!» — надрываются динамики. Святые угодники! Как это остановить?!

Под музыку ложу заполнили вдруг дамы средних лет. Чувствую себя Стасом Михайловым. «Все для тебя, рассветы и закаты...» — напеваю чуть слышно. Подмигиваю ближней.

Та, покосившись, с тревогой отодвигается. Прижимает сумку к бюсту.

Ну и ладно. Не моя целевая аудитория. Тем более за полчаса до начала матч едва не отменяют — опомнился делегат: разметку смыло! Одиннадцать метров придется отмерять шагами, но это пустяк. Со штрафной-то как быть?

Откуда-то притащили красочку — и засуетились, забегали. Под новый аккорд: «Мы хотим всем рекордам наши громкие дать имена...»

**

Всплескивать руками мой друг Юрий Газзаев начал на 4-й минуте. С 7-й восклицал: «Куда ты, милый?!» На 15-й, закрыв лицо руками, сел на лавочку.

Все это под запевы с трибун — полуголые самарские голосят: «Мы хозяева Поволжья, хей, хей!» Ждут брань в ответ с трибуны противоположной — но та откликается неожиданным: «Газзаев — пес, пес, пес!»

— Вот они кричат, — рассказывает мне вахтер. — А наш же «Шинник» за это и оштрафовала Москва. На 10 тысяч рублей.

Приезжие фанаты переглядываются — и почтительно затихают. Пока местные не выговорятся, не иссякнут. Все это мне странно и нелепо. Какие бы аргументы ни выслушал до и после матча.

**

В Москве такого не услышишь — «На мыло!» А в Ярославле — вполне в ходу.

— Помогите, помогите! — орет кто-то.

Думал — убивают. А это кто-то со скамейки подбадривает футболистов. Один возится с мячом — остальные смотрят, не двигаясь. Лучшая лига мира.

Все человек сто зрителей горазды советовать — стоит футболисту «Шинника» хотя бы дотянуть до центра поля:

— Е... сам!

Шанс Ярославля — в этом. Я понятливый. А «Шинник» внезапно зацепил ничью против лидера. Матч уж закончился, а тренер Самары Осинькин долго подпрыгивал на месте и отплевывался. Первый после Капелло тренер, способный так прыгать на месте. Что я отметил зорким глазом и зафиксировал в блокноте.

— Вы когда вылетите? — интересуюсь у кого-то из фанатов «Шинника», спускаясь вниз.

— Уже! — с торжеством сообщает тот.

**

Выслушав одну сторону, собираюсь к Газзаеву на базу. Присаживаюсь в гостиничном холле пробежаться по листочку с вопросами. Замечаю кем-то забытую книжицу: Сандра Браун, «Последнее интервью». Тьфу ты!

На улице дождь со снегом. А я на летних колесах. Дорога до Белкина такая, что футболист Сикоев на огромном «Лексусе» пролезает, это понятно. Как остальные — не представляю.

Кстати, в команде «Крымтеплица», где играл прежде Сикоев, лучшего игрока матча поощряли корзиной с огурцами и помидорами. Источник благосостояния рассекречен.

Садимся в столовой, берем с Газзаевым супчик.

— Как же давно я сюда не приезжал! — поражаюсь. — Еще Гутеев был действующим вратарем. В ЦСКА у него не заладилось, вернулся в «Шинник». Заиграл как бог.

— А такое бывает, — улыбается Газзаев. — В 1978 году я был в «Спартаке», жил в комнате с Дасаевым. Дублер у него — Миша Бирюков. Что, думаю, за вратарь? Потом ушел в «Зенит» — так заиграл! Вазу «Огонька» получил как лучший вратарь СССР — при живых Чанове и Дасаеве! Своя команда, свой тренер — это настолько важно...

— Вам ли не знать.

Газзаев достает телефон. Показывает SMS от футболистов, которых нынче знают все.

— Вот, фотографию прислали — Калинин из «Урала» и Байрамян.

— Ого. «Учитель» пишут с большой буквы.

— Да: «Вспоминаем вас, Учитель!» Так я Калинина вытащил из первенства Крыма. Никому нужен не был, все говорили — «дрова». Побыл у меня — не смогли заявить. Полгода еще играл в Крыму, забрал его в «Волгарь». Рос без отца. Говорю: «Ты ради матери должен стараться!»

— Что отвечает?

— «Я вам даю слово — буду себя нормально вести. Заиграю. До сборной доберусь!» Вот SMS от него, смотрите: «Здравствуйте. Как ваши дела? Можно будет позвонить, поговорить? Нужен ваш совет». А Байрамян?

— Что Байрамян?

— «Ротор» вылетел во вторую лигу — он там практически не играл. Пришел забитый. Зато как смотрел, впитывал! Тоже звонил недавно.

— Что хотел?

— Его брат в «Краснодаре». Говорит: «Не надо его забирать. Просто попрошу в команде, чтоб его ненадолго отпустили. Посмотрите, скажите — станет он футболистом или нет? Больше ничего не надо!» Жирова вытащил из Барнаула. Сегодня парень в сборной. Вот поздравляет с чем-то — а последняя строчка: «Мы Хищники!»

— Что значит?

— Мое словечко. «Это в жизни вы люди. А на поле должны быть хищники! Звери!» Молодец, запомнил. Мне про Жирова говорили — тяжелый, неразворотливый. Да, отвечаю, подсушить надо. Зато восприимчивый, желание огромное! С мячом для защитника пластичен... Вот недавно пригласили меня на открытие манежа в Челнах. Сзади стоит парень — указывает на Лешу Козлова. Который сейчас в «Ростове», поиграл в сборной.

— Что с Козловым?

— Я, говорит, был лучше его в футболе. Козлов должен был в охрану устраиваться — а тут вы заметили. Действительно, на первенстве города его увидел. Мне хватило одной игры. Зато Сережа Булатов кому-то сказал: «Что, Фарзуныч не видит, что это КФК? Максимум — аутсайдер второй лиги?» Я узнал, отвечаю: «Этого парня доведу до сборной».

— Ну и ну.

— Потом говорили: «Если он Козлова туда привел, то из любого можно футболиста сделать». Вот Володя Рыков звонил. Его освободили из «Сатурна-2» — попал ко мне. Потом стал капитаном московского «Динамо». Влад Игнатьев не играл за Нижнекамск, жонглировал за воротами.

— Ну и жонглировал бы себе.

— Пришел с нами, ветеранами, поиграть в дыр-дыр. Решил его в «КАМАЗ» забрать! Наиль Гизатуллин, президент «Нефтехимика», выставляет 10 тысяч долларов. Добавляет: «20 процентов с продажи. Мало ли что...» Так я ему 50 тысяч долларов дал — но без этого пункта. В Челнах меня «растратчиком» называли: «Зачем вообще взяли этого Игнатьева? Об угловые флажки бьется...» А потом получаем от Самары 1 миллион 750 тысяч долларов за Игнатьева! Ну и сколько я сэкономил?

Юрий Газзаев. Фото ФК "Шинник"
Юрий Газзаев. Фото ФК «Шинник»

Мы поднимаемся, идем в номер главного тренера.

— Автомобиль свой в Ярославль не перегоняли?

— Нет, — усмехается Газзаев. — Я и за стол своего предшественника не сажусь. В этом кресле не сидел ни разу.

— При том, что живете в этом номере?

— Квартиру недавно мне сняли возле стадиона, но редко в ней бываю. А здесь все как лежало, так и лежит. Вымпелы эти, календари...

— Это номер Побегалова?

— Всех главных тренеров «Шинника». Директору базы говорил: «Это же не музей! Зачем все это по стенам? Аляповато! К чему все время держать перед глазами прошлое?» Причем смешно: календари есть за все последние сезоны. Кроме тех, когда в «Шиннике» работал я.

— Я и думаю — стиль не ваш. Афиши прежних лет с загнутыми концами. Какие-то рукописные наставления тоже не вы сочиняли, надо думать?

— Нет, что вы! Я считаю — номер должен быть аскетичным. А здесь стол одного цвета, шкаф — другого. А давайте выйдем на балкон и посмотрим — вокруг все облазит! Видите, какая ржавчина? Неужели нельзя краску найти? Вроде все есть — но все надо обновлять.

— Но фишки-то на макете точно ваши.

— Не люблю фишки — в них нет динамики! Жизни! Бывает, сплю — во сне приходит упражнение. Хватаешь листок, рисуешь, чтоб только не забыть... А в этом номере — зачем плакаты? Зачем здесь флаг?

— Причем флаг угрожает голове главного тренера. Может свалиться.

— Кстати, да... Весь этот антураж лучше оставить в прошлом. Человек не должен останавливаться в росте! Это все равно что я буду рассказывать, как когда-то с «Автодором» выбил на Кубок Нальчик, потом «Анжи» с Гаджиевым и «Крылья» с Аверьяновым. Попали на звездный «Ротор» с Веретенниковым, в Волгограде сыграли 3:3. По пенальти проигрываем. Наш футболист решил вдруг пробить левой — и не забил. Говорю: «Зачем?» Смотрит: «Так вратарь же знает, что я правша!» Потом почти все мои оказались в «Алании». Все это я должен вспоминать?

— Почему бы нет.

— Все нахваливали Долматова, когда стал играть в линию, — а мой «Автодор» уже сезона два так играл. Как-то открываю «СЭ» — Беккенбауэр нахваливает Шкебе: «Это революция — выровнял среднюю линию!» Приношу газету своим: «А мы с вами так играем давно». Съездил на стажировку к Моуринью в «Челси», смотрел его упражнения. Все записал — показываю в команде: «Было хоть одно, которое мы с вами не делали?»

— Та поездка в «Челси» многим нашим тренерам запомнилась.

— Один наш тренер спрашивает Виллаш-Боаша, который был ассистентом у Моуринью: «Вы кроссы бегаете?» Тот виду не подал, что удивлен: «Кроссы — давно в прошлом». Получилось, будто от лица нас всех спрашивал. Так неудобно! Потом едем в автобусе, сзади Капков разговаривает по телефону с Абрамовичем: «Спасибо, такая поездка. Большое дело! Но представляете, что они спрашивают: бегают ли в «Челси» кроссы?» Зато в «квадратах» там футболисты убиваются — это что-то... Летят!"

— У вас же скоро встреча с губернатором.

— Верно.

— Могут выгнать.

— А меня это не очень волнует. Могли быстро выгнать из Астрахани — тогда не было бы Жирова, на которого Капелло обратил внимание. Пять человек не поехали бы на турнир Гранаткина. Могли бы выгнать в «КАМАЗе» — и не было бы команды, которая за семь лет ни разу не опустилась ниже четвертого места. За пять лет заработали 17 миллионов долларов — огромные деньги! Недавно работал в Красноярске — на какой-то московской игре подошел Борис Игнатьев. Отвел в сторонку: «Юра, эту команду ни один тренер в мире не спасет!» Потом набрали очки, выбрались из опасной зоны — перезванивает: «Снимаю шляпу, ты сумел!»

— Народ кричит: «Газзаев — пес!» Слышите?

— Слышу, — радостно подтверждает Юрий Фарзунович. — Я не обращаю внимание на людей, которые сами не понимают, что кричат. Кем-то ангажированы, чтоб так себя вести. Я ценю профессионалов. А на этих даже не обижаюсь. У них разговор короткий! Кто виноват? Тот, кто возглавляет! Эти люди искренне переживают — а я за добро... Главное — для самого себя остаться чистым. Да, хамство открытое. Но говорю своим футболистам: если кто-то вашу маму оскорбляет — он оскорбляет свою мать!

— Как так?

— Значит, нет у него ценности матери. Не надо на это откликаться! Вчера на меня что-то рычали с трибуны — а наш футболист остановился, начал отвечать. Окликаю его: «Не уподобляйся...»

— Что кричали?

— «Ты за зарплату свою держишься?!» Да смешно! На днях умер директор базы Чуркин, отыграл вратарем в «Шиннике» 17 сезонов. В футболе понимал. Говорил мне: «Юра, прошу тебя, не уходи!»

— Чуркин не на рабочем месте умер?

— Нет. Накануне пришел в этот номер, сидел на вашем кресле. Пили чай. Такой правдивый человек! Говорит: «Не могу без футбола. Возьми хоть на полставки тренером вратарей...» Конечно, отвечаю. Рассмотрим. На следующий день что-то не видно на работе. Спрашиваю: «Что-то Чура, наверное, провинился. На глаза не показывается». А его уже не было. Артем Ребров приехал на похороны, бросил горсть земли.

— Вы под какие задачи в Ярославле подписывались?

— Когда я приходил в «Шинник», губернатор нашел время, встретились. Представлял меня замгубернатора. Говорю им: «Я человек сознательный. Понимаю, куда иду. Славы я здесь не найду!»

— Никто еще не находил.

— Если сохранимся — все скажут: «Так и не должны были вылететь». Если не спасемся — соберу все те шишки, которые не мне должны предназначаться. Денег тоже не заработаю.

— Вы что-то говорили на встрече с фанатами про свою зарплату. Мол, могли бы где-то получать больше.

— Возьмем «Волгарь»... Да хотя бы «Аланию»! Здесь у меня зарплата в два раза ниже, чем была там — во второй лиге!

— Самый большой оклад футболиста «Шинника» — 300 тысяч рублей. Вы до такого дотягиваете?

— Нет. У меня 250 тысяч. Недавно случайно узнал, какая зарплата у других тренеров. Между делом обмолвились. Я оторопел: «Мне перед вами неудобно!»

— Это какая же?

— У старшего тренера «Шинника» Казалова — 60 тысяч. У другого тренера — 50. Я перед ними извинился. Если я во главе команды — должен о них заботиться! Чтоб не думали, где кусок хлеба достать. Чтоб в семье не было трений. Мы хотим быть в восьмерке? Давайте смотреть, сколько платят в этих командах, информацию можно достать...

— Так сколько?

— Тренер вратарей второй лиги мне рассказывал: «Я получаю 100 тысяч — «чистыми». Причем команда ни за что не борется.

Юрий Газзаев. Фото Александр Федоров, "СЭ"
Юрий Газзаев. Фото Александр Федоров, «СЭ»

— Вы же прежде тренировали «Шинник». Тогда все было жизнерадостнее.

— Приходил в 2012 году — тоже после Побегалова. Тогда у клуба образовалось 600 миллионов рублей долгов. Полгода людям не платили. Но состав был такой, что ситуацию выправили. В матчах за выход в премьер-лигу играли с «Ростовом»! Та же команда, которая еще недавно шла на последнем месте! У нас было шесть побед подряд — и ждут два домашних матча. Собрал футболистов на базе: «Я давно в футболе. Вижу — у вас ни шанса выиграть завтра. Вы начали выяснять, кто важнее в победах. Можете выйти и опровергнуть меня...»

— Как сыграли?

— 0:3 — от «Торпедо»! Сразу начали искать, кто сильнее виноват. Снова собираю: «Следующий матч вы тоже проиграете!» Получаем 0:4 от «Балтики»! Генеральный директор Рожнов бурлит: «Что же будет дальше?» А дальше все будет нормально, отвечаю. На выезде выиграем. Обыграли «Анжи» — и снова пошла победная серия.

— Сейчас пришли на пепелище?

— У Побегалова — одна победа. При четырех ничьих. Следующая победа случилась уже при Казалове, в 20-м туре. Сильно повезло с Астраханью. Еще одна победа была со мной. Думаю, это рекорд какой-то.

— Вы что-то в Ярославле обещали?

— Меня спрашивали — я ответил: «Никаких обязательств на себя не беру!» Нужна диагностика. Потом сказал — за три трансферных окна надо усиливаться. Сложность в том, как составлены были контракты. Невозможно сказать «до свидания» футболистам! В последний момент взяли Козубаева, центрального защитника...

— Из чемпионата Индонезии.

— Ну да.

— Что от вас ждало начальство, сформулировали?

— Руководитель, приглашая меня, сказал: «Я понимаю — можем вылететь. Но если вылетим — сразу должны вернуться. Эта задача будет на вас. Но не стоит сейчас о вылете говорить...»

— Фанаты, говорят, взяли вас в окружение на стадионе. Не выпускали.

— Нет. Это было не так.

— А как?

— Ни в какое «окружение» не брали. Я подошел к трибуне — кричат довольно агрессивно. Говорю им: «Знаете, я люблю разговаривать спокойно и взвешенно. Вы подождите меня на улице. Закончу пресс-конференцию — и выйду. Зададите любые вопросы...»

— Ну и как прошло?

— Были и выпившие, достаточно много. Но и разумные люди. С которыми можно установить обратную связь. Один спрашивает: «Кто набирал команду?» Отвечаю — ни в 2012-м, ни сейчас набирал не я. Но ту можно было реанимировать. Сегодня мы на таком месте в том числе благодаря людям, которые набирали. После спрашиваю спортивного директора: «Кто из сегодняшнего состава способен помочь вернуться из второй лиги обратно?» — «Ограниченное количество людей...»

— Рассказали мне болельщики историю: ведете вы теорию. Час, полтора, два...

— Так.

— Два с половиной!

— И?

— Поднимается бывалый футболист Низамутдинов и произносит: «Тренер, может, поссым?» Это дословно.

— Нет. Это вранье.

— Рад слышать.

— Занятия у нас бывают и по четыре часа, и по пять. Хочешь в деталях им объяснить! Для меня футбол — не тяжесть. На часы не смотрю. Если б передо мной тренер говорил 10 часов — я бы это поедал!

— Может, 5 часов — перебор?

— А я могу вообще не говорить.

— Не обижайтесь, Юрий Фарзунович.

— Вы не так поняли. Действительно, бывает, не говорю! Группа из ВШТ приехала ко мне в «Волгарь». Вся тренировка прошла без свистка — поднял руку: уже знают, что делать. Снова поднял — меняются!

— Ловко вы.

— Один из слушателей вдруг произносит: «А чего бы и не поработать в такой команде — если сами тренируются, все знают?»

— Чему вы научились именно в «Шиннике»?

— Смотреть вглубь. Вот я представляю, кто вам посылы делал, кто и для чего говорил ерунду про Низамутдинова... Это вопрос близости к телу! Прежде, как Чуркин мне рассказывал, эти фанаты могли приехать к главному тренеру на дачу. Пообщаться. Сейчас такого общения нет. А им бы хотелось.

— Я не пью года три. Вы не пили вообще никогда. Но если получаете 1:5, 0:6 — можно и развязать.

— Ни за что!

— Давно не прикасались?

— Недавно на поминках губы смочил вином. Но даже не отпил. Даже не вспомню, когда последний глоток сделал.

— Самому уйти не хотелось?

— После похорон Чуркина решил пройтись пешком. Ком в горле стоял от всего. Думал, думал... До этого, когда ясно стало, что «Шиннику» не спастись, я набрал одному из руководителей региона. Говорю: «Клиент был настолько безнадежен, что я справиться не смог. Может, найти другого человека, кто будет заниматься возвращением?» — «Давайте подождем!» Я всегда дорожил свободой. Ни за одно место не держался. Дружу с кем хочу, рассуждаю как считаю нужным — и себя упрекнуть мне не в чем.

— В 2012-м работалось вам в Ярославле легче.

— Как сказать! Следующий сезон вышел трудным. Артем Ребров ушел в «Спартак», Корытько — в брянское «Динамо». Тогдашний руководитель клуба все сделал, чтоб не было трансферов, а я ушел из команды. Знали б вы, какие ребята сидели на этой базе — и готовы были подписать контракт с «Шинником»!

— А вы назовите фамилии.

— Газинский, Жиров, Зуйков, Игнатович, Сапогов. Все хотели играть у меня! На молодого Газинского тот руководитель посмотрел: «Э, зачем он? Наши сильнее!»

— Вы хотите остаться в «Шиннике»?

— Если будут серьезные задачи, усилится состав. Надо говорить с руководителями.

— Наверное, вы никогда не давали установку: «Сегодня тройные. Пошли»?

— Какие «тройные»? — не понял Газзаев.

— Ну, премиальные, — задорно уточнил я.

— Да нет, что вы... — даже обиделся Юрий Фарзунович. — Я говорю иначе: «Установка у нас длится целую неделю. Соперника мы разобрали вчера. Поэтому — слушайте состав...» Ужасно, когда профессионалам нужен тренер-мотиватор! Я им все дам, чтоб интеллектуально доминировали. Идти через интеллект — дольше. Но основательнее.

vs
71
Офсайд
Загрузка...

Только главные и важные новости из мира спорта