6 апреля 2023, 20:00

«Любовь спасет мир». Интервью российской призерки чемпионатов мира, которая меняет гражданство

Дмитрий Кузнецов
Обозреватель

Шорт-трекистка Софья Просвирнова надеется со следующего сезона выступать за Данию.

Тема смены гражданства после изоляции российского спорта поднимается часто, с разных ракурсов и позиций. Спортсмены рассуждают о мотивации, депутаты призывают не изменять стране. Но все это были скорее теоретические упражнения. И вот лидер сборной России по щорт-треку, одного из наших успешных видов спорта, Софья Просвирнова анонсировала решение о переходе в сборную Дании, за которую в конькобежном спорте выступает ее муж Виктор Торуп. Софья, теперь носящая фамилию мужа, пятикратная чемпионка Европы и четырехкратная медалистка чемпионатов мира. Ситуация все-таки особенная и не совсем политическая, но прецедентная.

«СЭ» узнал у Софьи о мотивах решения, занятиях фигурным катанием и планах перейти в новый вид спорта — уже четвертый в ее карьере. И это в 25 лет.

По правилам мне нельзя было тренироваться за рубежом

— Софья, знали, что Дания находится на первом месте в рейтинге комфортной жизни для женщин?

— Я рада это слышать, отлично. (Смеется.) Здесь очень топят за равноправие, есть правила, по которым 40 процентов персонала в компании должны составлять женщины. Я не так чтобы активная феминистка, но за равные права, конечно.

— Почему вы все-таки решили сменить гражданство?

— Сложное решение было. Что сподвигло? Если честно, я не видела другого варианта. Последние два-три сезона для меня сложились тяжело психологически. Из-за ковида в том числе. У нас было очень много сборов на базе, с которой мы почти не выезжали, не видели семью, Виктора я не видела. Мы встретились только на Олимпийских играх.

И подводясь к Олимпиаде, я понимала, что мне просто нужно дожать, но дальше я так жить не могу. Либо я выступаю за сборную России, но мы будем тренироваться вместе с Виктором, либо мы что-то меняем. Вариант с гражданством мы рассматривали в самом конце. Виктор мог бы тренироваться в России, но не сложилось. Потом думали, что я смогу тренироваться за границей и сохранить гражданство — мы очень много надежд возлагали на этот вариант. Но по правилам мне нельзя было работать за рубежом.

— Эти правила ввели же после 24 февраля?

— До этого их не было, действительно, но на ставку ЦСП я вряд ли могла рассчитывать. То есть, может, и тренировалась бы, но жить было бы почти не на что. Тоже безвыходная ситуация. Короче, не получилось наш план реализовать. И произошло вот так. Я довольна своим решением, потому что лучших вариантов я найти уже не могла.

— Вы заметили уже каких-то критиков и хейтеров в соцсетях?

— Пишут, конечно. Я в целом не удаляю комментарии и не блокирую никого, потому что каждый должен иметь право на мнение, но в этот раз один парень написал 12 комментариев подряд. Я не считаю себя предательницей. Да, есть недовольные люди, но принимая это решение, понимала, что всем не угодить. Я понимаю их точку зрения. Но это меня никак не задевает, не обижает. Когда в 2018 году мы ехали на Олимпийские игры под нейтральным флагом, переживала больше. И негатива было больше. Сейчас, видимо, переросла это возраст и понимаю, что люди не всегда согласны с твоим выбором, но это не должно влиять на решения о твоей жизни.

Софья Просвирнова.
Фото Global Look Press

После фигурного катания шорт-трек был для меня отдыхом

— Вы же начинали в спорте с фигурного катания? И довольно серьезно занимались.

— Да, учила тройные прыжки, но, к сожалению, они не очень получались. Я дошла до приличного уровня, но потом поняла — в Питере такая сильная конкуренция, что из меня ничего путного не получится. (Смеется.) Я занималась в Академии фигурного катания (также известна как СШОР. — Прим. «СЭ») у Елены Михайловны Фоминой. Очень много групп и детей, которые объективно были лучше. Поэтому приняла решение перейти в синхронное катание, где я получала намного больше удовольствия. Конечно, не такой уровень, но там мне прямо нравилось.

— Честно, чем дольше следишь за фигурным катанием, тем сильнее понимаешь, что это вообще не про удовольствие. Будто дети тренируются ради сумасшедших родителей.

— Мне, слава богу, повезло с родителями, они не были сумасшедшими. (Смеется.) Но да, могу сказать, что детей сразу готовят будто к Олимпийским играм. Очень серьезно относятся к тренировкам, этим объясняется, почему у нас на таком высоком уровне сейчас фигурное катание, это очень здорово. Но, с другой стороны, у фигуристов спортивный век недолог, потому что с детских лет ты начинаешь пахать на результат, а не на удовольствие. Положительный момент — что у нас непобедимая сборная в фигурном катании. Кому-то из детей, наверное, нравится кататься, но в основном это большие объемы работы.

— Как раз на последней Олимпиаде, если вы видели, наши девушки выиграли два первых места, но эмоции Саши Трусовой — это тоже следствие происходящего на тренировках.

— Конечно. С детства растят чемпионок, учат, что ты должен показывать максимальный результат, выигрывать золотые медали. Закладывается менталитет, что ты лучше всех, а второе место — уже поражение. Это сказывается психологически. Даже вторые места тяжело принять. Хотя если разобраться, второе место на Олимпийских играх — тоже немало. Результаты такая психология дает.

— Сейчас в фигурном катании идет волна информации о детском насилии — публикуются видео о жестоком отношении к ученикам. Когда вы занимались фигурным катанием, такое было?

— Конечно, подозреваю, что это существует в России. И думаю, не только в России. Но мне повезло не столкнуться с этим на своем опыте. У нас была довольно жесткая подготовка, и с нами не сюсюкались. Но насилия я не испытывала на себе, слава богу.

— В шорт-треке спокойнее?

— Да, когда я перешла в шорт-трек, для меня это был отдых. Нет постоянного давления, на тебя никто не орет, бальзам на душу. Мне повезло с тренерами — на меня никто не кричал, и у меня сразу результаты пошли. Я такой человек — если на меня наорать, я просто расплачусь и ничего не покажу. Мне просто нужно объяснить, как правильно. Мне попались именно такие, хорошие тренеры.

Софья Просвирнова.
Фото Global Look Press

ЦСКА — это в прошлом

— Но сейчас у вас будет не только шорт-трек, но и конькобежный спорт.

— Да, хочу попробовать себя в нем. Просто прикольно, нравится.

— В чем главная сложность?

— В конькобежном спорте важно один раз пробежать очень хорошо, в шорт-треке — много раз. (Смеется.) Последние пару лет мне приносили удовольствие скорее тренировки и физическое улучшение, чем соревнования. В конькобежном спорте этого больше — долгой подготовки к одному забегу, а не постоянные отборы, дистанции, что вымотало меня эмоционально. А тут будет размеренная подготовка, для себя. Конечно, есть и тяжелые тренировки, но ты понимаешь, для чего. У меня такой возраст, что я переросла мысль «побегать, чтобы посоревноваться».

— Переходите на спорт для души?

— Да. Для души, но все равно есть цель побеждать! Насколько у меня будет возможность, конечно. Менталитет спортсмена «выше, дальше, сильнее» никуда не делся.

— Будете выступать на двух Кубках мира — и в шорт-треке, и в конькобежном спорте?

— В идеальном случае буду выступать на всех дистанциях, но все-таки в одной дисциплине. Надеюсь на это, но пока точно пока не знаю. За двумя зайцами погонишься, ни одного не поймаешь. Так что буду фокусироваться на одном виде спорта, но в нем уже выступать в нескольких Кубках мира.

— Вы все относитесь каким-то образом к ЦСКА?

— Нет, это в прошлом. Мы начали служить в ЦСКА, если так можно сказать, потому что в Сочи проводились Военные игры в 2017 году. Чтобы выступать, нужно было иметь звание. С тех пор мы числились в ЦСКА и получали ставку, что тоже помогает спортсменам, конечно. Но когда я вышла замуж за Виктора, эта история закончилась. Нельзя быть в ЦСКА и одновременно замужем за иностранцем.

— При таких условиях вы вряд ли отобрались бы на соревнования по критериям МОК. Что о них думаете?

— Конечно, в принципе неприятно для спортсменов выступать без флага и гимна. Лично за себя могу сказать, я бегала на Олимпиаде в Сочи и Пхенчхане — чувствуется разница. Я бы очень хотела, чтобы мы пришли к миру, где россияне могли бы выступать под своим флагом. К сожалению, пока мы не можем к нему прийти, но я очень надеюсь, что однажды так будет.

— Но ситуация с изоляцией повлияла на ваше решение?

— Такая ситуация в мире, что ее последствия понятны. Но мое решение было принято, даже если бы все было хорошо в политическом плане, все равно я бы ушла. Ключевой была невозможность тренироваться за границей. Но с политикой мое решение не связано.

— Вам с Виктором стало сложнее в бытовом плане с учетом санкций?

— Конечно, столкнулись с проблемами. Думаю, почти все россияне столкнулись, особенно те, кто часто выезжает за границу. Банковские карты не работают, приходится везти с собой наличные. Их ненадолго хватает, большие суммы с собой не повезешь. Спасибо Виктору, он поддерживает меня в этом плане, я стараюсь тоже свою лепту вносить. У нас получается проходить через эти сложные моменты.

— Вам не кажутся странными такие санкции? То есть вводят их вроде бы против российского государства, но страдает россиянка Софья Просвирнова, которая не может заплатить в магазине?

— Ситуация уникальная, подобного опыта принятия решений ни у кого еще не было, наверное. Видимо, они полагают, что делают как можно лучше. Кому-то становится хуже. Но сейчас вообще не время идеальных решений.

— Но вы сейчас в Дании, с визой проблем не было?

— Да, да, все нормально.

— Что бы вы посоветовали тем спортсменам, которые задумываются о смене гражданства?

— Я бы посоветовала взвесить еще раз все «за» и «против». У меня все-таки уникальная ситуация. И весь сезон я надеялась, что мы найдем другой выход. К сожалению, не нашли.

Софья Просвирнова и Виктор Торуп.
Фото Соцсети

Виктору нравится в России, ему нравятся люди

— Давайте напоследок датский блиц. Какую из местных марок пива предпочитаете?

— Мне ничего не приходит в голову. Я за ЗОЖ! Тут, кстати, очень вкусная вода из-под крана. Даже с бутилированной не сравнится. Так что ответ — вода из-под крана.

— Какая ваша любимая сказка Андерсена?

— Тут надо вспомнить еще, что он написал. (Смеется.) «Русалочка», наверное. Нравится этот памятник. Причем забавно, что это главный памятник страны, но маленький и стоит в одиночестве.

— Когда вы последний раз играли в Лего?

— Недавно с сестрой! Она очень любит Лего! Я постоянно ей привожу, была в Питере, и вот мы играли.

— Вы уже познали стиль хюгге?

— Да, по-нашему уют. Когда приезжаю к родителям Виктора, у них там очень хюгге. (Смеется.) Его мама пишет картины, они по всему дому развешены. Очень красиво, и как раз уютное настроение. У нас пока не так (показывает на квартиру за спиной). Но мы работаем над этим!

— А Виктор приезжал к вашим родителям?

— Да, Виктор приезжал в Россию, знаком с родителями. Вот наши родители еще друг с другом не встречались. План в следующем году их познакомить. Ему, мне кажется, нравится в России, нравятся люди. Он тренировался какое-то время с нашей конькобежной сборной. Сейчас учит русский интенсивно.

— А вы датский?

— Нет, я ленивая. (Смеется.) У меня записано это в планах, но в Дании все хорошо говорят на английском, и я расслабилась. А вот в России никто по-английски не говорит, поэтому ему приходится напрягаться с русским.

— Ну и последнее — быть или не быть?

— О, это слишком высокая философия для меня. (Смеется.) Я бы закончила так — любовь спасет мир.