Фонбет
Газета № 7470, 13.10.2017

ЛЕТОПИСЬ Акселя ВАРТАНЯНА. 1973 год. ЧАСТЬ ОДИННАДЦАТАЯ

Посвятить главу одному матчу - роскошь непозволительная. Редко, очень редко такое себе позволял. Заручившись вашим согласием, уважаемые читатели, решусь и сегодня. Слишком уж неординарный случай. Двухактная драма со сборными СССР и Чили в главных ролях за право участвовать в ЧМ-74 в ФРГ вызвала тектонические сдвиги на высших этажах спортивной и партийной власти страны.

С ВЕРОЙ И НАДЕЖДОЙ

Напомню диспозицию. Во время жеребьевки отборочных турниров Оргкомитет ЧМ-74 принял решение столкнуть в стыковом поединке победителей девятой европейской (СССР, Франция, Ирландия) и третьей южноамериканской (Перу, Чили, Венесуэла) групп. Сборная СССР, обыграв 26 мая французов, успешно выполнила задачу.  К этому времени должен был определиться наш южноамериканский конкурент. Однако спор между командами Перу и Чили (Венесуэла от участия отказалась) затянулся.

Предпочтение отдавали перуанцам, сильно выступившим тремя годами ранее на чемпионате мира в Мексике. Но не-ожиданно уперлись чилийцы. Соперники дважды в течение двух недель обменялись победами с одинаковым счетом - 2:0. Потребовался дополнительный матч. Переговоры о времени и месте встречи проходили сложно. Наконец консенсуса достигли - переигровка состоялась 5 августа в столице Уругвая Монтевидео.

Фаворитом все еще считали перуанскую сборную, с чем их соперники категорически не соглашались. Удивляет самоуверенность чилийской прессы и футболистов, безапелляционно заявивших в канун встречи: "Играть со сборной СССР будем мы". Как оказалось, это было не бахвальство, а трезвая оценка своих возможностей и вера в собственные силы. На пропущенный гол чилийцы ответили двумя и одержали волевую победу - 2:1. 

Неожиданный исход игры в Монтевидео в СССР восприняли с надеждой и верой - все будет ОК. Со сборной Чили наша команда встречалась три раза, общий счет благоприятный. Стиль ее игры известен, уровень средний. Считалось, что советская сборная в целом и отдельные ее футболисты классом выше. Немаловажен и фактор политический. Чили - страна дружественная, с 1970 года у власти победивший на президентских выборах лидер социалистической партии Сальвадор Альенде.

Уже зная имя соперника, наша команда провела товарищеский матч со сборной  ФРГ и выглядела на фоне чемпионов Европы весьма недурно (подробности в "СЭ" от 22 сентября). Все шло путем. Сыграв с западными немцами, игроки окунулись в свой чемпионат и к середине сентября (первый матч с Чили назначен на 26 сентября в Москве) провели в клубах еще шесть туров. Начало осени - время благоприятное, ребята на пике формы.

Игорь КУДРИН ПРЕДОСТЕРЕГАЕТ

Что же собой представлял соперник, убравший с дороги фаворита группы? Не так давно переживал сложные времена. Затянувшийся конфликт западногерманского тренера чилийцев Рудольфа Гутендорфа с руководством федерации, с тренерами ведущих клубов и самими футболистами сказывался на игре, невнятной, невыразительной, и, естественно, на результатах. Потребовалось хирургическое вмешательство.  Руководство сборной доверили Луису Аламосу, тренеру чемпиона страны столичного "Коло Коло". Впечатляли его успехи не только на внутреннем фронте, но и  в турнире чемпионов Южной Америки. Преодолев несколько непростых препятствий, в том числе бразильский "Ботафого" с Жаирзинью "на борту", "Коло Коло" вышел в финал и бился на равных с аргентинским "Индепендьенте" (1:1 и 0:0). И в третьей встрече на нейтральном поле (опять же в Монтевидео) повторился ничейный счет (1:1). Только в дополнительное время аргентинцы забили победный мяч. В Сантьяго команду встречали как героев.

Аламос строил сборную на базе "Коло Коло", слегка разбавив игроками других клубов.  Фанатично преданный футболу, прекрасный организатор и мотиватор, Дон Лучо (так называли Аламоса болельщики) за короткий срок создал  боеспособный коллектив. Повеселела игра, боевая, результативная, правда, не всегда стабильная. Во всяком случае, в самом важном поединке с Перу обновленная сборная сыграла агрессивно, проявила характер и волю.

Атака - основа футбольного мировоззрения тренера. Народ на передней линии подобрался мастеровитый, особенно восходящая звезда 23-летний Карлос Кассели. С Серхио Аумадой они создали ударный кулак. В полузащите роль организатора тренер возложил на 30-летнего Франсиско Вальдеса, капитана команды. Впереди нормально.

Тревожила защита. Особенно в отсутствие столпа обороны Элиаса Фигероа. Бразильский "Интернасьональ", за который выступал Элиас, не всегда отпускал его домой. Ни в одной из трех встреч с Перу он не участвовал. Но к матчу с СССР ему все же дали "увольнительную". Фигероа, игрок мирового уровня. Чуть позже, с 1974 по 1976 год, его трижды подряд признают лучшим футболистом Южной Америки, по итогам опроса специалистов Фигероа вошел в десятку сильнейших игроков ХХ века южноамериканского континента..

Так что радоваться преждевременно не стоило, тем более расслабляться. Соперник, судя по информации нашего политического обозревателя в Чили Игоря Кудрина, непростой, даже страшноватый. Небольшой отрывок из его реляции: "Оптимизм игроков перед поездкой в  СССР базировался на атакующем стиле команды, на особом настрое всего коллектива, с которым он проводит наиболее ответственные встречи. Сборная Чили сегодня способна показать футбольный спектакль с отличной режиссурой и превосходными исполнителями. Тот самый спектакль, что у нас принято называть Большим футболом". Слова  Кудрина подтверждаются  результатом двух игр с Аргентиной: 4:5 - в Буэнос-Айресе и 3:1 у себя накануне отлета в СССР. И правда, страшновато.

Слова корреспондента, если их довели до сведения команды, должны были мобилизовать ребят, избавить от шапкозакидательских настроений. Вообще-то повода для таких настроений, если помнить о неудачной серии международных встреч, ужасающей результативности, порой провальных матчей, быть не должно.

В ОБСТАНОВКЕ СТРОГОЙ СЕКРЕТНОСТИ

И вдруг раннее осеннее небо заволокло тучами, сверкнула молния, прогремел гром: 11 сентября в Чили совершился государственный переворот. Президент Альенде был свергнут, в стране введено военное положение. Власть захватил генерал Пиночет. На требование немедленной отставки Альенде ответил отказом и, сплотив вокруг себя сторонников, оказал сопротивление. Оно было подавлено, Альенде убили, начались аресты, пытки, казни.

События в Чили изменили окрас предстоящих встреч, обстановку вокруг них, автоматически превратили спортивный поединок в политический. С такого рода матчами нам не везло, за проигрыш расплачивались команды, тренеры, футболисты. Подробно об этом рассказано в "Летописи" 1952 и 1964 годов. Один политический матч мы все же выиграли - в 67-м в отборе к ЧЕ-68 у "черных полковников", тоже совершивших военный переворот - в Греции. Не самих полковников, разумеется, а их посланцев, футбольную сборную. Как-то сейчас сложится?

Все зависело от позиции правящей партии, ее ЦК. Она и сыграла решающую роль в определении победителя межконтинентального спора. Если это утверждение покажется кому-то голословным, обосную фактами -  предъявлю документы из  госархива РФ, бывших цэковских архивов,  сошлюсь на мемуары советских журналистов, очевидцев матча, и президента  ФИФА. Они-то и создадут реальную картину, искаженную официальной пропагандой. Перед тем как приступить к работе, я пообщался с призванными в сборную футболистами - Владимиром Пильгуем, Сергеем Ольшанским и  участником встречи Евгением Ловчевым.

Предшествовала матчу обстановка строгой секретности. "Футбол-Хоккей" (№ 38), посвятив сборам нашей команды в Новогорске целую полосу, не удосужился сообщить, в связи с чем оторвали футболистов от клубов, с кем и когда им играть. Имя соперника, сборной Чили, не произнесено ни разу! Не вина автора,  известного журналиста (фамилию его, предостерегая от возможных кривотолков, я не назвал), а глупое распоряжение верхов. Они же не позволили развесить в городе афиши, запретили телетрансляцию и радиорепортаж о матче. Билетов в открытой продаже не было, распространяли их партийные органы разных уровней - значительно меньше, чем вмещали стотысячные "Лужники".

Прежде чем рассказать об освещении московского матча в советских СМИ, пополню информацию о сборах, почерпнутую из протокола заседания президиума Федерации футбола СССР от 11 октября. Заседали через две недели после первой игры, о подготовке к ней доложил тренер Евгений Горянский. Небольшие извлечения из доклада: "Сбор к первому матчу в Москве начался 18 сентября в Новогорске. В нем участвовал 21 футболист. Во время сбора работала комплексная научная бригада (руководитель - кандидат педагогических наук С.Савин). Она изучала оперативную информацию для осуществления программы действий по управлению развитием спортивной формы футболистов. Проводилась программа восстановительных мероприятий. Тренировались футболисты в зависимости от функционального состояния по индивидуальной программе, дозировались спортивные нагрузки.  Большинство футболистов подошли к игре в хорошем состоянии.

Был проведен просмотр игры (Парамонов А.А.) команды Чили в Швейцарии против клуба "Ксамакс" (1:0) и видеозаписи тренировок сборной Чили в Москве… Ожидалось, что сборная Чили будет играть в обороне. Были поставлены конкретные задачи" (ГАРФ. Фонд 7576, опись 31, дело 1837).

ОЧЕВИДНОЕ - НЕВЕРОЯТНОЕ

Отчет о матче разрешили опубликовать двум изданиям - "Советскому спорту" и "Футболу-Хоккею". Объем  лимитирован - 60 строк спортивной газете и 50 -  еженедельнику! Не верится? Отсылаю вас к мемуарам Льва Филатова "Обо всем по порядку", изданным в 1990 году (стр. 157 - 169). Ограничусь небольшим фрагментом: "Задолго до этих событий… было обговорено, что писать об этом матче (СССР - Чили. - Прим. А.В.) поручается мне… Я, разумеется, не мог предположить, что меня ожидает. По своему значению матч заслуживал разворота - двух страниц еженедельника. Но накануне стало ясно, что появиться может лишь небольшая информация. Она и появилась - 50 строчек".

Даже товарищеские  встречи нашей сборной СССР занимали обычно две полосы. А тут… На развороте "Футбола-Хоккея"  (№  39, стр. 8 - 9) наряду с матчем СССР - Чили опубликованы отчеты еще о нескольких  играх в европейских отборочных группах. Филатовская заметка смотрелась на их фоне бедной родственницей. Информации об игре ГДР - Румыния отвели 55 строк, Польша - Уэльс - 61, Шотландия - Чехословакия - 82. Нормально?  Лишь отчеты о встречах Швейцария - Люксембург и Северная Ирландия - Болгария чуть уступили нашему - примерно по 46 строк. Координаты еженедельника назвал, желающие могут проверить. Неплохой экспонат для рубрики "Очевидное - невероятное".

ИГРА

Лев Филатов, человек фундаментальный, основательный, рассказать об игре, разложить ее по полочкам, как делал обычно, с тактическим разбором, оценкой действий команды и отдельных футболистов, на отведенной ему крохотной газетной площади в 50 строк не мог – это невозможно. Предпочел поделиться общим впечатлением: "Матч получился шаблонный и малоинтересный. Одна сторона в лице нашей сборной, непрерывно вела атакующие операции, другая, чилийская,  самозабвенно оборонялась. Бывает, что и при нулевом счете игра запоминается, если в действиях команд есть содержание и острота. В данном случае атакующие, постоянно пребывая на территории соперника, тем не менее создали считанные опасные моменты, обороняющиеся же даже не ловили шансов для контратак и все внимание сосредоточили на том, чтобы подальше отбивать мяч либо подольше его держать в сетях мелких передач…

Атаки носили индивидуальный характер с ясно обозначенным направлением угрозы, что облегчало защищающимся, которых возле ворот никогда не было меньше девяти, перекрывать эти направления".

Стратегия гостей проста до примитивности - не пропустить в Москве и решить задачу в Сантьяго. Десять футболистов с вратарем добросовестно выполняли тренерский план. Впереди маячил один Кассели в ожидании хорошей у моря погоды. Моря в Москве нет, погода  в конце сентября скупа на улыбки. По Филатову, наши мало что создали. Кучеренко неожиданно подкинули с барского стола еще 30 строк.  Журналист он опытный, умело добавкой распорядился и практически перечислил все загубленные возможности. Было их, считая и полумоменты, не так много.

Замкнуть прострельную передачу Онищенко не успели помешавшие друг другу Андреасян и Долматов. Удар Блохина отразил вратарь. На добивании Мунтян. Мяч застрял в груде тел оборонцев. Онищенко обошел защитника и отдал мяч Кузнецову - промах. Самый реальный шанс упустил Блохин. Обыграв нескольких защитников, с близкого расстояния пробил в штангу. Во втором тайме темп и вовсе замедлился. "Изрытое" окопами поле, воздвигнутые редуты, бастионы и прочие оборонительные сооружения затрудняли приближение к цели. С появлением Гуцаева, четвертого форварда, атака не усилилась. Попробовали бить издали (особенно усердствовал Мунтян) - без толку. Как-то удалось просочиться на ударную позицию Блохину с Кожемякиным, но удобный пас киевского динамовца его московский одноклубник до ума не довел. Вот, пожалуй, и все, что могли узнать об игре советские люди (в их числе и автор этих строк), не попавшие в "Лужники". Остальные газеты, включая центральные, обошлись одной-двумя строками, сообщили счет - 0:0.

По прошествии четверти века Олег Кучеренко делился воспоминаниями о том матче на страницах руководимого им издания ("Футбол" № 39, 1998). С выдержками вас познакомлю. До игры: "О том, что происходило у них на родине, те, кто входил в ее состав (сборной Чили. - Прим. А.В.), знали только из сообщений газет, радио и телевидения. Постоянно подавалась информация о многочисленных арестах, пытках заключенных и даже убийствах… Игроки испытывали беспокойство за судьбу своих родных и близких…

Я находился в подтрибунном помещении стадиона, когда там появилась чилийская сборная, приехавшая на игру...  У всех были хмурые лица, и в раздевалку они прошли при гробовой тишине".

После игры: "Первой покидала поле сборная СССР, и трибуны начали ее дружно освистывать. А дальше произошло нечто невероятное: следовавшей за ней сборной Чили зрители вдруг, как бы в отместку нашим футболистам, стали аплодировать… Представьте себе, что в этот момент чувствовали политкомиссары, находившиеся на трибунах".

Зрители, рассказывал мне Кучеренко (в 98-м я еще в "Футболе" работал), вели себя безукоризненно. Когда зазвучал гимн Чили, люди встали и молча, не проронив ни звука (как принято в цивилизованных странах), его прослушали.  А со стартовым свистком арбитра зашумели, заголосили, поддерживали своих. В победе не сомневались. Но время шло, нули на табло бесстрастно наблюдали за происходящим на поле. Уверенность сменялась сомнением. Трибуны заволновались, нервно реагировали на брак в передачах, неточные удары в распространенной на наших стадионах форме - свистом.

Экс-футболисты, с которыми мне удалось поговорить, о самой игре помнили немного. У Ольшанского остался в памяти только не использованный Блохиным момент, Ловчева удивила великолепная игра защитника Фигероа. "А вообще играли мы плохо", - признался Евгений Серафимович. Пильгуй: "В раздевалке после игры - обстановка спокойная. Огорчились, конечно, но трагедии не делали, надеялись на победу в Сантьяго. Мы понимали, что сильнее. Дома они должны были раскрыться, и у нас стало бы больше простора и возможностей забить". Ловчев был не столь оптимистичен. В одном они были едины: "Обе команды играли исключительно корректно".

Чили - СССР - 0:0

СССР: Рудаков, Дзодзуашвили, Фоменко, Капличный (к), Ловчев, Мунтян, Кузнецов, Долматов (Гуцаев, 46), Андреасян (Кожемякин, 30), Онищенко, Блохин.

Чили: Оливарес, Мачука, Кинтано, Ариас, Фигероа, Валдес (к), Паес, Родригес, Аумада, Кассели, Велис (Крисосто, 57).

Судьи: Маркеш (Бразилия). Хирвиниеми (Финляндия), Менниг (ГДР).

26 сентября. Москва. Стадион им. В.И.Ленина. 60 000 зрителей.

ЧТО ДАЛЬШЕ?

После матча  игроки вернулись в клубы. Чемпионат продолжался. А тренер составил план подготовки к ответной встрече и ознакомил с ним 11 октября участников заседания президиума Федерации футбола СССР. Горянский доложил о предстоящей игре с ГДР (см. предыдущую главу) и двух контрольных матчах (14 и 16 ноября) перед назначенной на 21 ноября игрой в Сантьяго. Выступали ведущие тренеры, давали советы, обсуждали тактику, состав, сроки вылета в Южную Америку для лучшей акклиматизации… В общем, играть в Сантьяго собирались. Это я о руководстве федерации, тренерах и футболистах. Чемпионат завершился, время  шло, а ясности не было. Игроков не тревожили, на сборы не вызывали. Ребята терялись в догадках, слухи ходили разные…

Но вот 3 ноября в прессе опубликовали заявление Федерация футбола СССР об отказе играть в Сантьяго "на стадионе, обагренном кровью патриотов чилийского народа". Предложение провести матч в другой стране ФИФА отвергла, за что получила гневную выволочку: "Международная федерация футбола, вопреки здравому смыслу, пошла на поводу у чилийской реакции. Сборная СССР вынуждена отказаться от участия в отборочной игре чемпионата мира на территории Чили и возлагает всю ответственность за это на руководство ФИФА".

Похоже на ультиматум. Ложь лилась потоками. Советские люди, ознакомившись в СМИ с гневным обращением федерации,  не могли предположить, что сама федерация вовсе не собиралась отказываться от игры в Сантьяго, а о содержании своего заявления узнала, как и все граждане… из газет. В это трудно поверить? Придется предъявить вам стенограмму заседания футбольной федерации. Не всю, пункт второй постановления: "Президиум считает необходимым довести до сведения руководства Управления футбола и Управления международных спортивных связей Спорткомитета СССР о том, что заявление Федерации футбола СССР по игре с командой Чили, опубликованное в прессе от имени Федерации футбола СССР, не обсуждалось президиумом и что СЕГОДНЯ ПРЕЗИДИУМ ВПЕРВЫЕ БЫЛ ПРОИНФОРМИРОВАН ПО ЭТОМУ ВОПРОСУ" (выделено мной. - А.В.). Цирк!

Коротко объясню, как это делалось.  Спорткомитет СССР без ведома федерации составил текст документа, а  его председатель, Сергей Павлов, передал в Отдел пропаганды и агитации ЦК КПСС. Там его изучили (возможно, поправили и дополнили) и отправили на утверждение в высшую партийную инстанцию. Если не возникало возражений, документ возвращали идеологам. А те, получив добро, о решении хозяев сообщали Павлову. Схема универсальная, на все случаи жизни. Образцы я не раз вам прежде показывал.

Переписка между тремя инстанциями объемная, из-за нехватки места ограничусь заключительными строками ответа Павлову за подписью  работников отдела пропаганды и агитации ЦК КПСС Г.Смирнова и  международного отдела Шапошникова: "Вопрос об игре между командами СССР и Чили уже рассматривался в ЦК КПСС 2 ноября 1973 года. … Было дано согласие на отказ советских футболистов от игры с чилийскими спортсменами на территории Чили… Повторное рассмотрение указанного вопроса в ЦК КПСС уже не требуется… Отделы согласились с тем, чтобы заявление Федерации футбола СССР опубликовать в печати, направить членам Исполкома ФИФА и национальным федерациям футбола зарубежных стран…" (РГАНИ. Фонд 5, опись 66, дело 157). Что и требовалось доказать. ЦК КПСС одобрил составленный Сергеем Павловым текст заявления Федерации футбола СССР (без ее согласия) и запретил проводить ответный матч на территории Чили.

Между тем в Гельзенкирхене (ФРГ) на очередном заседании Оргкомитета по проведению чемпионата мира среди прочих обсуждался вопрос о втором матче Чили - СССР с участием президента ФИФА, членов исполкома,  в их числе первого вице-президента Валентина Гранаткина. По возвращении в Москву Валентин Александрович отчитался на внеочередном заседании федерации об итогах работы в Гельзенкирхене. Выдержка из его выступления: "Господин Роуз зачитал письмо Федерации футбола СССР о переносе игры из Чили в какую-либо другую страну на том же континенте. После чего выступил представитель Чили господин Гони, который настаивал на проведении матча в Чили в установленные сроки. Он представил гарантии правительства об обеспечении порядка во время соревнования между Чили и СССР, а также заверения об обеспечении нормального пребывания в Чили советской команде.

Я в своем выступлении выразил недоверие к заверениям Министра обороны Чили и привел некоторые факты из существующего положения в Чили (аресты иностранных граждан, превращение стадиона в тюрьму, нелояльное отношение к советским гражданам) и внес предложение о переносе игры в другую страну" (ГАРФ. Там же).

Гранаткин и Гони как заинтересованные стороны в решении вопроса не участвовали, но им стало известно, что несколько представителей Европы и, что любопытно, сам президент Роуз, цитирую Гранактина, "выступили в поддержку просьбы Федерации футбола СССР". Бедный Роуз, сколько на него было вылито помоев (и еще выльют)! В чем только его не обвиняли, чуть ли не в сговоре с Пиночетом. Даже преступникам в судебном заседании предоставляют последнее слово.  Пользуясь служебным положением, дам слово сэру Стэнли на устроенном советской стороной судилище. Впрочем, он уже по этому поводу высказался в мемуарах.

Предлагаю вашему внимание выемки из его воспоминаний: "Мое нежелание содействовать достижению их (Федерации футбола СССР. - Прим. А.В.) политических целей в конфликте с Чили сделало меня персоной "нон грата" в России: меня обвинили в выходе СССР из отборочных соревнований чемпионата мира в 1973 году. Факты же свидетельствуют о том, что для этого не было никаких оснований". В доказательство Роуз приводит выдержку из официального рапорта ФИФА.

"В ходе заседания Оргкомитета ФИФА по проведению чемпионата мира Валентин Гранаткин, первый вице-президент ФИФА, выступил с заявлением от имени Федерации футбола СССР о проведении ответного матча в нейтральной стране, а не в Сантьяго, как было предусмотрено и решено первоначально. Для выяснения условий проведения предстоящего матча Комитет направил в Чили небольшую делегацию. Г-н Д Алмейда (Бразилия) и доктор Кайзер, генеральный секретарь ФИФА, пришли к заключению, что все виденное и слышанное ими в Сантьяго свидетельствовало о том, что жизнь там вернулась в нормальную колею и что в соответствии с гарантиями правительства ответный отборочный матч Чили - СССР мог состояться 21 ноября  1973 года в Сантьяго, как и планировалось календарем. После этого официального сообщения Валентин Гранаткин устно обратился к президенту ФИФА сэру Стэнли Роузу и просил его перенести матч в другую страну".

Продолжу цитировать сэра Стэнли: "Естественно, я старался решить проблему, если такое решение было возможным, и тем самым помочь моему старому другу Валентину. Но было совершенно очевидно, что этот вопрос находился полностью в компетенции Оргкомитета чемпионата мира, который в свою очередь, руководствовался регламентом соревнования. Все, что я смог сделать в попытке помочь развязать этот узел, это направить телеграмму всем членам Оргкомитета: "Несмотря на положительную оценку ситуации, данную специальной группой, Гранаткин по-прежнему настаивает на том, чтобы матч Чили - СССР состоялся в нейтральной стране. Прошу срочно телеграфировать подтверждение решения Комитета о проведении матча в Сантьяго". Подавляющее большинство - 15 против 3 - высказалось за проведение игры в Сантьяго, так что у Москвы не было никаких оснований обвинять во всем меня.

Как говорится далее в уже упомянутом рапорте, чилийцы сами жаловались на то, что я слишком далеко зашел в своей поддержке Гранаткина... Тем не менее, мы сделали еще одну попытку пойти навстречу русским, чей протест сводился главным образом к тому, что Национальный стадион в Сантьяго был превращен в "лагерь пыток". Но когда мы предложили провести матч на другом стадионе в Чили, они незамедлительно отклонили такой компромисс. Так что едва ли меня можно винить в том, что они не попали в финальный турнир чемпионата мира… Но это не остановило их в развертывании политической вендетты и яростной кампании против меня лично" (С.Роуз - "Миры футбольные").

ОТКРОВЕНИЯ ХАЙМАННА

Наряду с официальными переговорами велись и закулисные. О них поведал один из участников - Карл-Хайнц Хайманн, редактор и владелец крупного западногерманского издательства "Киккер". С Кучеренко Хайманн дружил, он и рассказал Олегу Сергеевичу о возложенной на него миссии. Откровения Хайманна (без натяжек тянут на сенсационные) опубликованы в том же 39-м номере "Футбола" за 1998 год. Читайте: "Когда осенью 1973 года возникла проблема с проведением матча в Сантьяго, помимо официальной линии переговоров сложилась и неофициальная: Кайзер - Хайманн - Гранаткин…

Переговоры зашли в тупик, и Кайзер предложил обсудить вопрос о возможности проведения третьего матча Чили - СССР на нейтральном поле в одной из стран Южной Америки… Я срочно передал предложение Кайзера Гранаткину, тот сказал, что доложит кому следует. Но положительного ответа так и не последовало".

Наши зарубежные партнеры, будучи в курсе, вряд ли удивились тому, что первый вице-президент ФИФА, представляющий футбольную организацию СССР, лишен возможности, в отличие от его иностранных коллег, принимать самостоятельные решения и вынужден обращаться к "кому следует" (нет нужды называть адресата). А позиция "кого следует" их наверняка удивила.  Не так давно верные ленинцы настаивали на переносе ответной встречи на нейтральное поле. Когда же такая возможность забрезжила, отказались.

Подведем итоги. ФИФА и Оргкомитет ЧМ-74 руководствовались в этой истории исключительно спортивным принципом, заложенным в Положение о соревнованиях. В двухраундовых поединках соперники должны попеременно встречаться дома и в гостях. Раз уж сыграли в СССР, извольте вторую встречу провести в Чили. Таков регламент, и Оргкомитет строго его придерживался.

Почему же партверхи, если после военного переворота не намеревались отпускать нашу сборную в Чили, сразу же, до матча в Москве, не предложили сыграть обе встречи на нейтральном поле: одну - в Европе, другую - в Южной Америке? Времени для переговоров достаточно - две недели: с начала мятежа (11 сентября) до первой игры (26 сентября). Видимо, уверенные в благоприятном исходе московского матча, да еще с комфортным счетом, допускали возможность второй встречи на чилийской территории. Увы, не получилось. Потому и запретили. Боялись проигрыша уже не  спортивного матча, а политического: поражение от фашистского (и так его называли) режима Пиночета правящая партия расценила бы как чувствительный удар по престижу советского государства. Поскольку нет прямых доказательств, настаивать на этой версии, весьма правдоподобной (с ней и мои собеседники согласились), не вправе.

ФАРС НА СТАДИОНЕ В САНТЬЯГО

Сборной СССР за неявку засчитали поражение, чилийцы получили право на поездку в ФРГ. Однако 21 ноября, в день несостоявшегося матча Чили - СССР, зрители заполнили трибуны стадиона "Насьональ", прошли по заранее купленным билетам. Чтобы не возвращать билеты, организаторы пригласили на товарищеский матч с чилийской сборной известный бразильский клуб. Но прежде перед многотысячной аудиторией разыграли комедию, больше похожую на фарс. 

К назначенному часу из подтрибунного помещения вышла судейская бригада. Достигнув центрального круга главный арбитр вызвал футболистов сборных Советского Союза и Чили. Хозяева явились в полном составе. Нашу команду, зная, что от игры отказалась, для проформы несколько минут прождали. После чего по свистку судьи трое нападающих мелкими перепасами преодолели полполя, и Кассели под восторженные овации трибун забил мяч  в распахнутые настежь ворота. Виртуального соперника сборная Чили доблестно одолела, а перед реальным спасовала, уступила бразильцам с крупным счетом. Не исключено, что и наши ребята могли чилийцев  обыграть. Однако шанса им не дали.

Итог долгой и бесплодной возни печален: сборная СССР впервые осталась без чемпионата мира. Политика победила спорт.

Газета № 7470, 13.10.2017
Загрузка...
Новости по теме