Пляжный футбол

3 сентября 2023, 12:00

«Хочу помочь «Динамо» снять проклятие жены Севидова!» Михаил Лихачев — об объятиях Марадоны, автографе Яшина и зарплате чемпиона мира

Игорь Рабинер
Обозреватель
Обозреватель «СЭ» пообщался с тренером — трехкратным чемпионом мира по пляжному футболу, воспитанником и болельщиком «Динамо».

Тот факт, что сборная России — трехкратный чемпион мира по пляжному футболу, причем на официальном уровне ФИФА, для меня совершенно противоестественен. В России, конечно, есть моря, но назвать ее пляжной страной язык не поворачивается. И этот поразительный результат (причем достигнутый не одним поколением игроков — между вторым и третьим титулами прошло восемь лет) — наглядная иллюстрация роли личности в истории. В данном случае — истории вида спорта.

Чемпионаты мира по пляжке проводятся с 1995 года, под эгидой ФИФА — с 2005-го. В первой номинации Россия делит по числу титулов серебро с Португалией, а во второй, сугубо «фифашной», занимает чистое второе место, уступая только Бразилии. Которую с 2011 года ухитрилась восемь раз обыграть в официальных матчах! Кроме трех названных стран, чемпионом мира один раз становилась Франция — и все.

А есть еще и Межконтинентальный кубок, который с 2011 года ежегодно проводится в Дубае. Там Россия делит первое место по числу титулов чемпиона с Ираном — по четыре, у Бразилии — три. Есть и Евролига, которую играют с 1998 года, и там наша сборная делит с испанцами второе место по чемпионствам — по пять (у Португалии — восемь).

Всего этого достиг один тренер — Михаил Лихачев. Воспитанник и яростный болельщик московского «Динамо», новатор в пляжном футболе, общительный и яркий человек. Пляжке повезло с ним, а, например, в мини-футболе и женском футболе фигуры такого уровня в России пока не нашлось. И даже сейчас, когда от всех официальных стартов ФИФА российская команда отлучена, она в июле выиграла вполне представительный Кубок наций в Санкт-Петербурге, где ее соперниками были ОАЭ, Сенегал и действующий победитель Межконтинентального кубка Иран.

Мы с моим соведущим Станиславом Жатиковым два часа расспрашивали Лихачева в видеоинтервью о корнях его успеха, «Динамо» и многом другом.

Сборная России празднует победу на ЧМ-2021.
Фото Дарья Исаева, «СЭ»

Марадона обнял меня и прошептал на ухо: «Очень хорошо, что вы обыграли Бразилию!»

— В вашей карьере было не только три выигранных чемпионата мира, но и другие памятные моменты. Что вы чувствовали, когда Диего Марадона в 2012 году в Дубае вручал вам Межконтинентальный кубок и общался с вами перед финалом?

— Помню эту историю, будто она произошла вчера. Мы приехали на финал с Бразилией. К тому времени уже дважды обыграли бразильцев — в финалах чемпионата мира 2011 года и предыдущего Межконтинентального кубка того же года. Выходим на разминку, ко мне приходит глава нашей делегации и говорит: «Миша, только поспокойней — сейчас Марадона придет сюда, на поле, а потом будет смотреть матч с VIP-трибуны и участвовать в церемонии награждения».

И вот приходит Диего, тепло здоровается со мной и с медицинским штабом, выходит на поле, выбивает несколько мячей в подарок для болельщиков, смотрит на трибуне эту игру, которую мы провели очень ярко и победили — 7:4. Потом он был одним из тех, кто награждал нас медалями, — и, обняв меня, прошептал: «Это очень хорошо, что вы обыграли Бразилию». Сохранились фотографии, где он с нашими ребятами. Потом повидались с ним на ЧМ-2018 — он еще был тогда в хорошей форме.

Я чувствовал, что Россия ему близка и приятна по духу. Недавно встречался с Ринатом Дасаевым, Вагизом Хидиятуллиным, игравшими против него, и они тоже отмечали особенную человечность Марадоны.

— А с Пеле вам доводилось общаться?

— Я был рядом с Королем футбола, буквально метрах в двадцати. Но близко не удалось с ним пообщаться — ветераны и ваши коллеги быстро перекрыли к нему дорогу. Но когда мы в 2011 году впервые стали чемпионами мира, обыграв в финале как раз Бразилию, не раз обыгрывалась его знаменитая фраза о том, что Россия станет чемпионом мира по футболу только тогда, когда Бразилия станет чемпионом мира по хоккею. Здесь мы их немножечко все-таки обогнали, ха-ха! Даже общаясь с бразильскими футболистами, мы всегда слышали о том, что Пеле интересовался пляжным футболом и для него это достаточно близкая разновидность футбола.

Фото Дарья Исаева, «СЭ»

Наша тактическая революция: первыми в мире стали менять четверки с хоккейной частотой и делать наложения

— Три чемпионства мира, четыре победы в Межконтинентальном кубке по пляжному футболу — парадокс России, чья сборная стала топовой в органически наименее свойственном ей виде спорта. Как это все объяснить?

— Действительно, это больше вопреки, чем благодаря. В свое время мы, пионеры пляжного футбола, пришли в неизведанную для нас до этого отрасль футбола. Понятно, что ориентировались на лучшее, что было тогда, — на Бразилию, Португалию, на тогда еще сильную Францию во главе с Эриком Кантона.

Работа, которая была оперативно проделана на первых порах, — пляжный футбол вошел под эгиду РФС и почти в то же время на международном уровне он стал курироваться ФИФА, — помогла встать на правильные рельсы. Конечно, вместе с работой людей, которые находились у пляжнофутбольной власти и в сборной. А дальше все подхватили такие энтузиасты, как я.

Одним из флагманов мирового пляжного футбола мы стали в том числе потому, что в тактическом плане год за годом немножко опережаем наших конкурентов. И выиграли много титулов, несмотря на то что соперники обладают фантастическими по уровню футболистами.

Ключевое — распределение нагрузки, поскольку ничего важнее физподготовки в нашем виде нет. К 2011 году я видел, как играют иностранные сборные, меняя свои составы через три-четыре минуты. А я большой поклонник хоккея. И понял, что именно здесь пролегает поле для революции, и мы стали играть, меняясь через минуту-полторы. За счет таких частых смен значительно ускорили свою игру — и в результате практически каждый раз в третьем периоде выигрывали за явным преимуществом. Если подходили ко второму перерыву с ничейным счетом, то потом просто размазывали соперника.

А уже в знаменитом финале ЧМ-2011 с Бразилией мы вообще играли по 30-40 секунд, как сейчас в хоккее, и это тоже дало свои плоды. И глобально все это работает до сих пор. В наших лучших матчах, когда мы здорово умеем меняться, хорошо контролируем время пребывания на площадке, нам это здорово помогает.

— Но неужели соперники быстро не разобрались в вашей инновации?

— Конечно, разобрались — сейчас многие стараются быстро меняться. Но не всем удается поймать ритм наших замен. Открою такой секрет: я могу смотреть на скамейку соперников и, исходя из этого, в некоторых случаях ускоряю замену. Или делаю так называемые — вы знаете это слово из хоккея — наложения, то есть когда наша четверка готовится к тому, чтобы успешно играть против конкретной четверки соперника. В этом, думаю, еще один большой плюс нашей сборной. Как и стандарты — еще одна ее визитная карточка. Вообще мне кажется, что в тренерском плане в пляжном футболе больше от хоккея, чем от футбола классического.

Фото Дарья Исаева, «СЭ»

На Олимпиаду пляжный футбол не попадает из-за непростых отношений МОК и ФИФА

— Обидно, что пляжный футбол — неолимпийский вид спорта, в отличие от пляжного волейбола и баскетбола три на три. Был ли реальный шанс продавить это в Рио-де-Жанейро 2016 года — потому что где еще, если не там?

— Вы правильно назвали турнир, на который мы уж точно ждали олимпийского приглашения — хотя бы как выставочного вида. Но несмотря на то что давно ходят разговоры о скорейшем присвоении нашему виду футбола олимпийского статуса, не все в этом плане получается.

У ФИФА непростые отношения с МОК. Даже большой футбол своеобразно представлен на Олимпийских играх, так что попадание любого другого тем более проблематично. Тот же футзал имеет большие сложности с попаданием на Олимпиады, хотя он интересен и понятен всем в мире. Во взаимоотношениях международных организаций, видимо, и кроется ответ на этот вопрос.

Зато вот были первые Европейские игры в Баку в 2015 году — и с такой теплотой вспоминаю, как мы жили в Олимпийской деревне с другими нашими спортсменами! Это запомнилось навсегда, плюс мы закрывали программу тех Игр, выиграли там у итальянцев золото в финале буквально за два часа до церемонии закрытия. Это было очень круто.

На мой взгляд, именно пляжный футбол вписался бы в программу Олимпийских игр легко и идеально. Потому что не нужна дополнительная инфраструктура — стадион для пляжного волейбола такой же по трибунам, поле туда совершенно спокойно помещается. И зрелищность пляжного футбола, безусловно, добавила бы Олимпиадам особого шарма.

— В большом футболе наши главные достижения — выигранный Кубок Европы 63 года назад и четвертое место на ЧМ 57 лет назад. А в пляжном — аж три мировых чемпионства. Насколько правы скептики, напирающие на невысокую конкуренцию в этом виде футбола?

— По поводу истории — вспоминаю, как в 2021 году в Москве мы в третий раз выиграли чемпионат мира, неплохо отпраздновали. Просыпаюсь перед завтраком в официальном отеле турнира — и первым мне звонит Никита Павлович Симонян! Начинает сразу: «Мишенька, только мы в 56-м и вы сейчас принесли славу нашему футболу! Приезжай ко мне на чашку чая!»

А говорить о невысокой конкуренции — несерьезно. Недавно завершился отбор на следующий чемпионат мира от Европейской зоны. Мы по понятным причинам его пропускаем. Но на него не сумели отобраться Швейцария, бронзовый призер последнего ЧМ, и Испания, которая в представлениях не нуждается. Это говорит как раз об очень серьезной конкуренции. За бортом турнира на многих континентах остаются команды, которые могли бы претендовать на выход минимум в полуфинал.

— Победы на чемпионатах мира 2011 и 2013 годов можно объяснить одним талантливым поколением. Но когда выигрывается еще и первенство восемь лет спустя, плюс еще две бронзы ЧМ — это говорит об уровне развития вида спорта в стране.

— Да, стабильность есть — и у меня как у тренера сборной пять медалей чемпионатов мира, три золота и две бронзы. Но на любом из этих соревнований мы могли и не оказаться в четверке полуфиналистов! Это спорт высших достижений, в нем всегда проходишь на тоненького.

Победа 2021 года вообще уникальная история, потому что мы уж точно не были фаворитами чемпионата в Москве. Ощущали колоссальное давление, было понятно, что группа возрастных игроков, скорее всего, проводит свой последний ЧМ, и очень часто бывает, что лебединая песня не получается мажорной. А дебютантам, молодым ребятам, наоборот, было немножко страшновато. Но по ходу игр, к заключительному матчу группового этапа с Японией, удалось вывести команду на тот уровень, который позволил в итоге добраться до победы.

— Когда и в связи с чем вы приняли решение о принципиальном отказе от натурализации в сборной, в отличие от большого и особенно мини-футбола?

— Помню этот момент. От одного из наших руководителей было предложение натурализовать бразильского игрока Бруно Шавьера и попробовать заиграть его за нашу сборную. Это очень высококачественный футболист. Но я сразу от этого отказался, сказал, что при мне этого не будет. Никакой натурализации! Я хотел, чтобы у нас за сборную играли только свои, настоящие.

И несмотря на то что Шавьер потом стал капитаном сборной Бразилии, уверен, что мы пошли правильным путем. Поэтому, наверное, мы по-особенному любимы в народе. А не только благодаря нашим победам.

Михаил Лихачев показывает, сколько раз выигрывал чемпионат мира.
Фото Дарья Исаева, «СЭ»

Выиграл чемпионат мира, Межконтинентальный кубок и Евролигу с зарплатой 87 тысяч рублей

— В течение всех лет в РФС у вас было плотное общение с главными тренерами первой и молодежной сборных по большому футболу?

— Максимально близкое общение было — сейчас его чуть меньше в силу занятости этого человека — с Михаилом Галактионовым. Всегда верил в него и в его перспективы. Очень рад, что он этой весной так классно реанимировал «Локомотив», и мы общались с ним практически каждый день пребывания в РФС.

Очень хороший контакт также был со Станиславом Черчесовым, во время его работы в «Ференцвароше» мы всегда переписывались после его удачных матчей, я радовался его успехам в Венгрии. Сейчас, учитывая, что Валерий Карпин занят по работе с «Ростовом», регулярно в контакте с Николаем Писаревым, Юрием Никифоровым.

Была хорошая история с Фабио Капелло. Когда в Федерации спортивных журналистов России нам вручали приз «Серебряная лань» за 2013 год, мы в борьбе за звание лучшего тренера набрали одинаковое количество голосов. Тогда познакомились и потом общались, пусть и не очень много, в стенах РФС. Очень неплохой был контакт с Роберто Розетти, возглавлявшим наш судейский корпус. Он высказался так: «Если русские выигрывают в пляжный футбол, значит, надо ожидать победы египтянина в лыжном спорте».

— Как вы познакомились и подружились с Писаревым, который и вывел вас на нынешнюю орбиту?

— Тогда он тренировал сборную по пляжному футболу. Писарев приходил на матчи чемпионата Москвы и как-то увидел мою работу с клубами. Это был еще полупрофессиональный уровень, но мы пообщались, и он пригласил меня на работу помощником в национальную команду. Как-то все это происходило гладко и гармонично. Спасибо за наследство, которое он мне оставил, уйдя на пост спортивного директора РФС. Мне досталась боеспособная сборная — и, добавив какие-то свои штрихи, мы пошли побеждать по стадионам Европы и мира.

— Вы рассказывали, что заработки в российском пляжном футболе — как ФНЛ-2, во второй лиге большого футбола. Так и остается по сей день, и даже титулы чемпиона мира не изменили ситуацию?

— У кого-то есть более или менее приемлемые зарплаты, но думаю, что таких футболистов около семи-восьми человек — и то среди сборников. Ситуация если и улучшается, то черепашьим темпом. Нельзя сказать, что мы приближаемся хотя бы к лучшим клубам ФНЛ.

— Условные 70-80 тысяч рублей пляжники зарабатывают?

— Для большинства это так. Игроки сборной — чуть-чуть повыше.

— Читал, что вы сами первые четыре года работы в пляжном футболе вообще не получали за это денег. Как такое возможно и зачем вам это было нужно?

— Главное — моя страсть к футболу. Да, в пляжке я работал бесплатно, а деньги получал за работу с детьми и юношами в мини-футболе. Хотя там тоже был непростой период, но это меня закалило. Иногда в жизни надо чем-то жертвовать, чтобы потом это окупилось. Важнее всего, что я никогда не обманывал футбол, всегда с любовью и трепетом к нему относился и отношусь в любом качестве — как тренер, эксперт, футболист-любитель. А в пляжном футболе видел перспективу — думал о том, что он скоро окажется под эгидой ФИФА, и это уже будет другой уровень. Так и получилось.

— Когда у вас был самый сложный период?

— В 2010 году, когда после ухода Писарева в РФС я стал исполняющим обязанности главного тренера сборной России. Несмотря на то что мы сразу выиграли Кубок Европы, вышли на чемпионат мира, стали третьими в Евролиге — то есть провели успешный сезон, — меня долго не утверждали главным тренером, и было непонятно, продолжу ли я работу с командой. Ходили тогда слухи о Кантона и других специалистах, которые вместо меня могут возглавить сборную.

Но тогда еще молодой менеджер Александр Алаев настоял, чтобы меня утвердили, поставил вопрос на техническом комитете, принимавшем такие решения в РФС. Меня туда вызвали, уважаемые люди калибра Никиты Симоняна и Михаила Гершковича заслушали, задали вопросы. И в итоге поддержали мою кандидатуру и утвердили главным тренером, хотя до того не знали, кто такой Лихачев. Настояли они и на том, что мне не нужен консультант-европеец — такое предложение тоже было. Наверное, своей работой я показал, что они не ошиблись в выборе.

— А кто лоббировал кандидатуру Кантона?

— Знаю, что с Эриком велись переговоры. Николай Николаевич (Писарев) говорил, что, возможно, если он придет, я останусь с ним и буду его помощником. Но то ли он сам отказался, то ли с ним не договорились. Потом была встреча с бразильцем Жуниором Негао — тоже не получилось. И решили оставить меня, поскольку результат в любом случае был, плюс свой тренер.

Первый контракт со мной РФС заключил на год, и он был очень скромным. И вот за этот год, 2011-й, мы выиграли и Евролигу, и чемпионат мира, и Межконтинентальный кубок. Тот год — до сих пор лучший в истории российского пляжного футбола.

— Думаю, сейчас уже можно сказать, какая у вас тогда была зарплата.

— На руки я получал 87 тысяч рублей. Потом, в новом контракте, условия уже были пересмотрены.

— Думаю, в игровых видах спорта по соотношению цена — качество для главного тренера чемпионов планеты это мировой рекорд.

— Даже не сомневаюсь в этом!

— Когда вы в первый раз вышли на тренировку в роли главного тренера сборной, что бы подумали, если бы кто-то сказал, что станете трехкратным чемпионом мира, а по опросам «СЭ» и Федерации спортивных журналистов вас признают лучшим тренером года в России по всем видам спорта?

— Когда меня утвердили на том самом совете, я пришел домой, сел и подумал, как было бы круто по разу выиграть Евролигу, чемпионат мира и Межконтинентальный кубок. И их удалось взять за один следующий год!

Благодарен своим футболистам, причем уже разных поколений, за то, что они верили в те идеи, которые я до них доносил и с которыми у меня был и есть замечательный контакт. Пазл сложился. Очень жалко, что сейчас мы находимся в сложной геополитической ситуации, и это, конечно, очень большой удар по спортсменам и тренерам. Правда — тяжело.

Валерий Карпин.
Фото Александр Федоров, «СЭ»

Карпин прибежал заступаться за нашего игрока через все поле

— В пляжный футбол, в «Строгино», временно перешел Денис Глушаков. Вы с ним разговаривали? Зачем, как вам показалось, экс-капитану «Спартака» это надо?

— Да, общался. На мой взгляд, он просто хотел таким образом разнообразить подготовку к сезону в большом футболе — в отсутствие действующей команды в нем. Думаю, что в пляжном футболе он смог совместить приятное с полезным. Тем более он говорил, что чувствует, как крепнут его мышцы ног, как он набирает физически. Думаю, это поможет Денису в его будущем клубе. Желаю ему удачи и чтобы пляжный футбол помог ему еще поиграть в футбол классический.

— Был ли у него шанс блеснуть в пляжке или специфика настолько другая, что чудес не бывает?

— В пляжном футболе есть адаптационный период, который любому футболисту из другой разновидности надо пройти. Как показывает практика, это минимум год. Только после него можно показать что-то реальное.

— Тут нельзя не вспомнить, что в первом составе сборной России по пляжному футболу, когда главным тренером был Писарев, в 2005 году играли Карпин, Мостовой, Никифоров, Ледяхов, Попов. И у них ничего толком не получилось.

— Нельзя говорить, что ничего не получилось. Они сыграли три матча — один выиграли, два проиграли. Думаю, из того состава Мостовой неплохо себя проявил, он и в 2007 году еще поиграл за сборную. И Карпин прилично выглядел. Все старались как могли.

— Вы уже помогали Писареву работать с тем звездным составом середины нулевых? Тяжело было вам, молодому парню, с этими зубрами?

— Еще нет. С ними играл Илья Леонов, наш многолетний капитан сборной, ныне мой ассистент по национальной команде. Он говорил, что никаких проблем в общении не возникало, все относились максимально доброжелательно. Была даже история — играли, кажется, со Швейцарией, Илья пошел с кем-то в стык, и Карпин прибежал через все поле за него заступаться. Леонов вспоминал, как ему было приятно, что такой футболист так себя повел по отношению к нему.

— Драки в пляжном футболе часто бывают?

— Реже, чем в большом. Принципы Fair Play у нас действуют лучше. Однажды бразильцы после очередного поражения от нас в 2011 году попытались вступить в какую-то стычку, но у нас в составе был Саша Филимонов, который быстро все прекратил. Он может быстро погасить «пожар».

— За счет чего Филимонов — единственный из той когорты — смог «дожить» до первого победного чемпионата мира, пусть и вторым вратарем после яркого Андрея Бухлицкого?

— За счет трудолюбия и профессионализма. Он своим примером здорово добавил правильного отношения к делу нашим футболистам, и мне работалось с ним максимально классно. Кроме того, у него было хорошее качество — он мог сыграть то время, которое ему давалось, с огромной пользой для команды и был для нее как на поле, так и за его пределами особенным человеком. Между прочим, на золотом ЧМ-2011 в Равенне у него было игровое время в каждом матче. И Саша нам очень сильно помог.

— Бухлицкий, нынешний тренер вратарей сборной, сыграл за пляжную «Барселону». Как это получилось?

— Был турнир, для раскрутки интереса к которому использовалась система драфта, и руководители выдающихся клубов выбирали футболистов со всего мира. Тогда «Барселона» и «задрафтовала» Бухлицкого. Также за нее в разные годы играли Егор Еремеев и Дмитрий Шишин. Наши ребята выступали и за «Коринтианс», и за «Васку да Гама». Они пользовались спросом! Бухлицкий ярко сыграл за «Барсу» и не раз получал приглашение на этот турнир. Шишин, Юра Крашенинников, Артур Папоротный — за «Коринтианс».

— Этими названиями навеяло вопрос. У вас в разновидности футбола масса красивейших голов «ножницами». Над этими ударами идет постоянная работа на тренировках?

— В сборной уделяем этому время, потому что у нас есть футболисты, которые исходя из амплуа и прежде всего из-за личных координационных способностей все выполняют. Оставляем на это пять-семь минут во время тренировки. У нас есть Федя Земсков — уникальный спортсмен, поскольку он бьет бисиклету то слева, то справа. Другого такого не знаю.

Лев Яшин.
Фото Игорь Уткин, архив «СЭ»

Яшин погладил меня по голове и оставил автограф

— В связи со сходством пляжного футбола с хоккеем у вас не было желания поехать на стажировку к кому-то из известных хоккейных специалистов, как недавно главный тренер «Акрона» Евгений Калешин к его коллеге из нижегородского «Торпедо» Игорю Ларионову?

— Было и есть. Хорошо общаемся с главным тренером хоккейного «Динамо» Алексеем Кудашовым и договорились о моей стажировке у него во время регулярного чемпионата КХЛ.

— Вот и настал момент перехода на тему вашего любимого «Динамо». Вы динамовец с детства, занимались в школе бело-голубых у знаменитого защитника Константина Крижевского, яростно топили за команду. С чего все началось?

— Я был очень близок к «Динамо» географически, жил в десяти минутах от стадиона. Там до сих пор живет моя мама. Тот динамовский дух, Петровский парк — это мое особое место силы. Поэтому другого выбора, наверное, и не было. С раннего детства стал поклонником «Динамо» и еще до школы начал ходить на футбол. И хожу до сих пор.

— А Льва Яшина застали, приходил он в школу? Он умер, когда вам было 12 лет.

— В 1988 году «Динамо» отмечало 65-летний юбилей, и тогда Лев Иванович оставил мне автограф. Он хранится у мамы дома. Тогда мы тепло с ним пообщались, он еще о чем-то с мамой поговорил. И очень хорошо помню, как Яшин погладил меня по голове. Воспоминания об этом остались у меня на всю жизнь, и я хорошо помню место на Малой спортивной арене «Динамо», где это произошло. Когда уже стал взрослым и общался с Валентиной Тимофеевной, тоже вспоминал этот момент. Он со мной навсегда.

— Может, Яшин, погладив вас по голове, передал вам что-то такое, какую-то футбольную мысль, которая помогла сборной по пляжному футболу трижды стать чемпионом мира!

— Я вообще счастливый человек — Яшин погладил по голове, Марадона поймал в свои объятия... Благодарен судьбе, что так все получилось.

— Чем запомнилась учеба в «Динамо»? Что именно из старого классического клуба Крижевский вам передал?

— Я играл недолго — пришлось закончить из-за здоровья. Но в память врезался порядок, организация, которая была в школе. С детьми работали большие специалисты, многие из которых, включая Крижевского, были футболистами самого высокого уровня. Ни для кого не секрет, что тот же Валерий Газзаев начинал тренерскую карьеру в детском футболе — и не только он. Очень сильными тренерами были выдающиеся динамовцы — Юрий Кузнецов, Владимир Козлов. Настоящие глыбы!

— На какой позиции вы играли и из-за чего закончили?

— Врачи поставили диагноз — бронхиальная астма. Это явно случилось не для того, чтобы продолжать заниматься футболом. У меня были для этого определенные качества, я центральный полузащитник и до сих пор имею возможность играть с бывшими футболистами самого высокого уровня. Но, значит, Боженька увидел во мне что-то другое, тренерское, и направил меня на эту дорогу.

— Вы верите в знаменитое «проклятие жены Севидова», не позволяющее «Динамо» выигрывать трофеи уже много-много лет?

— Вы спрашивали про тренеров, которые работают в РФС и с которыми я общаюсь, — так вот, они всегда мне говорили, что это проклятие действует. Раз «Динамо» 47 лет не может выиграть золото чемпионата — наверное, что-то в этом есть. Причем про это проклятие я слышал еще ребенком от футболистов «Динамо», ставших чемпионами в последний на сегодня раз — весной 1976 года. Помню, в частности, впечатляющий монолог на эту тему Александра Максименкова — он очень ярко рассказывал, как это все происходило. Была очень большая обида за Севидова на то решение, которое тогда принял центральный совет общества «Динамо». Вроде бы это проклятие заключалось в том, что «Динамо» не выиграет в следующие 50 лет. 47 с последнего золота уже прошло.

— Но ведь Севидов потом вернулся в «Динамо» и выиграл Кубок СССР 1984 года. А потом Константин Бесков — Кубок России 95-го. И все.

— В динамовской среде принято считать, что проклятие распространяется на чемпионаты.

— Доводилось ли вам когда-нибудь общаться с Бесковым и кто побудил вас к приходу в тренерскую профессию?

— С Бесковым не общался ни разу. Но очень много разговаривал с людьми, которые у него играли, слышал о его принципах работы. А подвигла к тренерству, наверное, просто любовь к футболу. Прекрасно помню, как впервые прогулял школу. Это был день финала Олимпийских игр в Сеуле. Вместо школы пришел домой, включил финал — впрямую его показывали по техническому каналу.

— Без комментатора.

— Зато с очень колоритными комментариями с поля Дмитрия Харина в адрес Гелы Кеташвили. Отлично помню, как мой любимый футболист Игорь Добровольский сравнял счет с пенальти на стадионе, где ревело 80 тысяч, а потом Юрий Савичев забил победный мяч. Конечно, такие вещи еще сильнее мотивируют детей заниматься любимым делом, и это произошло со мной. Хотя и до этого смотрел все возможные матчи, в том числе ночью. Мама говорила, что завтра в школу, но я оставался у телевизора до последнего. И сейчас люблю футбол так же, как тогда.

— Но почему захотели стать именно тренером?

— Было понятно, что, если игровая карьера не получается, надо проявлять себя в других качествах. Поэтому после окончания института начал тренировать, и это стало неплохо получаться. Уделял много внимания мини-футболу, а в 2005-м посмотрел по ТВ трансляции с первого чемпионата мира по пляжному и подумал, что мне это интересно.

В 2006 году для моей команды Московского государственного индустриального университета пришло приглашение участвовать в чемпионате Москвы среди вузов по пляжному футболу. Тогда это еще было в Серебряном Бору. И мы сразу выиграли турнир, проявили себя с лучшей стороны. Мне понравился пляжный футбол, захватил меня, я начал тренировать клубы. А потом дошло и до сборной.

— Скажите честно, у вас есть мечта однажды возглавить в большом футболе московское «Динамо» и привести его к трофею?

— Было бы глупо, если бы сейчас я начал увиливать и говорить, что нет. Я бы даже в каком-то другом качестве хотел бы помочь тренерскому штабу и руководству. Такая мечта есть, и, думаю, когда-то это произойдет.

Михаил Лихачев — болельщик «Динамо».
Фото Алексей Иванов, архив «СЭ»

Обсудили с Личкой и футбол, и хоккей, и его назначение. Удачи ему!

— Вы рассказывали мне, как видели с Западной трибуны «Динамо» пять голов Игоря Колыванова в ворота «Днепра» в 1991 году. Сейчас Колыванов, как и Валерий Газзаев, заменивший его за 8 минут до конца, говорит, что замена его не задела. Как я понимаю, у вас есть основания полагать, что это не так?

— Просто слышал лично от Игоря историю о том, что в тот момент он был очень зол. Потому что, забей он шестой гол, это сделало бы его единоличным рекордсменом в истории чемпионатов СССР. А то, что спустя годы он вспоминает об этом публично без всякой обиды, — хорошо. Валерий Георгиевич его заменил — может, он и правда хотел, чтобы стадион проводил его овацией перед отъездом в «Фоджу». Будем считать, что обе версии имеют право на существование.

— Вы цитировали кричалку динамовских болельщиков: «Играет «Фоджа» без изъянов, когда в составе Колыванов». Что еще на эту тему вспомните?

— Всем динамовским болельщикам известно, что это строчка из песни «Нет в России лучше игроков, чем Добровольский, Лосев, Кирьяков». Но последнюю фамилию при вас, Игорь, не буду называть!

— Разрешаю — из песни слова не выкинешь! Играл-то Сергей очень технично.

— Кстати, во втором припеве поется: «В России нету лучше игроков, чем Семенов, Яшин и Светлов» — это уже хоккейная версия. Вспоминаю еще одну историю, которая случилась на домашнем чемпионате мира по пляжному футболу. В моем детстве была песня «Звезда футбола», которую пел Иосиф Кобзон, и на стадионе «Динамо» она звучала перед каждым матчем и в перерыве. Я ее очень долго искал и не мог найти.

И вот наш тренер вратарей Андрей Бухлицкий сделал мне такой подарок — нашел эту песню. Перед каждой игрой ЧМ-2021 я сидел и в своем номере перед выходом всегда ее слушал — как-то так решил на удачу. И у нас с первого матча пошли победы, хотя и непросто. Так вот, я эту песню слушал перед всеми шестью матчами. Пользуясь случаем, попросил бы динамовское руководство тоже посмотреть в эту сторону и хотя бы один раз поставить эту прекрасную песню. Понимаю, что музыкальный вектор сейчас немножко другой, но тем не менее. Не слышал ее много десятков лет, а потом она помогла нашей сборной и лично мне в третий раз стать чемпионом мира.

— Вы скептически оценили приход в «Динамо» Марцела Лички в плане игры в обороне, которая не была убедительной в его «Оренбурге». Но ведь яркость в атаке для болельщиков важнее, а скука футбола Славиши Йокановича в прошлом сезоне всех доконала.

— Я не то чтобы скептически оценил приход Лички. Просто, наученный горьким динамовским опытом, ожидаю, что опять будет сложно (беседа проходила в самом начале сезона. — Прим. И.Р.). На мой взгляд, команда нуждается в серьезном доукомплектовании, чтобы бороться за высокие места. А с Личкой удалось пообщаться. Как-то я приехал поиграть в футбол в Новогорск в хорошей компании с бывшими игроками «Динамо», тренерами академии. Там и столкнулся с Марцелом, и мы минут десять прекрасно поговорили — он оказался замечательным в общении человеком, очень симпатичным, прекрасно говорящим по-русски.

Успели с ним многое обсудить — и футбол, и хоккей, и его перспективы в «Динамо», и чисто футбольные моменты. Я пожелал ему удачи. Да, опасения есть, но они нормальные, здоровые. Слава богу, союз Лички и «Динамо» сложился, хотя еще предстоит много работы. Пусть даже первые туры будут не лучшими по игре, но очень важно стараться сразу набирать очки, чтобы сильно не отстать от лидеров (это пожелание Лихачева, как мы знаем, Личка выполнил. — Прим. И.Р.)

— Было ли у вас какое-то общение со Шварцем и Йокановичем?

— Шварц был на финальном матче нашего домашнего ЧМ-2021 против сборной Японии. У него было желание со мной познакомиться — к сожалению, в той обстановке пообщаться не сумели. У Сандро был хороший период работы в «Динамо», по крайней мере большая его часть. В любом случае бронзовые медали — всегда в копилку, для нашего клуба это достижение. И дай бог ему удачи дальше.

С Йокановичем и его штабом несколько раз играли на базе. Он немногословный тренер, не слишком много общался, его помощники — больше. Но ничего плохого про него сказать не могу. Бывает, что работа с командой не получается. Не он первый, не он последний.

Михаил Лихачев и Николай Писарев в «Химках».
Фото Дарья Исаева, «СЭ»

С точки зрения жизненной правды нам с Писаревым нельзя было приходить в «Химки»

— В прошлом году вы в качестве помощника пришли с Писаревым в «Химки», но это продолжалось всего четыре тура — а затем отставка. Что это вообще было?

— Туров было три плюс одна игра на Кубок. Отыграли первые два, потом поехали на выезд в Сочи, но Писарев с нами не полетел, поскольку у него выявили ковид. В общей сложности мы проработали 20 дней. Когда вы в команде такой срок — даже сложно что-то сказать. Хотя мне было очень приятно, что футболисты, которые на тот период были в «Химках» и кое-кто, кстати, еще даже остается там, поздравляли потом с днем рождения, с Новым годом. Мне было реально приятно. Хочу пожелать им только удачи — в «Химках» ли или в тех клубах РПЛ, в которых они оказались. В частности, Илья Лантратов сейчас в «Локомотиве», и на его игру приятно смотреть.

— Нет ли ощущения, что увольнение Юрана перед вашим с Писаревым назначением выглядело очень странно? У него было две победы в четырех турах, ничья с «Зенитом» при преимуществе «Химок».

— Абсолютно согласен. Наверное, многое в результате «Химок» в прошлом сезоне кроется в том, что объективных причин для отставки по спортивному результату Юрана не было. Случились какие-то моменты, о которых мы не знаем. Тем не менее мы абсолютно никакого влияния на это не имели и пришли только потому, что нас — уже после отставки Юрана — позвали. В любом случае с точки зрения какой-то жизненной правды история была такая, что нельзя было туда приходить. Но получилось как получилось.

— Если бы главным тренером был не Писарев, а вы, решения принимали бы те же, что он?

— Раз я пришел его помощником — значит, должен быть его единомышленником и всячески поддерживать, что и старался делать. Где-то нам не хватило удачи, как в игре с «Ахматом», где-то нас явно переиграли, как «Сочи» в гостях. В любом случае 20 дней — не срок для каких-то выводов. И если бы «Химки» после нашего ухода резко прибавили и стали подниматься по турнирной лестнице или хотя бы сохранили то место, которое занимали, — решение было бы понятно. Но дальше случилось падение вниз.

— С Туфаном Садыговым общался только Писарев или вам тоже довелось?

— Нет, только Николай Николаевич.

— Было ли со стороны Садыгова-старшего пожелание ставить его сына или включать его в заявку на матчи?

— Опять же, я с Туфаном не общался. Илья был после травмы, форсировал подготовку. Он принимал участие в играх — две игры начал в стартовом составе, выходил на замену. Но там у всех не получилось ничего. Поэтому валить на него наши поражения несправедливо.

— Как вас с Писаревым убирали из «Химок»?

— Очень тихо. Еще до матча с «Краснодаром» до нас доходила информация, что нас поменяют. Буквально через полчаса после финального свистка мы уже знали, что нас там больше не будет. Но любой опыт полезен.

Главный тренер сборной России по пляжному футболу Михаил Лихачев.
Михаил Лихачев.
Фото Дарья Исаева, «СЭ»

Очень расстроены, что не сыграем на ЧМ-2023. Но сейчас есть люди, которым гораздо тяжелее, чем нам

— Вы мелькнули в медиалиге, вместе с Семшовым помогали Овчинникову тренировать команду РФС «Наши парни». В частности, против команды бойцов ММА под руководством Мостового. Как впечатления?

— Мы добрались до плей-офф, где проиграли в серии пенальти. Интересный опыт! Есть вещи, которые можно взять на заметку со знаком плюс, но есть и те, что не нравятся. Но охват и зрительский интерес говорят о том, что проект интересный. Мне кажется, что все больше футболистов оказываются там не случайно. Как понимаю, там не только медийная, но и финансовая составляющая неплохая. Если у нас федеральный канал показывает матчи этих команд, наверное, это говорит о многом.

— Что вам в медиалиге понравилось, что — нет?

— Понравилось, что не боятся нововведений — например, правила двух таймов по 25 минут чистого времени. Давно ратую за это и в большом футболе. Это дает намного более объективную картину, мяч точно в игре все это время. На месте ФИФА давно задумался бы о том, чтобы претворить это в жизнь и в профессиональном футболе. Такие вещи, как тайм-аут, — то, что я по-тренерски люблю. А не нравится то, что там зачастую проскакивает мат. Мне это не близко.

— Многие смеются над высказываниями Мостового о тренерской профессии — то сквозит ее недооценка, то обида, что его туда не берут. Как вы к этому относитесь?

— Мне кажется, Александр уже занял свою нишу. Каждое его слово везде цитируется и муссируется. Постоянные претензии к любому специалисту из любого клуба, зависть — мне, честно говоря, этого не понять. Мостовой был замечательным футболистом и, наверное, думал, что это автоматически равняется хорошему тренеру. Но это далеко не так, что жизнь показывала на многих примерах. Хочу пожелать ему душевной гармонии, жизненного баланса, чтобы он так уж не переживал. А если пошел учиться на тренера, то желаю ему отучиться, сдать экзамены, получить лицензию и, дай бог, найти работу. Все еще может быть — он пока в зрелом и боевом возрасте.

— С пляжного футбола начали разговор — им же и завершим. Какое золото чемпионата мира для вас самое ценное?

— Чуточку, наверное, первое, потому что это было нечто особенное — Россия впервые выиграла турнир такого уровня в футболе. Хотя и последнее было особенным. Повторю, мы вообще не были фаворитами, плюс свои трибуны и другая степень давления. Перед турниром я сказал ребятам, что, если мы окажемся в медалях, то будем просто красавцами. Но сумели достичь большего, чем предполагали в своем внутреннем круге.

Соперники были очень сильны, мы же — не в лучшем состоянии: не все готовы на сто процентов, новичков потряхивало. Но удалось найти выход — придумали вариант позиционной тактической атаки, которую до конца чемпионата мира так никто и не раскусил. Эта инновация нам очень помогла, соперникам очень тяжело давались оборонительные действия против нас. До ЧМ в Москве мы так никогда не играли.

— Восемь раз за десять лет вам удалось обыграть Бразилию. Как такое в пляжном футболе вообще возможно?

— Если бы я был тренером сборной Бразилии и проиграл финальный матч — не только России, кому угодно, — то сразу подал бы в отставку. Потому что, располагая такими футболистами, они должны в пляжном футболе побеждать всех и всегда. Каждый из тех, кто входит в их команду, — мегазвезда и качеством превосходит конкурентов из других стран. Это мое глубокое убеждение.

Положительного результата нам можно добиться только за счет идеального сочетания командной игры, досконального выполнения тактического плана и предельной самоотдачи. Но наша команда сделала это восемь раз. Матчи были разные, но объединяло их то, что нашим футболистам прежде всего удалось сдержать сборную Бразилии. Когда играешь с ней, думать в первую очередь надо о том, как ее остановить, и только потом о какой-то своей игре.

— Чемпионат мира следующего года вы, как и все сборные России, пропускаете. Насколько мучительно игроки и вы это переживаете? И как к этому относятся ваши соперники — радуются, что одним конкурентом меньше, или сочувствуют?

— Конечно, мы все очень расстроены, хотя понимаем, что сейчас есть люди, которым гораздо тяжелее, чем нам. Что касается соревнований, то нам в этом плане немножко легче, чем всем нашим братьям и сестрам по футболу. Недавно выиграли Кубок наций в Санкт-Петербурге — турнир, в котором участвовали такие серьезные команды, как ОАЭ, Сенегал, Иран, находящиеся в элите мирового пляжного футбола. Понятно, что чемпионат мира или Межконтинентальный кубок тяжело равноценно заменить, — и нам остается только верить, что мы скоро вернемся. А что касается отношения конкурентов, то из разных стран мне пишут, что ждут нашего возвращения, и у меня нет оснований людям не доверять.

— У одной из ваших главных звезд, Алексея Макарова, диплом инженера-архитектора, он защищал тему «Многоэтажный дом с подземным паркингом», сам все рисовал. Кто еще самые необычные люди в сборной?

— У нас есть уникальный футболист Федя Земсков, который блестяще проводит детские праздники. У него какой-то нереальный талант, настоящий Божий дар в этом плане! Я не видел Деда Мороза лучше, чем он. Более того, он приходил в этой роли ко мне в семью, для дочки. Она знакома с Земсковым, но абсолютно не узнала его в костюме Деда Мороза. Он сделал лучший Новый год в нашей жизни! Почти на каждом сборе проводим «Что? Где? Когда?» — играют футболисты против штаба. Тот же Федя там ведущий — готовит очень хорошие вопросы и вообще профессионально ведет.

— Звали ли вас работать в зарубежные клубы или сборные? Может, даже в ту же Бразилию? После восьми-то побед над нею.

— У меня была такая мысль, когда прошла информация, что сборную Бразилии по большому футболу возглавит Карло Анчелотти — вообще первый иностранный специалист в истории этой команды. Подумал, что мне это точно было бы интересно. А предложения были — одно даже совсем недавно. Но не от Бразилии, а из Азии. Пока остаюсь верен нашей сборной и хотел бы еще с ней поработать. Но зарубежная сборная или клуб — это было бы весьма любопытно, и в этой жизни все может произойти.

— Какие у вас сейчас профессиональные и жизненные цели? О чем можно мечтать после того, как все уже выиграл, причем столько раз?

— Как-то находить себя в нынешних непростых реалиях. Давать возможность новым футболистам проявлять себя, выигрывать в сборной и расти. Стараться достигать высшего результата на тех турнирах, на которых можем играть. Хочется и того, чтобы за этот период мы наиграли побольше молодых игроков, которые в дальнейшем помогут нашему футболу в достижении высоких целей, когда все-таки состоится возвращение на международную арену.

Что касается личных моментов, то вы уже затронули тему «Динамо» в большом футболе. Хорошо было бы себя там проявить — еще раз говорю, в любом качестве. Ну, и поработать за рубежом. Это тоже был бы особый опыт, которым пока я не обладаю.