Фигурное катание

18 апреля 2023, 11:00

«Парное катание становится скучным». Бойкова и Козловский — о четверном выбросе и риске в парном катании

Анастасия Рацкевич
редактор интернет отдела
Интервью двукратных чемпионов России

Александра Бойкова и Дмитрий Козловский перед долгожданным отпуском, как и многие российские фигуристы, активно катаются в шоу. Но московское выступление двукратные чемпионы России запомнят надолго, ведь именно здесь ребята вошли в историю, исполнив ультра-си после финала шоу.

Минувший сезон был непростым для Бойковой и Козловского, но, несмотря на все трудности, пара усложняла контент по ходу сезона и сумела стать двукратными чемпионами страны, а также победить в финале «Гран-при». После выступлений в шоу Александра и Дмитрий встретились с корреспондентом «СЭ» и в эксклюзивном интервью подвели итоги сезона.

Мы — единственные, кто выиграл все главные старты сезона

— Как оцените для себя минувший сезон? Довольны собой?

Козловский: — Отлично. Мы очень довольны, так как выиграли все главные старты без исключения. Здесь позволю себе похвалить нашу пару, но мы такие — единственные из всех четырех видов, кому это удалось. Больше таких нет. Притом что это все было достигнуто тяжелейшим трудом. Ни один из спортсменов не понизил свой уровень по сравнению с олимпийским сезоном. Все сталкивались с трудностями. Но оставались максимально собранными. В общей проекции выигрывать было очень тяжело, но мы с этим справились.

— Вы усложнялись по ходу сезона — осенью вставили в программы риттбергер. Насколько сложно это было для вас?

Бойкова: — Для нас это первый опыт. Да, в конце прошлого сезона мы попробовали каскад сальхов-ойлер-сальхов. Но это был последний старт, Кубок Первого канала. Поэтому нам разрешили выйти с новым контентом. В этом сезоне я горда собой и Димой, что мы смогли маневрировать, в зависимости от формы и состояния — физического и морального, и менять контент.

Козловский: — Разреши перебью. Все-таки риттбергер мы поменяли не по ходу сезона — мы над ним работали и в летний промежуток.

— Но на первом старте вы выступали без него.

Бойкова: — Да, мы выступали с сальховом.

Козловский: — Это был мой первый старт после травмы. Прошло в районе двух недель с момента, когда я вернулся к тренировкам с полноценными нагрузками. Но что касается каскада — да, мы пошли на него, и делали мы это осознанно. Но мы были абсолютно уверены в его исполнении.

— В конце прошлого сезона вы говорили, что сильно повзрослели. В чем это выражается?

Козловский: — Мне кажется, что мы стали более самостоятельными. У нас была юниорская зависимость от обстоятельств, людей. Сейчас мы стали по-настоящему взрослыми спортсменами, которые ни от кого и ни от чего не зависят.

Бойкова: — Это правда. Мы стали спокойно принимать и проходить все трудности.

Фигуристы Александра Бойкова и Дмитрий Козловский.
Александра Бойкова и Дмитрий Козловский.
Дарья Исаева, Фото «СЭ»

В парном катании развитие заторможено

— На шоу Этери Тутберидзе вы исполнили четверной выброс, что само по себе является большим риском. Как вы вообще относитесь к риску в парном катании?

Бойкова: — Я считаю, что он нужен. К сожалению, именно наше направление, парное катание, становится слишком скучным. Все делают один и тот же контент.

Козловский: — И что самое страшное — уже на протяжении 20 лет.

Бойкова: — Да! И понятное дело, что зрителям просто неинтересно смотреть. У кого-то есть, конечно, свои фавориты. И люди могут наблюдать за ними. Но без элемента риска даже трансляции не будут покупать.

Козловский: — Не то что неинтересно смотреть. В последнее десятилетие спортивная индустрия приобрела настолько сильное внимание со стороны общественности, что публика уже немного избалована. Во всех видах спорта идет развитие. В баскетболе в НБА бьются рекорды. В футболе команды играют все лучше — посмотрите последний финал чемпионата мира.

Появляется все больше уникальных атлетов. В фигурном катании люди прыгают уже четыре с половиной оборота. Правда, всего один человек — прыгает и выезжает. Вспомните начало века — Олимпиада-2002, которую выигрывали с одним-двумя четверными прыжками. Сейчас Натан Чен прыгал по пять четверных. И это не тулуп — это уже лутцы. Без нескольких четверных уже невозможно подняться на пьедестал. А что происходит в парном катании?

Спортсмены до сих пор выступают практически с тем же контентом, с которым катались довольно давно. Развитие в этом вопросе заторможено. И уже наступил тот момент, когда необходимо совершить какой-то прорыв. Необходимо поднять тот уровень, который есть.

Бойкова: — И на примере командных соревнований — Кубка Первого канала. Соревнуются девочки, мальчики — там всегда есть интрига, можно разменять «двадцатку» (баллов. — Прим. «СЭ») на двух элементах. У нас одинаковый контент — и тут побеждает более опытный. Или тот, кто чище выступит. При этом почти все катаются практически чисто. Кто проедет без запинки — тот и станет первым. Но разница будет 1-2 балла или сотые. Ни о чем.

С самого начала иногда делали четверной выброс

— Сложно ли было решиться на такой сложнейший элемент ультра-си, как четверной выброс?

Бойкова: — Мне нет. Диме — да, очень. Он очень переживал, и делает это до сих пор. Мой партнер меня бережет, а я себя нет.

Козловский: — Мне кажется, что партнерша в парном катании должна быть немного странной девочкой, скажем так. Человек без странностей, как мне кажется, вряд ли кому-то доверит себя бросать, да еще и в четыре оборота. На такой сумасшедшей высоте! Мне кажется, это вызывает определенные вопросы (смеется).

— А чья это была идея? Как это было?

Козловский: — Сашина.

Бойкова: — Да, это моя инициатива. Мы как-то с самого начала иногда делали четверной выброс. Тогда его тренировали Юко (Кавагути) с Сашей (Смирновым). А я только пришла из одиночного, хорошо прыгала. И крутка у меня была наработана неплохо. Поэтому чисто ради эксперимента пробовали его на лонже. Конечно, никто меня не пускал делать без нее. В конце прошлого сезона мы начали делать подкрутку, на которой настоял Дима. Чтобы попробовать. После того как мы сделали четверную подкрутку, я уже думала: «Что там, выброс? Проще же!»

Козловский: — Я был уверен в своих силах. И в возможностях своей партнерши.

— А тройной аксель или четверные в парном катании будут прыгать когда-нибудь?

Бойкова: — Я думаю, что нет. Потому что мальчики в парном катании высокие. При таком росте прыгать четверные прыжки очень и очень сложно.

Козловский: — Не говоря о весе. Вы поймите: парное катание требует определенной мышечной массы. Когда я переходил в пары, я помню, что весил в районе 70 кг. Сейчас у меня вес в районе 85 кг. И это мышцы. Для того, чтобы надежно, безопасно, качественно и красиво взаимодействовать со своей партнершей, необходима физическая сила. Она достигается в основном за счет набора мышечной массы.

Поэтому говорить о многооборотных прыжках в парном катании на данный момент крайне трудно. Конечно, такой вероятности в будущем не стоит исключать, всякое возможно. Мы не знаем, куда шагнет спортивная индустрия. Когда фигурное катание только появлялось, люди прыгали одинарные, самые базовые прыжки. А сейчас мы говорим о четверных и удивляемся, когда человек прыгнул только два квада за программу. Поэтому мы не знаем, что будет через 10—20 лет. Но если это произойдет — это будет очень круто.

Фигуристы Александра Бойкова и Дмитрий Козловский.
Александра Бойкова и Дмитрий Козловский.
Федор Успенский, Фото «СЭ»

Иногда ругаемся на тренировках, но стараемся находить общий язык

— Вы помните первое впечатление друг о друге, когда только начали кататься в паре?

Бойкова: — Мы знали друг друга с детских времен. Поэтому как такового первого впечатления и не было. Первую в своей жизни поддержку я сделала с нашим тренером, Артуром Леонидовичем (Минчуком. — Прим. «СЭ»). Я всегда боялась высоты. Но он поднял меня, и мне было как-то спокойно. А потом мне сказали сделать поддержку с Димой, который на пару сантиметров выше тренера. Но наверху это казалось как плюс 30!

Козловский: — Мне кажется, я более чем на пару сантиметров выше Артура Леонидовича. А во-вторых, учитывай, что у меня длиннее руки.

Бойкова: — У меня создалось впечатление, что там полметра разница!

Козловский: — Может, так и было.

Бойкова: — Не думаю.

— Ваша цитата: «Нас называли мужем с женой, потому что мы были очень эмоциональны, когда скатывались». Сейчас вы все так же эмоциональны друг с другом или страсти поутихли?

Бойкова: — Поутихли, слава Богу! (Смеется.) Нервов бы не хватило.

Козловский: — Возраст дает о себе знать.

— Какая на тренировках Тамара Николаевна Москвина? У нее есть какие-нибудь излюбленные фразы, которые она вам часто говорит?

Козловский: — Дипломатичная, спокойная, ответственная. У Тамары Николаевны есть такое свойство, что когда она очень сосредоточена на чем-то, то часто говорит: «Так-так-так...»

— А какие на тренировках вы?

Козловский: — Разные. Зависит от того, как идет тренировка. Поймите, бывает, что мы ругаемся. Но зачастую мы стараемся находить общий язык. Я так точно всегда это делаю.

Бойкова: — Это точно! Дима у нас дипломат.

— Кстати, о дипломате. Дмитрий, вы как-то работаете над своей речью? У вас именно такие высказывания, что дипломатичный — лучший эпитет для них.

Козловский: — Каждый вечер дома на кухне, когда мы что-то обсуждаем с семьей, надо заслужить право высказаться. И когда ты это делаешь, от тебя требуют четкой сформулированной мысли, иначе тебе не дадут ее закончить (смеется). Целенаправленно над речью я не работаю. Но мои родители в этом плане с детства подавали мне пример. Поэтому у меня происходит, как бы я это назвал, пассивный постоянный тренинг.

— Александра, а вы? У вас интересные посты в социальных сетях, как вы их готовите?

Бойкова: — Это зависит от настроения, конечно. Но вообще я очень люблю делиться своими эмоциями от прожитого. Например, мне нравится гулять по Санкт-Петербургу, это прямо мой любимый город, моя отдушина. Мне всегда так приятно про него писать, что все само рождается и быстро. Но, к сожалению, сейчас я мало времени уделяю своему блогу, грущу по этому поводу. Но думаю, что скоро все встанет на круги своя.

— Вы катали уже огромное количество разных образов: «Лебединое озеро», «Джеймс Бонд». Есть что-то еще, что вы бы хотели попробовать исполнить?

Козловский: — А мы не скажем!

Бойкова: — Ну, ладно. Но у Димы есть идеи.

Козловский: — Саша сказала, что у меня что-то есть. Но я понятия не имею, что она имеет в виду (смеется).

— А у вас есть кумиры в фигурном катании? Человек или пара, катание которых вам импонирует?

Козловский: — Я бы избегал такого категоричного определения.

Бойкова: — Мне в свое время очень нравились Ванесса Джеймс и Морган Сипре. Для меня они были прекрасным сочетанием и элементов, и программ. Они у этой пары всегда были очень интересными, стильными. И сами ребята. Они очень красиво смотрелись вместе.

Козловский: — Это одна из самых интересных пар в фигурном катании в принципе.

Фигуристы Кирстен Мур-Тауэрс и Майкл Маринаро.
Кирстен Мур-Тауэрс и Майкл Маринаро.
Фото Global Look Press

Канадка Мур-Тауэрс написала Саше, что она молодец

— Как вы относитесь к прозвищам фигуристов? Вас называют кисиками, ваших товарищей по тренерской группе мишками.

Козловский: — У нас замечательные фанаты, мы их очень любим. И всегда относимся с вниманием к их творческим идеям. Потому что они не просто хорошие, они потрясающие и креативные.

Бойкова: — Это правда.

— Что самое запоминающееся вам дарили?

Бойкова: — На одном из шоу Тутберидзе наши поклонники сделали нам таких длинных котов. Мне с маской, которую я надеваю во время показательного номера (на тему истории любви Бэтмена и Женщины-кошки. — Прим. «СЭ»), а Диме со значком Бэтмена и плащом. Это очень мило!

Козловский: — На первом для нас с Сашей чемпионате мира, который проходил в 2019 году в Сайтаме, нам подарили двух лягушат в костюмах от нашей произвольной программы того сезона. Это было потрясающе!

Бойкова: — Точно! Программа «Щелкунчик». Они были такие детализированные. Красота неимоверная!

Козловский: — Их сделала одна из японских болельщиц. Это оказало на нас большое впечатление, тем более тогда Саша и я еще не были «избалованы» вниманием со стороны болельщиков.

— А сейчас избалованы?

Козловский: — Нет. Но, так или иначе, мы сейчас получаем подарки от болельщиков намного чаще, чем раньше. Но наше отношение к этому не поменялось, мы находимся в состоянии детского восторга от подарков. Но поскольку тот чемпионат мира был для нас первым турниром подобного уровня в карьере, мы по-особенному его запомнили.

— У журналистов особое впечатление от питерских фигуристов. Вы согласны, что петербургское фигурное катание — особенное?

Бойкова: — Мне кажется, что мы между собой все хорошо общаемся. И неважно, из Петербурга ты или из Москвы. Или Перми. Наверное, Петербург просто очень дружелюбный и располагает к себе.

— В Петербурге на одном из турниров вы уже мне говорили, что не следили за чемпионатом Европы. А за другими зарубежными стартами наблюдали?

Бойкова: — Лично я смотрю какие-то прокаты. Выборочно изучаю баллы. Но не могу сказать, что я прямо слежу. В принципе никогда на это времени не было. И неважно, выступаем мы на международной арене или нет. На своей работе ты всегда больше сконцентрирован.

— Из зарубежных спортсменов с кем-то общаетесь?

Бойкова: — Например, после того как мы с Димой сделали четверной выброс на шоу Этери Тутберидзе в Москве, мне написала Кирстен Мур-Тауэрс (канадская фигуристка. — Прим. «СЭ»). Сказала, что я молодец.