6 апреля 2023, 07:00

«Спортсменов надо вытащить из системы». Американские фигуристы — о возвращении россиян

Дмитрий Кузнецов
Обозреватель
Взгляд по ту сторону океана.

Даже в отсутствие российских фигуристов на международных соревнованиях за рубежом их обсуждают, потому что это самая горячая тема. Острые цитаты, конкуренция лучших, даже допинговые обвинения — такой драматургии за рубежом точно нет.

Опытные бойцы с российскими фигуристами

Не стали отставать и американские фигуристы Адам Риппон и Эшли Вагнер, которые в подкасте The Runthrough («Прогон») уделили России почти все эфирное время. Но их мнение все же стоит изучать — это не два диванных эксперта, а призеры Олимпиад, победители чемпионата четырех континентов и многих международных соревнований. Вагнер — вице-чемпионка мира.

У обоих есть история отношений с Россией и постсоветской культурой — во-первых, работали с тренерским штабом Рафаэля Арутюняна и Надежды Канаевой. И тот и другой имели опыт перепалок с россиянами — Риппон в соцсетях переругивался с Алексеем Ягудиным из-за транссексуалов, критиковал Александру Трусову («ее эмоции после Олимпиады были так же плохи, как ее катание») и неоднократно вспоминал допинг. Эшли Вагнер призывала снять с пекинских Игр Камилу Валиеву, а во время последнего чемпионата мира задалась вопросом, «почему отстранены российские фигуристы, а тренеры — нет» (имея в виду в том числе, очевидно, Этери Тутберидзе). Разумеется, ее саму в ответ обзывала Татьяна Тарасова.

И вот целый час обмена репликами — о Валиевой, Тутберидзе и других. «СЭ» приводит главные цитаты — чтобы мы понимали мнение за рубежом и не надевали раньше времени розовые очки, мол, все только и ждут, как бы вернуть россиян.

Тренер Этери Тутберидзе.
Дарья Исаева, Фото «СЭ»

Конвейер и четверные

Вагнер: — Международный олимпийский комитет открыл дверь для участия российских спортсменов в международных соревнованиях — и по этому поводу очень много чувств.

Риппон: — И мне кажется, начать надо с Сочи-2014.

Вагнер: — Да, давай. Не знаю, как насчет мужского катания, но до Олимпиады в Сочи российские фигуристки долго не играли значимой роли на соревнованиях. И тут вдруг они выходят на первый план и с бешеной скоростью начинают показывать серьезные результаты.

Аделина Сотникова была вообще первой российской олимпийской чемпионкой в женском разряде. А ведь еще было золото командника. Тогда никто и понятия не имел, что происходит что-то странное по линии допинга, но уже было много вопросов по поводу того, что все эти спортсменки вдруг выпрыгнули из ниоткуда. Это же был бешеный успех.

Просто конвейер: вечно появляется новая девочка — более молодая, более быстрая, более талантливая. И конца этому конвейеру нет — каждая следующая российская фигуристка лучше предыдущей. Мы не собираемся в какой-либо форме говорить, что все российские спортсмены употребляют допинг. Мы здесь не для этого. Все гораздо сложнее. Тут имеет место система. Но реального бана не было. Россияне соревновались как «спортсмены под нейтральным флагом».

Риппон: — Да, не особо их наказали.

Дальше было время четверных. Но самое невероятное, что за спинами первой тройки русских девочек всегда было еще несколько на замену. И в случае с Косторной, Щербаковой, Трусовой это была Камила Валиева. Она могла позволить допустить несколько серьезных ошибок в прокатах и все равно выиграть. И дело было не только в прыжках. Она природный талант — хорошо чувствует музыку, прекрасно вращается и катается на невероятной скорости.

Это приводит нас в Пекин. Россияне приехали туда как бы не от России — но фактически от России. Они были однозначными фаворитами в трех видах из четырех и очень легко выиграли командный турнир. Но церемония награждения неожиданно откладывается.

И я помню, потому что я был в Пекине — Рафаэль Арутюнян как раз собирался на эту церемонию, уже практически садился в автобус. Я спускался по лестнице. И вдруг вижу, как он возвращается и произносит: «Что-то творится». И я думаю: что бы это значило?

Оказалось, что на чемпионате России Валиева сдала положительный допинг тест — и это запустило всю последовательность событий, которая нас ждала.

Фигуристка Камила Валиева на Олимпиаде в Токио.
Дарья Исаева, Фото «СЭ»

Дело Валиевой

Риппон: — Россияне очевидно жалуются, что отстранение было несправедливым. Татьяна Тарасова, Александр Жулин показывают свое разочарование. Мне это лишь говорит о том, насколько они не понимают, где оказались в сегодняшнем спортивном и олимпийском сообществе. Они отказываются увидеть, что не так с их точкой зрения.

Вагнер: — Там настолько другим языком все это описывается. Я не думаю, что они это говорят просто так. Они реально верят, что это несправедливо, что мир хочет убрать их спортсменов. Мне кажется, это отлично иллюстрирует то, как по-разному воспринимается и освещается эта история во всем мире и внутри России.

Риппон: — Я помню, как Мэрайю Белл спросили после тренировки, а она ничего не знала: «Вы бы выпили из стакана, который использовал ваш дедушка?» Она, ничего не подозревая, ответила «да».

Вагнер: — Это несправедливо!

Риппон: — Да. Потом она сказала, что услышала этот странный вопрос, и я такой...

Вагнер: — «Нет, нет, нет!»

Риппон: — Но выглядит так, что никаких последствий для российских олимпийцев нет.

Вагнер: — Ситуация сложная и многослойная. И мы хотим подчеркнуть, что не говорим про конкретных спортсменов, а говорим о системе, которая нарушает саму этическую систему нашего спорта, его дух.

Риппон: — В США олимпийцы сами себя финансируют. Да, у тебя может быть личный спонсор, который возьмет расходы на себя, но он частный. Или ты можешь получить именную стипендию.

А в России спорт финансируется государством. Отчасти это и есть причина, почему спортсмены отвечают за решения, которые принимает правительство их страны. Я понимаю, что когда ты молодой и неопытный спортсмен — я бы сделал все, что тебе прикажет тренер. Эти ребята из маленького города типа Екатеринбурга (да, так Риппон и сказал. — Прим. «СЭ») просто сделают то, что тебе сказали. И потом не понимают, почему мир их обвиняет в читерстве. А в вопросах допинга действует простое правило: пока не доказано, что ты невиновен, — ты виновен.

Чтобы быть фигуристом высокого уровня, ты должен быть физически очень сильным, выносливым. Тебе нужно быть в состоянии делать много прокатов своих программ — и на это все требуется много энергии. Нет лекарства, которое поможет тебе сделать четверной.

Вагнер: — Лекарства не подарят тебе талант.

Риппон: — Нет, но они тебе подарят больше времени на льду и в зале. Что делает триметазидин, который нашли в допинг-пробе Камилы? Он улучшает циркуляцию крови, что позволяет тебе больше и дольше тренироваться. А большее количество повторений — залог успеха.

Дарья Исаева, Фото «СЭ»

Отстранение

Риппон: — Да, сегодняшнее отстранение российских спортсменов не связано напрямую с допинговыми делами, а стало ответом на спецоперацию на Украине (формулировка изменена по требованию законодательства РФ. — Прим «СЭ»).

Вагнер: — Но их надо было, пожалуй, отстранить и так — за систематическое нарушение правил и агрессивный допинг. Пока система не будет наказана, спортсмены будут пользоваться ее преимуществом. Которое, судя по всему, никуда не делось — ни в летних видах спорта, ни в зимних.

Посмотрите, как встречают в России своих олимпийцев. Их разве представляют обладателями золотых медалей, представляющими ROC или OAR? Нет, их объявляют олимпийскими чемпионами из России. Какое же это наказание?

Возвращаясь к решению МОК — сюрприз, сюрприз, они снова под нейтральным флагом! Мне интересно, что они сформулировали это так размыто. Думаю, специально. Активно поддерживал спецоперацию (формулировка изменена по требованию законодательства РФ. — Прим «СЭ»)? Что такое «активно», с какого времени считать?

Риппон: — Если ты активно не говорил ничего против, то кто должен сказать, что ты не поддерживаешь это? Я считаю, что у спортсменов, которые готовы соревноваться честно и которые не поддерживают конфликт, должен быть путь возвращения. Им надо тогда согласиться с постоянными допинг-проверками и перестать тренироваться в России.

Вагнер: — Да, единственный вариант — спортсменов надо забрать у системы. Они не должны быть спонсируемы государством.

Еще раз — все это точка зрения американских фигуристов Адама Риппона и Эшли Вагнер, которых давно сложно заподозрить в симпатиях к России. И надо понимать: для того чтобы нападать на нашу страну и наш спорт в США, сейчас много мужества не надо. Российским же болельщикам остается надеяться, что таких радикальных взглядов все-таки придерживается меньшинство сообщества фигурного катания в мире и разум в конце концов восторжествует.